Покори меня (ЛП) - Валентайн Мишель

Я быстро поворачиваю голову, чтобы не смотреть, когда жар ползет вверх по моей шее, прежде чем осесть на щеках.

— Что ты делаешь?!

— А что, по-твоему, я делаю? Чищу зубы. Гигиена полости рта очень важна, — говорит Трип с полным ртом пасты.

Я вздыхаю, но звучит почти как рычание.

— Я имела в виду, почему ты голый?

— Хм, в душе и следует быть голым. — Мне даже не нужно видеть его лицо, чтобы понять, Трип довольно улыбается.

Я хватаю белое полотенце с вешалки на стене и протягиваю ему.

— Вот. Прикрой эту штуку.

Трип сплевывает в раковину, а затем берет полотенце и его глубокий смех наполняет крошечную ванную.

— Что? Мы что, в пятом классе? Это член, Холли. Называй вещи своими именами.

Краем глаза смотрю, как Трип перекидывает полотенце через плечо, поворачиваясь так, чтобы я могла полностью видеть его соблазнительную обнаженную фигуру.

— Его нужно повязать вокруг талии.

Трип небрежно прислоняется к стойке. Очевидно, он нисколько не стесняется стоять полностью обнаженным передо мной.

— Послушай, мужчинам нравятся женщины, которые не боятся говорить непристойности. Это будет нашим первым уроком, как заинтересовать парня. Если ты хочешь, чтобы я прикрылся, перестань вести себя как маленькая испуганная девственница и завладей моим вниманием. Посмотри мне в глаза и скажи, чтобы я прикрыл свой член.

Я закатываю глаза.

— Это просто смешно.

— Тебе нужна моя помощь или нет? — Когда я не отвечаю сразу, он барабанит пальцами по стойке. — Я жду… и могу стоять здесь весь день. У меня нет никаких проблем с тем, чтобы хвастаться тем, чем меня наделил Бог, и когда я говорю «наделил», ну, ты знаешь. Ты же видела, — усмехается Трип.

Сжимаю губы в тонкую линию. Как бы мне ни была ненавистна мысль о том, чтобы опуститься до такого неловкого уровня, в глубине души я понимаю, что он прав. Я всегда слышала, что мужчины любят, чтобы их женщины были и грешницами, и святыми. Мне нужно смириться и сделать это. Хочу доказать Джексону и всем остальным, что я не просто прямолинейная хорошая девочка, которой они все меня считают.

Зеленые глаза Трипа впиваются в мои, как только наши взгляды встречаются.

— Прикрой свой гребаный член, пошляк.

Парень ухмыляется и медленно стягивает полотенце с плеча одной рукой. Татуировки, выгравированные на гладкой коже его рук, плеч и груди, привлекают мое внимание, пока Трип оборачивает полотенце вокруг своей талии.

— Возможно, у тебя все-таки есть надежда, сладкая. Но у нас еще много работы. Мы должны продолжать работать над тем, чтобы сделать твой хорошенький ротик грязным.

Я скрещиваю руки на груди.

— Прекрасно. Так и сделаем. А теперь, пожалуйста, выйди, чтобы я могла пописать.

— Конечно. — Трип подмигивает мне, прежде чем протиснуться мимо меня и шлепнуть меня по заднице.

Моя кожа горит от его прикосновения, и я потираю свой зад, чтобы унять боль.

— Эй!

— Просто разогреваю попку на потом. Привыкай к моим прикосновениям, детка. — Он поднимает руки вверх и, развернувшись, идет по коридору. — Сегодня эти штуки будут на тебе повсюду.

— Фу.

Я закрываю дверь чуть сильнее, чем собиралась. Несмотря ни на что, мне приходится напоминать себе, как важно быть милой с Трипом. Он помогает мне с самым важным в моей жизни: с этот треком и возвращением к Джексону.

Смотрю на себя в зеркало и изучаю отражение, проклиная себя за то, что позволила Трипу задеть меня. Мне нужно перестать так быстро раздражаться.

Перекидываю волосы через плечо и включаю воду. Смотрю в отражение своих голубых глаз, пока жду, когда вода согреется. Образ Трипа, улыбающегося и сгибающего пальцы, когда он говорит о том, чтобы щупать меня, всплывает в моей голове. Я хочу, чтобы мысль о его сильных руках, обнимающих меня, не заставляла мой желудок трепетать так, как это происходит сейчас. Черт бы его побрал!

