Ловушка для героя - Тамара Крюкова

– Следуй избранной дорогой, – бесстрастным голосом приказал человек в черном, указав Артему на лестницу, ведущую вниз.

Меньше всего Артему хотелось сейчас обследовать пещеру, но у него не было выбора. Ни жив, ни мертв от страха, он покорно возобновил спуск. Идущий следом загораживал лунный свет, и каждый шаг приходилось нащупывать ногой. Выщербленные, со сколами ступени были неровными, на них ничего не стоило подвернуть ногу.

– Я не вижу ступенек. Тут темно, – в очередной раз споткнувшись, пролепетал Артем.

Человек в черном хлопнул в ладоши, и сразу же зажегся огонь. В крюке, вбитом в стену, потрескивая, горел факел. Пламя трепетало, освещая ступени теплым желтым светом. Артем не ожидал, что его пожелание будет тотчас исполнено. Постепенно к нему возвращалось самообладание.

«Это игра. Здесь со мной не может ничего случиться», – мысленно подбадривал он себя, но окружающая обстановка и зловещая личность в черном выглядели так убедительно, что Артему не сразу удалось унять дрожь в коленках. Когда он поравнялся с факелом, сопровождающий как бы невзначай заметил:

– Каждый сам освещает свой путь.

Не зная, правильно ли он понял намек, Артем нерешительно вытащил факел. Незнакомец не выказал недовольства, и Артем почувствовал себя увереннее.

– Куда вы меня ведете? – решился спросить он.

– Я не веду, я лишь следую велению Великого Проводника.

– А он куда велел меня отвести? – допытывался Артем.

– Никому неведомы его мысли.

– Он тут что, самый главный?

– Он больше, чем главный. Великий Проводник направляет ход истории и распоряжается судьбами.

– Крутая шишка. Мы к нему идем? – поинтересовался Артем.

Человек поперхнулся. Сначала Артему показалось, что он закашлялся, но скоро он понял, что это не кашель, а смех. Человек в черном смеялся, и его надтреснутый хохот эхом отдавался в глубине пещеры.

– Что смешного я сказал? – обиделся Артем.

Видя, что незнакомец настроен довольно миролюбиво, он окончательно пришел в себя.

– Ты слишком много о себе мыслишь, чужестранец. Великого Проводника может видеть только тот, кто пройдет посвящение. Не многие на это решаются.

– Почему?

– Потому что за этим – тьма.

Пытаясь осмыслить сказанное, Артем прикидывал, в чем состоит суть игры. Наверное, надо сразиться с Великим Проводником. Он с тоской вспомнил про меч. Оставить боевое оружие было непростительной глупостью, но не просить же этого в черном вернуться за мечом, чтобы пообтесать их шефа. Нужно было что-то придумать.

К сожалению, времени на раздумья не осталось. Лестница привела их в просторный округлый зал, мало походивший на пещеру. Пол и гладкие стены, плавно переходящие в высокий купол, были целиком облицованы обсидианом, черным, блестящим камнем с вкраплениями серебряных песчинок. От этого свод зала казался похожим на бескрайний, зияющий чернотой космос с мириадами серебряных звезд.

Посередине помещения из красновато-бурого авантюрина был сложен шестигранный очаг, в котором горел огонь. Языки пламени лизали тьму. Искры взметались вверх, исчерчивая темноту горящими следами своего полета. Отблески пламени красноватыми бликами плясали на гладкой поверхности стен и высвечивали семь мрачных фигур, стоящих вокруг огня.

Сопровождающий молча указал Артему, где встать. Все взоры обратились к вошедшим. Лица людей были по-прежнему скрыты капюшонами, но Артем чувствовал на себе пытливые, изучающие взгляды.

– Кто сей отрок? И почему он здесь, брат Октавус? – спросил один из присутствующих.

На груди у задавшего вопрос висел золотой медальон в виде причудливого сплетения латинской буквы и цифры: F1. Видимо, он был здесь за главного.

– Он пытался проникнуть сюда. Силы тьмы не дремлют, они окружают нас шпионами, брат Премьер. Поистине, перст судьбы заставил меня задержаться, чтобы я застиг этого лазутчика на месте преступления, – сказал Октавус.

Артем понял: игра это или не игра, а нужно выкручиваться, чтобы не попасть в скверную историю.

– Я вовсе не лазутчик, – громко вставил он.

– Вот как? Тогда почему ты оказался здесь и откуда узнал про собрание Ордена? – спросил Премьер.

– Я и не знал ни про какое собрание. Просто пошел следом за вами и увидел лестницу, – чистосердечно признался Артем.

– Значит, ты признаешь, что шпионил за нами? – тоном обвинителя проговорил Премьер.

– Да нет же! Я увидел вас, и мне стало интересно, – объяснил Артем.

– Ты проговорился. Почему тебе интересны дела Ордена? Что ты замышляешь? – подозрительно спросил Премьер.

Артем подумал, что ему не доводилось встречать более тупых людей. Уж если такой тут верховодит, можно представить себе, какой скудный интеллект у остальных.

– Ничего я не замышляю. Я про ваш Орден слыхом не слыхивал. И вообще, тут оказался случайно, – пытался откреститься от обвинений Артем.

– Ты готов поклясться в этом? – спросил Премьер.

– Пожалуйста. Хоть двадцать раз! – уверенно выпалил Артем.

– И ты ни с кем не говорил об этом?

– Когда бы я успел? – искренне изумился Артем.

Премьер обернулся к стоящему рядом с ним и вопросительно произнес:

– Брат Секундо?

В ответ тот утвердительно кивнул.

– Брат Терцио? Брат Квартус? Брат Квин-то? – Премьер по очереди обращался к каждому из присутствующих, и они в свою очередь отвечали легким наклоном головы. – Брат Секстус? Брат Септимус? Брат Октавус?

«Имена прямо по номерам идут», – подумал Артем. Откровенно говоря, он совсем не разбирался в латыни, но когда был маленьким, целых два года ходил в музыкальную школу и с тех пор помнил названия музыкальных интервалов.

Между тем Премьер снова повернулся к нему и сказал:

– Хорошо. Мы верим тебе.

У Артема отлегло от сердца, но оказалось, радоваться рано. Премьер воздел руки и торжественно произнес:

– Жертвенный огонь скроет тайну, случайно узнанную тобой, и тем самым очистит твою вину.

По его знаку двое служителей Ордена подошли к Артему, подхватили его под руки и потащили к огню. Опомнившись, что его ни за что ни про что собираются изжарить живьем, Артем рванулся и что есть силы заорал:

– Нет! Что вы делаете?! Отпустите меня! Вы не имеете права!

Он упирался и лягался, но у братьев из Ордена была железная хватка. Пламя было уже так близко, что на лице ощущался его жар. Игра принимала скверный оборот, и только мысль о заветном флаконе с живой водой поддерживала в Артеме остатки мужества.

Когда до огня оставалось всего ничего, на лестнице раздались торопливые шаги, и в зал вбежал запыхавшийся карлик. Видавшая виды фетровая шляпа с отвислыми полями не скрывала уродства его оплывшего лица. Коротенькие ножки, обтянутые штанами из грубой шерстяной ткани, были таким кривыми, что походили на колесо.