Париж – это всегда отличная идея - МакКинли Джен

– Вы правы, – вымолвила я. – Прошу прощения.

– Честно говоря, потому что Джейсон – единственный сотрудник того же уровня, что и ты. Кроме того, у него есть талант заставлять сработаться вместе тех людей, которые обычно этого сделать не могут, – сказал Эйдан. – Это очень крупная сделка, и она потребует максимум усилий от каждого. Джейсон умеет управлять людьми так, как не может Джулия. Она слишком осторожна. Мне нужен лидер, а вы с Джейсоном – лучшее, что у меня есть, и ты сейчас в Европе.

– Я не согласна. Здесь нужен тот, кто вникает во все и ориентирован на задачу, – возразила я. – Это не Джейсон. Он может только вбрасывать идеи.

– Челс… – Эйдан попытался прервать меня.

– Нет, я серьезно, – продолжила я. – Он настоя- щий Том Сойер. Из достоверных источников я знаю, что он заставляет Лиз из бухгалтерии составлять для него числовые таблицы, потому что математика слишком сложна для него. Николь из отдела маркетинга добавляет туда красивые графики, а его правая рука Блейк собирает все это воедино. Все, что делает Найтли, – это ставит на отчетах свое имя и с шиком преподносит их начальству.

– Челс… – снова попытался Эйдан.

– Эйдан, я уверяю вас, что такой подход не сработает с Северином, – сказала я. – Этот человек – признанный гений. У Найтли есть внешность и обаяние, и обычно это работает, но Северин сразу же его раскусит, и тогда…

– Челси! – наконец перебил меня Эйдан. – Достаточно.

Он выглядел огорченным, и я почувствовала, как у меня внутри все опустилось. Ох-ох.

– Он сейчас там, вместе с вами, не так ли? – спросила я.

Эйдан наклонился к компьютеру и развернул мо- нитор так, чтобы он был обращен в сторону стола для посетителей. Джейсон ухмыльнулся мне, погрозив пальцем.

– Том Сойер, да? – спросил он и, склонив голову набок, протянул: – А я всегда думал, что больше похож на Гекльберри Финна.

– Пожалуйста, поверни меня обратно к Эйдану, – попросила я. Я отказалась извиняться, хотя мое лицо пылало и я была совершенно подавлена. Ну, по крайней мере, он упомянул только об оскорблениях.

– Что это? Ты опять назвала меня красавчиком? Или я все-таки обаятельный? – Джейсон приложил ладонь к уху, как будто не расслышал. – Я не мог ничего разобрать сквозь твои стиснутые зубы.

Он с минуту изучал меня.

– Черт, Мартин, ты выглядишь ужасно, – прищурившись, добавил он. – Это что у тебя… – он плотно сжал губы, но это не сработало, и через секунду плотину прорвало и он расхохотался. – Серьезно? Пижама с коровой? Нет, ну в тебе и так-то секса не больше, чем в холодных макаронах, но это уже слишком даже для тебя.

– Полегчало? – спросила я. – Можешь оскорблять меня сколько угодно. Обидно, наверное, услышать о себе правду?

– Правду? – его глаза расширились, а затем сузились. – Если я умею делегировать задачи, а ты – нет, это не значит, что я работаю меньше, чем ты. Я просто лучше распоряжаюсь своим временем.

– Ну, если «счастливый час» в баре в пятницу – это твоя самая важная встреча на неделе, то, думаю, так и есть.

– Вот только не надо меня осуждать просто потому, что у меня есть личная жизнь, а у тебя – нет, – сказал он. – Тебе стоит попробовать. Возможно, ты перестанешь быть такой…

– Джейсон! Челси! – перебил Эйдан. – Достаточно.

Монитор повернулся, и я снова увидела Эйдана. Глаза у него были дикие, а лицо покраснело – от Эйдана с его дзенским спокойствием и позитивным подходом я такого не ждала.

В другое время я бы сказала, что мне жаль. Но передать Найтли мою кампанию? Я не собиралась извиняться за то, что сказала. И когда этот идиот все испортит, я не буду об этом жалеть. Нет, я не буду жалеть; я буду в ярости!

– Хорошо, – Эйдан ущипнул себя за переносицу. – Я понимаю, что вы не всегда сходитесь во взглядах, но нужно помнить, что мы все в одной команде и это самое большое корпоративное пожертвование, на которое мы когда-либо могли рассчитывать. Десять миллионов. Это может создать прецедент, и я не хочу все потерять, потому что вы двое не можете взять себя в руки и работать вместе.