Плескаю немного воды на лицо и оглядываюсь на часы на стене позади. Сейчас не так поздно, как я думала. У меня есть время для обычной рутины. Я стягиваю через голову рубашку и снимаю нижнее белье, чтобы быстро принять душ. Отодвигаю занавеску и включаю воду как раз в тот момент, когда дверь ванной распахивается.

Я натягиваю занавеску на голое тело и, резко развернувшись, отшатываюсь.

Трип большой рукой хватает меня за локоть, чтобы поддержать.

— С тобой все в порядке?

Я шарахаюсь от него. Мне не нравится, что он прикасается ко мне, когда я совершенно голая.

— Почему ты не стучишь?

— Ты не постучала, поэтому я решил, что наши отношения достигли уровня «без стука».

Я толкаю его плечом в сторону открытой двери, осторожно, сохраняя шторку обернутой вокруг себя.

— Ну, это не так, а теперь убирайся.

Он поднимает руки.

— Полегче. Я просто пришел за зубной щеткой и дезодорантом. Обещаю, что не буду подглядывать, если ты этого не захочешь.

— Убирайся, — приказываю я.

— Скажи «пожалуйста». — Я прищуриваюсь, и он поднимает бровь. — Наша сделка…

Это буквально убивает меня.

— Фу. Хорошо. Пожалуйста, убирайся.

Трип сгребает свои вещи со стойки и ухмыляется.

— Только потому, что ты умоляла. Я никогда не могу отказать женщине, когда она умоляет.

Когда Трип снова смеется надо мной, я борюсь с желанием накричать на него и сказать, что передумала и наша сделка того не стоит. Хочу, но не буду. Мне нужно довести дело до конца. Я устала все время думать о Джексоне. Даже я знаю, насколько это жалко, а эта маленькая сделка с Трипом поможет мне увидеть те чувства, которые я лелею. Джексон либо захочет, чтобы я вернулась, либо будет продолжать притворяться, что между нами ничего не было, а это будет означать, что все действительно кончено.

В любом случае, я готова жить дальше. Мне нужно новое направление, и хочу найти кого-то, кто действительно хочет меня.

ГЛАВА 6

ЛЮБОВНОЕ ЗЛОДЕЯНИЕ

ТРИП

По дороге к офису мой сотовый вибрирует, и я вытаскиваю его из кармана. Проверяю номер звонящего и закатываю глаза.

— Да, папочка?

— Что ж, может быть, если бы ты время от времени звонил и сообщал людям, где находишься, я бы тебя не проверял. Где ты? — спрашивает мой брат-близнец Тайк, и в его голосе достаточно тревоги, чтобы создать следующий подростковый блокбастер.

Надеваю солнцезащитные очки и оглядываю горный пейзаж.

— Я в Аризоне.

— Какого хрена ты там делаешь?

Иногда иметь брата, вовлеченного в твою жизнь — та еще заноза в заднице.

— Наш финансовый инвестор, Чарли Ричардсон, позвонил с убийственной инвестиционной возможностью, и я сразу же ухватился за нее. Вот этим я и занимаюсь… проверяю эту хрень.

Тайк вздыхает в трубку.

— И ты не подумал позвонить мне и дать знать. Господи, чувак, я чертовски беспокоился о твоей тупой заднице. Уезжать на несколько дней и не давать о себе знать, чертовски на тебя не похоже. Почему не перезвонил? Я оставил тебе около пятнадцати сообщений.

— Я не обязан перед тобой отчитываться, — возражаю я.

— Знаю, но, черт возьми. Немного обычной вежливости не помешало бы. Я думал, что один из наших фанатов-психов окончательно свихнулся и привязал тебя к своей кровати, как в «Мизери».

Я смеюсь.

— Это не обязательно плохо. Поклонницы, с которыми я обычно трахаюсь, всегда очень горячие. Возможно довольно весело стать на несколько дней чьим-то секс-рабом.

— Трип… — Мой брат чертовски беспокойный. Большую часть времени он слишком серьезен, и это действует мне на нервы. — Я лишь интересуюсь, когда в следующий раз ты дашь мне о себе знать. Анна тоже волновалась.

Можно подумать, что Анна, наша экономка, моя мать, настолько она волнуется за Тайка и меня.

— Извини. Все произошло так быстро, что мне даже в голову не пришло сказать тебе, что я уезжаю. И знаю, что это не очень хорошее оправдание, но я был крайне занят с того момента, как попал сюда. Звонок тебе просто вылетел у меня из головы. Скажи Анне, что мне очень жаль.