Ветер Севера. Аларания - Марина Суржевская

– Ксенька, стой! Остановись, сейчас же! Я знаю, что это ты! Стоять!!!

Тень поколебалась и зависла. Я подплыла к ней, всматриваясь в черноту.

– Ксеня! Я знаю, что это ты! – выдохнула я.

Тень чуть отплыла в сторону. Я сжала зубы.

– Ксенька! Не вздумай сбежать! Мне из-за тебя умереть пришлось! А ну живо идем со мной!

Рваный сгусток темноты уплотнился, посветлел и сформировался в девушку. В коричневом балахоне, который мы носили в Риверстейне, с каштановыми кудрями, заплетенными в косы. У меня сжалось сердце. Душа Ксени выглядела так, какой была она до болезни, до Чернильной Гнили. Верно, такой она себя и запомнила.

– Ветряна? – чуть удивленно прошептала Ксенька. – Зачем ты здесь?

– Гуляю, – сквозь зубы сказала я. – Ксень, ну что за глупые вопросы! За тобой пришла, конечно! Пошли, подружка, времени мало!

Ксеня покачала головой.

– Куда, Ветряна? И зачем? Мне здесь хорошо…

– Так, а ну стой! – я нахмурилась и попыталась схватить Ксеню за руку.

Моя ладонь прошла сквозь нее, расплескав, словно воду, темноту.

– Ксенька, ну ты чего? – взмолилась я. – Идем, время уходит! Маховик уже половину отмерил. Надо вернуться к переходу!

– Зачем? – безразлично спросила Ксеня. – Здесь хорошо… Спокойно. Боли нет. Страха нет… Страданий нет…

– Да ничего здесь нет! – с отчаянием воскликнула я. – Потому что нет жизни! Ксеня, очнись! Вспомни! Боли нет, это хорошо, конечно, так ведь и счастья, любви, радости – тоже нет! Ксенечка, пошли скорее, некогда разговаривать. Ну же!

Девушка чуть отступила.

– Прости, Ветряна, – чуть виновато произнесла она, – я не пойду. Ни к чему возвращаться. Не хочу…

Я снова попыталась схватить ее, но снова пальцы лишь развеяли холодную пустоту…

– Ксеня!!! – закричала я. Силуэт подруги потемнел, снова становясь лишь клочьями Тьмы. – Ксеня, стой! Пожалуйста!

– Ксенька, стоять! – вдруг гаркнул рядом со мной мужской голос.

Я вздрогнула и с изумлением уставилась на Данилу. Парень топтался рядом и со злостью рассматривал тьму.

– Данила, – ахнула я. – Ты как здесь оказался?

– Я ведь Приходящий во Сне, Ветряна, – вздохнул он, – а смерть – это тоже сон. Только вечный, – он повернулся к зависшей у сухого ствола фигуре. – Ксеня, хватит дурить, – сказал он, – быстро прими нормальный вид, и идем с нами. А то… а то…

– А то что? – прошелестела тень.

– А то я буду являться тебе каждую ночь даже за Гранью! – выдал Данила. – И делать все то, что мы делали… на конюшне в Темном Доле!

Тень замерла. А потом из темноты прошелестело неуверенное:

– А что мы там делали?

Я с интересом уставилась на Данилу. Тот насупился.

– А ты подумай, – буркнул он, – хорошенько подумай, и вспомнишь!

Темный силуэт задрожал, снова посветлел и преобразовался в девушку. На этот раз с короткими неровно отрезанными кудрями, в штанах и рубахе. И с аканаром на поясе.

– И здесь от тебя покоя нет, остолоп, – хмуро бросила Ксеня.

– Идем домой, – позвал Данила.

Девушка упрямо мотнула головой.

