Сыновья Дьявола - Клоэ Валлеран

Кларку, который стоит у меня за спиной. Не хочу доставлять им удовольствие, признаваясь, что мы разделяем одну и ту же религию. Однако я не могу отрицать, что скульптура завораживает. Это мой бог, в самом прекрасном его изображении. Я могу только восхищаться такой чудесной работой по камню.

Нечеловеческим усилием воли я наконец отвожу глаза от Одина и спускаюсь с фонтана под изучающим взглядом Кларка, а затем вновь отправляюсь за ним по пятам и на этот раз следую за ним до самой террасы. Мрамор под ногами настолько сияет, что я вижу в нем свое отражение.

Сын Дьявола входит без стука – просто распахивает бронированную дверь, как будто он у себя дома. Мы оказываемся в огромном вестибюле. И меня сразу впечатляет смена убранства. Здесь все выдержано в черных тонах – от гранитного пола и стеновых панелей из сланцевой плитки до мебели. Отделка и некоторые детали из розового золота добавляют особый нюанс, в том числе внушительная хрустальная люстра, свисающая посреди вестибюля и отражающая свет мириадами сверкающих всполохов. Арочный проем в стене позволяет увидеть великолепно обставленную, необъятных размеров гостиную, где все дышит роскошью. Двумя преобладающими цветами повсюду остаются черный и розовое золото, но я не успеваю как следует разглядеть это шикарное жилище. Я слышу звуки приближающихся шагов, и вслед за ними появляется один из членов банды: у него светлые волосы и светлые, почти желтые глаза.

– Очень рад наконец познакомиться с той, кто попросил Билла заткнуться, да еще и громогласно отчитав его. Я Джастин!

Я пожимаю протянутую мне руку, улыбнувшись ему в ответ на его дружелюбную улыбку.

Что тут скажешь, энергия этого дома меня успокаивает…

– Ты на что-то рассчитываешь от встречи с большим боссом?

– Надеюсь, он купит у меня печенье, и я заработаю значок лучшего скаута в отряде.

Джастин заливается чистосердечным смехом, и даже Кларк, которого явно позабавил мой ответ, закатывает глаза к небу.

Похоже, что сегодня он решил расслабиться!

Однако ко мне быстро возвращается вся моя серьезность, когда я вдруг слышу звук новых шагов. Входит Картер, и вместе с ним сразу же появляется это неприятное ощущение, как будто не хватает воздуха. Высокие потолки позволяют мне не начать задыхаться, хотя у меня и возникает бешеное желание дать стрекача.

– Авалон! Спасибо, что пришла. Что, если мы пройдем ко мне в кабинет, чтобы поговорить о печенье?

Я прикусываю щеку изнутри, чтобы сохранить серьезность, слегка развеселившись после того, как понимаю, что он услышал мой ответ на вопрос Джастина.

От улыбки, которую он мне дарит, из уголков глаз у него разбегаются морщинки, однако я вовсе не собираюсь обманываться его видимой доброжелательностью. За неожиданно мягкими чертами лица и полудлинными волосами в духе Брэда Питта скрывается главарь банды, который пообещал полицейскому сбежать из тюрьмы, если так или иначе ему придется там оказаться.

– Наверное, у вас не найдется свистка против нападений, чтобы одолжить мне, прежде чем я пойду за вами?

Джастин резко закашливается, пытаясь сдержать новый приступ смеха, и Кларк хлопает его по спине с риском выбить ему легкое. Картер смотрит на меня как завороженный, и его синие глаза сверкают.

– Я обещаю тебе, что здесь ты в безопасности и что ты выйдешь отсюда целой и невредимой.

Ну да, в конце концов, он бы в любом случае не стал меня предупреждать. Тем не менее мои ноги приходят в движение, и я следую за Картером по огромному коридору направо из вестибюля.

Еще одна люстра, столь же восхитительная, что и первая, освещает серию работ Бэнкси, развешанных в рамах на стене – они ее единственное украшение, – а в конце коридора находится внутренний фонтан. Это самый настоящий водопад, обрушивающийся с более чем пятиметровой высоты. Этот человек настолько богат, что он уже не знает, что делать со своими деньгами!

