Тахиона - Татьяна Грай

Но однажды не вернулись из джунглей двое, отправившиеся собирать съедобные листья. Потом еще трое исчезли бесследно. Несколько юношей, вооруженных копьями и дубинами, отправились на розыски пропавших, а когда вернулись, рассказали страшное...

...Юноши долго шли по следу, и наконец перед ними открылась песчаная поляна. На ней сургоры увидели тела пропавших. Не подозревая опасности, тот, что шел впереди, бросился на поляну, и... и вскрикнул так, что остальные замерли на месте. А тот постоял немного, с ужасом глядя вниз, - и упал. Не решаясь ступить на коварный песок, рыбаки срезали несколько лиан и, сделав из них петли, вытащили тело на траву, забросали листьями и вернулись домой.

Когда сургоры пришли за телами погибших, они увидели новую песчаную поляну, образовавшуюся вокруг тела, лежавшего в траве. Лорпи-са все понял. Не напрасно его называли великим и мудрейшим. Он велел всем вернуться в поселок, оставив погибших там, где их застала смерть, и наложил табу на песчаные поляны в джунглях. Но это не помогло. Тодит сначала кормились неосторожными зверями, забредавшими на поляны, - но вскоре звери научились обходить песчаные пространства, и тодит начали подкрадываться к поселкам. Лорпи-са отправил людей на поиски островов, о которых говорили чужие розовые, - и рыбаки нашли новую землю. Началось переселение племен. Карпацико-тин был тогда совсем юным, едва начал обучаться искусству колдовства - Лорпи-са выбрал его среди многих и взял в ученики. Уже в то время Лорпи-са был стар, и Карпацико-тин удивлялся тому, что, переселившись на атоллы, колдун продолжал оставаться таким же, каким знал его Карпацико-тин с детства. Пока племена обживались на островах, привыкали к новому, Лорпи-са не знал ни минуты покоя. Он помогал всем и во всем, изучал травы, растущие на атоллах, испытывал лечебные свойства водорослей, и молодой Карпацико-тин работал вместе с ним. Но у Лорпи-са была тайна, которую он скрывал даже от любимого ученика. Когда сургоры добрались до островов, Лорпи-са объявил, что отныне колдуны будут жить на отдельном острове, и распорядился, чтобы его дом поставили в отдалении от рощи, а рядом сделали стену - высокую, крепкую, и к тому же уходящую основанием в почву на большую глубину. Когда стена была построена, Лорпи-са стал чем-то заниматься там, на огороженном пространстве, - тайно. Иногда он исчезал на несколько дней, но где бывал в это время - не говорил никому.

Когда впервые острова посетило Прошлое - люди испугались, но великий ум Лорпи-са разобрался в необычном явлении, и скоро уже никто не обращал внимания на черно-белые дни, а Лорпи-са научился ловить и дрессировать тахи, они стали ручными, их брали с собой в океан, когда ловили рыбу далеко от островов, и тахи выручали при нападении хищных рыб или при внезапном шторме.

Наконец Лорпи-са увидел, что жизнь на новом месте наладилась. Тогда он призвал к себе Карпацико-тина и рассказал ему Великую тайну. Карпацико-тин к тому времени успел состариться, был такой, как сейчас. И вот что узнал Карпацико-тин. За оградой возле дома в песке скрывались тодит. Лорпи-са кормил их рыбой и птицами, и время от времени, соблюдая осторожность, извлекал один корень, сушил его, толок, приготовлял питье, - и это питье было причиной его невероятно долгой жизни. Лорпи-са научил Карпацико-тина кормить корни, выуживать их из песка, приготовлять лекарство. Оно излечивало от многих болезней, но Лорпи-са всегда делал вид, что лечит травами, улитками, рыбами... Поскольку питье продлевало жизнь, на островах потомки Корилентио-лека стали жить два раза по сто лет, но Лорпи-са наказал ученику объяснять это возвращением прошлого, - никто не должен знать про тодит. А для себя Лорпи-са решил, что настала пора встретиться с предками, больше он не будет пить настой тодит. Карпацико-тин заменит его, станет великим колдуном. И еще Лорпи-са, говорил ученику, что, когда тот подготовит себе замену, он должен уйти в мир предков, но Карпацико-тин оказался слаб, и не может отказаться от питья... К сожалению, тодит не могут вечно жить на островах, иной раз они гибнут при возвращении прошлого, и приходится привозить новые семена. Лорпи-са тоже так делал, и научил Карпацико-тина.

- Как ты собираешь эти семена? - внезапно перебил колдуна Тронхэйм.

- Я... - Карпацико-тин замялся, испуганно обвел взглядом землян. - Я...

- Говори правду, - потребовал Тронхэйм.

- Я... - Карпацико-тин собрался с духом и выпалил: - Я посылаю на поляну ученика...

- Что?! - задохнулся Тронхэйм. Сергиенко вскочил, словно намереваясь влепить колдуну хорошую оплеуху, но сдержался, отошел в сторону. Винклер, наоборот, подошел ближе, молча смотрел на Карпацико-тина, ожидая дальнейшего. Ланской совсем не казался удивленным - он предполагал нечто подобное; а Скрибнер выругался так, что Тронхэйм, несмотря на напряженность момента, изумился: "И где он такого нахватался?.."

Колдун продолжал:

- Когда ученик выходит на поляну... э-э... корни его убивают, а я потом вытаскиваю его веревкой, заворачиваю в плотный мешок из листьев...

- А потом? - злым голосом спросил Тронхэйм.

Старик развел руками:

- Потом совсем нетрудно. Нужно закопать труп на три дня в песок, и там вырастут новые тодит. Молодые тодит не опасны, поэтому ученика можно выкопать и отдать родителям...

- Так, - подвел итог командир. - Значит, корни мы уничтожим. На твоей плантации - сегодня же, а потом и на большом острове. А где и как вы будете жить дальше, решит Дек-Торила.

Колдуна отвезли домой. Ланской и Скрибнер запустили на участок, огороженный стеной, автомат. Автомат быстро обработал почву, доложил, что химикат пропитал песок вплоть до твердого основания, и земляне отправились в лагерь.

- Напугать-то мы его напугали, - сказал Ланской, когда они отчалили от острова колдуна, - но вдруг мы не справимся с тодит на материке?

- Справимся, - отмахнулся Скрибнер, - автоматов хватит.

- И неясно, - продолжал Ланской, - какое отношение имеют тодит к тахи. Какое-то имеют наверняка.

- С чего ты взял? Тахи сами по себе, - дикие, я имею в виду, они ведь всегда на островах жили.

- Так-то оно так, но колдун, похоже, не случайно держит тахи рядом с этими чертовыми корнями, - тех тахи, которых дрессирует.

- Да не все ли равно? - удивился Скрибнер. - Даже если этот старый паразит кормит зверей корнями - или наоборот, что от этого меняется? Все равно тахи будут охранять острова, просто потому, что охраняют собственное потомство, гнезда-то у них в песке, на берегу.

- Но если действительно тахи и тодит связаны... ведь сургоры не смогут без тахи выйти в океан.

- Орехами прокормятся.

- Они не смогут переселиться обратно на материк, - сказал Ланской. - Не смогут навещать соседние племена и вынуждены будут заключать браки внутри собственной изолированной группы. К чему это приведет? К вырождению, это аксиома, и странно, что приходится тебе об этом напоминать.