– Знаешь что! – вдруг заорал парень. Действительно заорал – на весь лес, так что мы с Ксеней слаженно подпрыгнули. – А ну бегом в переход! Да мы за тобой в Грань полезли! Да Ветряна из-за тебя знаешь, сколько всего пережила? Она умерла ради тебя! А ты тут кочевряжишься? Да как тебе не стыдно! Я думал, что полюбил красивую, сильную и добрую девушку, а ты… а ты – морок! Ясно тебе? Вот и сиди тут, раз жить боишься!

– Ой, – как-то по-детски сказала Ксеня, – а ты что… меня полюбил?

– Дура, – с чувством отозвался Данила. И посмотрел исподлобья: – Идешь?

Ксеня кивнула и опасливо на него покосилась. Я вздохнула с облегчением. Маховик показывал, что времени осталось совсем немного. Мы торопливо заскользили мимо деревьев, возвращаясь к туманному мареву.

– Сюда, – выдохнула я возле перехода.

Ксеня снова покосилась на Данилу и шагнула в туман. Парень проводил ее хмурым взглядом.

– Ветряна, идешь? Мне надо проснуться.

– Конечно, – я улыбнулась ему, – теперь все у нас будет хорошо, Данила! Спасибо тебе! Просыпайся…

Парень светло улыбнулся и растаял в воздухе. А я повернулась к темным деревьям. Почему-то не хотелось, чтобы даже Данила ее увидел. Синеглазую Хранительницу, давно ушедшую за Грань душу, мою маму.

Она стояла и улыбалась мне так, как может улыбаться лишь мать при виде своего дитя. Тепло и одновременно грустно.

– Таяра, – нежно сказала она, – мой Ветер Севера…

Я замерла около нее, с жадностью всматриваясь в чужое и в то же время родное лицо. Глаза такого же оттенка, как у меня, похожий овал лица, черты… Только волосы другие, темные. Наверное, и у меня были бы такие же, если бы жизнь сложилась иначе.

– Таяра, что ты делаешь за Гранью? – обеспокоенно спросила она. – Почему ты здесь? Ты умерла?

Я покачала головой.

– Еще нет…

Она улыбнулась.

– Моя девочка стала такой взрослой. И настоящей красавицей. Как жаль, что я не могу быть с тобой рядом…

Я закусила губу. И вдруг вскрикнула.

– Но ведь переход открыт! Вы… ты можешь выйти со мной! Выйти из Грани! Пожалуйста, пойдем со мной…

Она покачала головой.

– Нет, Таяра. Даже если я выйду, моя тень не найдет пристанища в мире живых. Прости. Мой путь пройден. Мое место не там…

– Но ты так нужна мне! – выкрикнула я. – Так нужна! Я ничего не понимаю, не знаю, кто я… Я даже не понимаю свою Силу! Не знаю, как управлять ею! Я открыла запечатанный тобой Источник, но не понимаю, что делать дальше! И… ты снишься мне. А я даже не знаю, сон это или воспоминания! Я так много должна у тебя спросить, понять… Просто поговорить! Ты нужна мне…

– Милая, не плачь, – с нежностью произнесла Хранительница, – так распорядилась Вечность. У каждого из нас своя дорога и свое предназначение, помни это. И знай, что ты не одна. Я всегда с тобой. В твоем сердце, в твоих воспоминаниях. Не забывай… нас.

Я рванула к ней.

– Я хочу остаться с тобой! – сказала я. – Хочу остаться. С тобой.

Странное оцепенение охватило тело. Грань все же поймала меня в свои сети безразличия, околдовала тишиной, поманила спокойствием. Опутала паутиной блаженной пустоты. Я с удивлением отметила, как легко мне стало, как ясно в голове. Боль исчезла.

Осталось лишь желание задержаться здесь. Я отрешенно посмотрела на круглый медальон. Красный камушек почти сделал полный круг…

– Таяра, тебе надо уходить! – обеспокоенно воскликнула Хранительница.

Я легко покачала головой. Теперь я понимала, почему Ксеня не хотела возвращаться. Грань заманчива…

Конец ознакомительного фрагмента.