Картер распахивает большую дверь, последнюю перед фонтаном, и мы заходим в его кабинет, освещенный естественным светом благодаря трем французским окнам, открывающим взору великолепный вид на пышную растительность его владений. Это лес. Мы находимся посреди дикого леса. И этот кабинет напоминает кабинет Дамблдора из «Гарри Поттера». На стенах нет ни одного свободного места, но все располагается в идеальном порядке. Возникает желание исследовать самые отдаленные уголки этого кабинета. Как если бы в них скрывались тайны Иггдрасиля[12].

Картер закрывает за мной дверь и делает мне знак рукой, приглашая присесть в кожаное кресло, стоящее напротив его дубового стола. В полном молчании я повинуюсь, попутно спрашивая себя, будет ли слышен мой голос в вестибюле, если я начну кричать и звать на помощь. Но даже если и да, то не думаю, что Кларк и Джастин прибегут мне на выручку.

Я пристально вглядываюсь в лицо босса, пока он устраивается за столом.

– Почему все члены вашей банды верят в скандинавских богов? У вас тут что-то вроде общины свидетелей Иеговы, только в языческом варианте?

Его явно забавляют мои слова, и он расплывается в улыбке, но оставляет мой вопрос без ответа.

– Предполагаю, ты спрашиваешь себя, что ты здесь делаешь?

– Так и есть.

Он выпрямляется и скрещивает пальцы, положив руки на стоящий перед ним закрытый ноутбук и открыто разглядывая меня, будто я животное, выставленное для продажи на ярмарке. Несмотря на то что мне все больше становится не по себе, я по-прежнему неподвижно сижу в кресле.

– Боюсь, что мне нужна твоя помощь.

Сбитая с толку, я поднимаю брови, и на какое-то время воцаряется молчание. От удивления я готова расхохотаться, но сдерживаю себя в ожидании, пока он продолжит: любопытно узнать, чего может хотеть от меня такой человек.

– Мои люди должны выполнить доставку одного груза, только, как ты уже сама могла убедиться, полиция не спускает с нас глаз. То, чего я хочу от тебя – разумеется, если ты согласишься, – это пойти в полицейский участок и сделать заявление об этой доставке, указав ложный адрес.

На какую-то секунду у меня мелькает мысль о спрятанной где-то здесь скрытой камере, и я от всей души надеюсь, что это так. Но, к сожалению, молчание Картера говорит о том, что он ждет от меня ответа.

Клянусь всеми богами! Как он в принципе может лелеять надежду, что я на такое соглашусь?

– Ну уж нет.

Он слегка подается вперед над столом, прищурив глаза.

– Без твоей помощи брат твоей подруги, а также Кларк и все другие парни рискуют оказаться в тюрьме.

Я поднимаюсь с места так резко, что кресло подо мной опрокидывается. Меня всю трясет от неудержимой ярости.

– А это уж не моя проблема!

Картер – такое же ничтожество, как и Билл.

Подумать только, что у него хватило наглости выговаривать полицейскому за его поведение, при том что он сам рассчитывал меня использовать!

У меня есть моя жизнь и моя учеба, и я хочу заниматься только ими, даже речи быть не может о том, чтобы мне нарушили все планы, бросив меня за решетку, когда станет известно о моем преступлении!

Картер, и глазом не моргнув, снова начинает говорить – слишком спокойным и уравновешенным тоном для такой ситуации:

– Ты уверена? Когда Лола узнает, что ты могла помочь избежать тюрьмы ее брату, однако отказалась это сделать, думаю, есть риск, что она очень сильно на тебя обидится.

Я пытаюсь проглотить ком, застрявший в горле, в то время как Картер с разочарованной миной пожимает плечами, как если бы я не оправдала его доверие.

– Она поймет! – категорично говорю я.

– Я не говорил, что она не поймет. Но разве она сможет как ни в чем не бывало продолжать общаться с человеком, который палец о палец не ударил, чтобы помочь ее брату? И когда об этом станет известно всему кампусу и все будут тебя ненавидеть, оскорблять тебя и плевать тебе в лицо – потому что ты содействовала падению их кумиров, – как тебе удастся продолжить учебу?

Картер откидывается на спинку кресла с победоносной улыбкой, как если бы я уже согласилась ему помочь, и это так бесит, что уже только поэтому хочется сказать ему пару ласковых.

– Никому и в голову не придет, что ты