Муравей - Наталья Караванова

Дис поднялся из-за стола и прошелся по комнате. Он не был готов к такому повороту событий. Ведь, в сущности, проблема в том, что он сам так недавно пошел на огромные жертвы, на смертельный риск, чтобы спасти эти самые сценарии от неминуемой гибели. Но теперь, когда ясно — больше никогда человечество ничего не получит от своих искусственных миров, стоит ли идти на обман, то есть по сути, на все тот же смертельный риск, ради отработанного уже проекта? Что же, пока сценарии принадлежали нам, их стоило беречь и спасать, а теперь, когда они принадлежат сами себе, выбор остался невеликий. Или уничтожить, или забыть. Но забыть не получится — слишком много рекламы, денег, энергии, труда, наконец, во все это вложено. А уничтожать… там же люди. Ненастоящие? Ха. Как сказал бы Джим: "Сами вы не настоящие!".

Дис, наконец, сказал:

— Мы, Большой совет цента, телепаты, как вы правильно заметили. Как только я вернусь, остальные станут обладателями моей информации. Всей информации.

— Решать вам, — Серьезно кивнул Ян. Все-таки он не был сумасшедшим. Просто устал, столько лет в одиночестве.

— Да, конечно.

Дис тряхнул головой и молча направился вон из кухни. Ян через несколько шагов его догнал:

— Что вы решили?

— Не бойтесь, я… не стану возвращаться. Я вспомнил, что у меня есть небольшой долг. Надо помочь Дмитричу домой вернуться, Все ж таки это я его в обгоняющий Муравейник выдернул, да и остальным, застрявшим. Как вы находите такое решение? Не правда ли, там мне самое место? А насчет тощего тела… не хочу даже думать, как будет трудно восстанавливаться после восьми лет в проекте. Об этом еще будет время подумать: в сценариях время течет все-таки сильно по-другому. Вот что…если не трудно, покажите мне, где этот ваш портал. Боюсь не найти нужный куст сирени.

Они вышли вдвоем на мокрое крыльцо. Байрон завилял хвостом при виде хозяина. Он, оказывается, тут спал, под старым, когда-то выставленным на улицу столом. Жужжали комары, это пришло их время. До куста сирени с большим лесным муравейником в стороне было около двадцати шагов — еще есть время передумать.