Ветер Севера. Аларания - Марина Суржевская

– Далеко нам лететь?

– Не очень. Пещеры Памяти расположены на юге долины. Садись вперед.

Я провела рукой по шкуре грифона и села. Анташар устроился сзади и натянул поводья. Грифон взлетел.

И снова это чувство счастья от полета, которое я не смогла сдержать. Очнулась, поняв, что снова обнимает меня не Тень, а блондин, похожий на эльфа.

– Анташар, да прекрати ты!

– Не могу, – он поцеловал меня в шею. – Я столько чувств, как сегодня, за всю свою жизнь не испытывал! Это так прекрасно. Если бы я мог спрятать тебя ото всех и никому не отдавать…

– Я бы умерла, – серьезно сказала я.

– Теперь тебе больно… Я не хотел, – сказал он и убрал руки.

Я оглянулась через плечо. Снова черный капюшон и Тень.

– Ты не сделал мне больно, – удивилась я. – Может, ты почувствовал кого-то другого?

Тень не шевелилась. Я пожала плечами и посмотрела вперед. Грифон снижался.

Под нами протянулся горный хребет. Невысокие скалы, поросшие низкими кряжистыми деревьями и кустарником. Свет луны расчерчивал местность штрихами и тенями, рисовал на ней затейливый узор. Тени двигались, словно живые… А может, они и были живые.

– Анташар, там внизу Безликие? – прошептала я с испугом.

– Не бойс-с-ся, – прошелестел он, – прос-с-сто наблюдатели… Они нас-с-с не тронут.

Грифон мягко приземлился, и я сползла с седла. Передо мной была пещера: темный вход ее чернел на фоне скалы.

– Путь к повелителю идет через-с-с-с пещеры… – сказал Анташар. – Пошли. Твои друзья там.

Я кивнула и торопливо двинулась ко входу. Темный огонь Хаоса пылал во мне все сильнее, обжигая нутро. Его уже не могла сдержать моя защита, пламя ревело во мне, терзало своей темной и яростной силой.

Арххаррион злился.

Безликий тронул меня за руку.

– Что с тобой? – в его голосе-шелесте прозвучало удивление. – В твоих чувствах появилось что-то страшное…

– Это не мои чувства, Анташар, – я ускорила шаг. – Это чувства Повелителя Хаоса. Пойдем скорее.

– Ты с ним связана? – догадался он.

Я отмахнулась. Сейчас не до объяснений, время уходит. Я и так потеряла бесценные мгновения, пока расспрашивала Безликого. Внутри пещеры было темно, и я замерла, пытаясь что-нибудь различить.

– Пош-ш-шли…

– Куда? Я ничего не вижу!

– Сейчас-с-с…

Я зажмурилась, потому что под потолком вспыхнул огненный шар, светящийся клубок света, который поплыл за нами, стоило двинуться вперед. Пещера оказалась проходом в скале. Мое беспокойство усилилось, и я побежала, чуть спотыкаясь на неровностях каменного пола. По сторонам почти не смотрела, только краем глаза отметила темные рисунки на стенах. Руны. Здесь они были везде: от пола до потолка…

Звук битвы я услышала за пару десятков саженей. Лязганье металла, тяжелые удары клинков… Оставшийся коридор я просто пролетела и, ворвавшись в широкий зал, застыла.

Здесь было светло от множества огненных шаров, стены полностью покрыты рунами, которые слабо горели голубым блеском и ощутимо отдавали холодом. Мертвый язык. А в центре зала…

Взгляд сразу зацепился за неподвижную фигуру Ксени, лежащую в центре. Искра ее жизни бледно мерцала. Вокруг нее, спинами друг к другу, стояли лорд Даррелл, Данила и Арххаррион. И сражались сами с собой. Два десятка их копий атаковали моих друзей. Вот упал Данила, сраженный мечом Шайдера. И сам Шайдер согнулся, захлебываясь кровью… Там лежал мертвый Арххаррион… Это выглядело как бред, кошмар, страшный сон… Мои настоящие друзья и их иллюзии смешались, перепутались, и я уже не понимала, кто тут истинный…

– Аура… – прошелестел Анташар.

Конечно! Аура! Я всмотрелась и вздохнула свободнее. Все мои друзья были живы.

Я вскинула ладонь, собирая на кончиках пальцев свою Силу.

– Не получится, – сказал Безликий, – руны подавления С-с-силы… Магия разрушения бес-с-сполезна…

– Святые старцы! – взвыла я, беспомощно наблюдая за сражением. – Что делать?

И тут увидела себя. И застыла, изумленно разглядывая свое живое отражение. Белые волосы до пояса. Синие, широко распахнутые глаза. Тонкая фигура в темно-сером платье. Мой двойник повернул голову, рассматривая меня.

– Ветряна? – прошелестел Анташар.

– Я себя как-то по-другому представляла, – растерянно произнесла я, не в силах оторваться от морока. Ущипнула себя за руку. Помогло.