Я выпустила с трудом сдерживаемый вздох и услышала, что то же самое сделал и Найтли на заднем плане. Эйдан тоже вздохнул.

– Послушайте, я прошу вас обоих как профессионалов отложить свои личные чувства в сторону, пока мы не закроем эту сделку. Я бы вмешался и сделал все сам, но сейчас я просто не могу.

Что-то не то было в его тоне. Я почувствовала, как волосы у меня на затылке встали дыбом. Эйдан никогда ни от чего не отступал. Он управлял корпоративными пожертвованиями и фандрайзинговыми кампаниями в течение многих лет, привлекая миллионы там, где другой не выпросил бы и цента. Это было на него непохоже.

– В чем дело, Эйдан? – спросила я. – Вы можете сказать мне, и никто больше об этом не узнает – вы это знаете.

– Я тоже никому не скажу, – согласился Джейсон.

Монитор компьютера снова повернулся, и теперь я могла видеть и Эйдана, и Джейсона. Я взглянула на Джейсона и заметила, что сегодня он был одет в темно-серую рубашку, отчего его глаза приобрели штормовой оттенок серого. Впрочем, какая разница. Он не смотрел на меня, однако хмуро и довольно напряженно смотрел на Эйдана, что заставляло меня еще больше нервничать.

– Я расскажу вам обоим. Правда в том, что… у меня диагностировали рак легких второй стадии – чертовы сигареты, которые я курил в юности, дали о себе знать, – и я просто не знаю, как все сложится в ближайшие несколько месяцев. Поэтому я прошу вас двоих взяться за это дело вместе – ради меня.

На мгновение воцарилась тишина, пока мы переваривали эту новость. Я была потрясена настолько, что лишилась дара речи. Думаю, то же самое произошло и с Джейсоном. Он пришел в себя первым.

– Можете на меня рассчитывать, – сказал он. – Я сделаю все, что потребуется.

Я уставилась на лицо своего босса и учителя на крошечном экране моего телефона. У Эйдана был рак легких. Второй стадии. Это означало, что опухоль проникла либо в грудную полость, либо в лимфатические узлы. Это нехорошо. Но это только вторая стадия. Это лучше, чем третья и четвертая, верно? Все еще поддается лечению, ее еще можно победить.

– Дыши, Челси, – сказал Эйдан.

Я даже не подозревала, что все это время сидела не дыша.

– Как давно вы об этом узнали? – спросила я. В принципе, это не имело особого значения, но если бы шеф сказал мне об этом в своем офисе в тот день, когда я пыталась уволиться, я бы, скорее всего, не ушла. Знал ли он об этом тогда?

– Несколько недель назад, – ответил он. Значит, он знал и все-таки отпустил меня. – И да, ирония в том, что я работаю в АОО и у меня диагностировали рак.

Я изучала его лицо. Может, он похудел? Да, это так. Как же я не заметила? Борода. За этой растительностью трудно было оценить его состояние.

– Могу я рассчитывать на тебя, Челси? – спросил Эйдан. – Ты продолжишь работать с Джейсоном в качестве консультанта?

– Конечно. Я всегда готова помочь, если это необходимо, – ответила я.

– Спасибо, – Эйдан выдохнул, не скрывая своего облегчения. Он улыбнулся мне, а потом Джейсону.

– И кто знает, может быть, вы двое научитесь получать удовольствие от совместной работы.

Я взглянула на Джейсона. На его лице отразилось такое же сомнение, как и на моем. О, мы сделаем это для Эйдана, и это будет потрясающе, потому что я чертовски уверена в предстоящем успехе, но ни один из нас не собирался наслаждаться процессом.

– Я получил файлы по Северину от Джулии, – сказал Джейсон. – Я просмотрю их сегодня вечером, а завтра мы поговорим об этом. У меня есть несколько вопросов о том, как ты оцениваешь доходность инвестиций.

Я открыла рот, чтобы спросить, какие именно вопросы могут возникнуть, если все было тщательно учтено в этих самых документах, но промолчала. Вместо этого я кивнула и произнесла:

– Отлично. Поговорим с тобой завтра… Гекльберри.

Надо отдать должное Найтли, он рассмеялся. Это был хороший смех, глубокий и звучный. Затем он подмигнул мне и, как обычно, с важным видом поднялся со своего места. Прежде чем выйти из кабинета, он пожал Эйдану руку и попросил дать знать, если ему что-нибудь понадобится. Эйдан подождал, пока за ним закроется дверь, и повернул монитор так, чтобы остались только он и я.