– Анташар! Что делать? Надо помочь моим друзьям! Ты можешь?

– Они и сами справляются, – прошелестел Безликий. – Темный – сильный воин… Даже без своей сути.

И правда, расстановка сил изменилась. Теперь уже наступали Арххаррион и лорд Даррелл, а Безликие, те, что остались, – отступали. Темные Тени отползали в сторону от синих клинков демона. Еще несколько мгновений, и двойники пропали, обернувшись фигурами в черных плащах, и торопливо заскользили прочь из зала. На месте раненых и убитых остались только пустые тряпки.

– Данила, ты мне чуть голову не пробил! – недовольно возмутился Шайдер.

– Я думал, это Безликий, – виновато ответил парень, стирая кровь, текущую из разбитого носа.

– Ветряна? – удивился лорд Даррелл, посмотрев на моего двойника. Потом снова на меня.

Данила округлил и без того круглые глаза, они стали как две плошки. Арххаррион, даже не оглянувшись на мое живое отражение, пошел к нам. И мне совсем не понравился вертикальный зрачок в его желтых глазах. И аканары, которые он так и сжимал в ладонях. Может, демон принял меня за двойника и решил убить? О, небо…

– Рион, это я. Настоящая, – испуганно сказала я, отступая.

– Даже не сомневаюсь, – прошипел он сквозь зубы, – с тобой потом поговорю.

И без предупреждения ударил Анташара с разворота клинками в грудь. Я вскрикнула. Безликий увернулся каким-то чудом, но все же опоздал. На черном плаще появилась прореха, из пустоты которой потекла темная кровь.

– Рион, не надо! Остановись!

Конечно, Арххаррион меня не услышал. Снова замах. Коротко, даже как будто лениво. Черная тень Безликого перетекла на несколько шагов вперед, и из нее выступил орк. Огромное зеленовато-коричневое туловище в кожаных штанах, многочисленное оружие на поясе, лысая голова с вывернутыми ноздрями, маленькими злобными глазками, сильно выдвинутой вперед нижней челюстью и торчащими возле толстых губ желтыми клыками.

Между ребер орка чернела рана, из которой текла бурая кровь. Выхватив кинжалы, орк метнул их в демона. Арххаррион отклонился молниеносно, оба клинка со звоном уткнулись в каменную стену и упали на пол. Демон развернулся к орку, в желтых глазах сейчас дрожало лишь одно желание – убить. Даже мне было ясно, что против Темного у Безликого нет шансов.

Глубоко вздохнув, как перед прыжком в омут, я шагнула со спины к Арххарриону и повисла на его руке.

– Рион, пожалуйста! Остановись! Он нам поможет!

Демон меня не слышал. Совершенно. Стряхнул с руки, как досадную помеху. Снова удар. Анташар увернулся, но синий клинок опять прочертил на нем кровавую линию, на этот раз на плече. Мне показалось, что демон играет, словно растягивает удовольствие перед последним ударом.

– Рион!

Бесполезно. Я с отчаянием наблюдала, как отступает огромный орк, с желтых клыков его капала слюна, а бок уже был залит кровью.

Снова набрала побольше воздуха. Замерла. И рванула внутри себя все барьеры, впуская огонь Хаоса. И торопливо, пока ярость Арххарриона не сожгла меня, потянулась к нему. Задохнулась от лавины его чувств, слишком сильных, слишком обжигающих, нечеловеческих… Их почти невозможно было выдержать. Я сжала зубы и закрыла глаза. Надо добраться до него… Добраться, достучаться, заставить услышать! Пока Анташар еще жив.

Я скользила по эмоциям Арххарриона, ощущая себя щепкой в безумном урагане. Святая Матерь! Сколько эмоций… Смертельных, жестоких, разрушительных! Безумный смерч губительной и невероятной Силы. Как сдержать его?

Снова и снова я растекалась холодной водой по чувствам демона, билась ледяным ветром, обвивалась пушистым снегом…

– Не надо, – шептала я, – оставь его… Не убивай.

Очнулась от тишины и с опаской открыла глаза. Анташар сидел на полу все еще в обличии орка, и возле него уже натекла изрядная лужа крови. А рядом со мной стоял Арххаррион.

– Защищаешь его? – тихо спросил он. – Почему?

– Он нам поможет. Без проводника нам не дойти до Повелителя Душ!

Арххаррион усмехнулся. Покачал головой.

– Рион, пожалуйста! Не убивай его! – я осторожно прикоснулась к его руке. – Не надо, Безликий не причинит нам вреда. Он… он назвал мне свое настоящее имя, – прошептала я, не сомневаясь, что демон знает, что это означает.

Его глаза стали темными в одно мгновение.

– Надо же, – усмехнулся он, – что, так хорошо было?

Я вздрогнула, поняв, что именно он имеет в виду. Горло сжало обидой. И тут же демон выкинул меня из своего сознания, жестко, так, что моя голова взорвалась болью. Я глубоко задышала, пытаясь справиться со слезами.