Порок и добродетель (Звонок из преисподней) - Вера Кауи

– А ты разве боишься? – удивилась Джулия, считавшая, что он в любой игре мастак.

Они напились чаю с пшеничными лепешками с маслом в маленькой чайной в Хове среди старых дам в шляпках с цветами и пожилых джентльменов с цветами в петлицах. Чай был цвета хорошо начищенной кожи.

– Как во Флориде, – ехидно прокомментировал Брэд, оглядываясь по сторонам.

– Да, – согласилась Джулия, – в таком городке, как Хов, хорошо жить, уйдя на пенсию.

– Боже сохрани! – испугался Брэд.

– Это ждет нас всех рано или поздно. – Только не меня!

Все, последний кусочек мозаики лег на место. Именно поэтому он так все время торопился, хватался за все, менял женщин и костюмы – Джулия видела, сколько их у него. Новое впечатление от нового костюма, заменившего поднадоевший, от новой женщины, заменившей ту, с которой стало скучно. Теперь она поняла, что только потому, что ей удалось как-то задержать его интерес, он вернулся к ней для повторной игры. Она и была тем самым незаконченным делом.

В этот вечер он повел ее потанцевать. Как и все остальное, он это делал великолепно. Но был рассеян, даже мрачноват. Джулия удивлялась: она знала совсем другого Брэда. Весь день у нее было чувство, что что-то назревает. Его настроение менялось со скоростью цветов светофора. От очень хорошего до угрюмого – в течение нескольких секунд. Например, когда в своей квартире, куда она заехала переодеться, Джулия несколько минут проговорила по телефону, то, вернувшись, застала его в гневе. Ему не нравилось, когда ее внимание отвлекалось от него.

И в ту ночь он был необычно страстен, как будто наказывал ее за что-то, хотел заставить крикнуть «Довольно!». Чего она не сделала.

Иногда ей нестерпимо хотелось сказать: «Пожалуйста, повзрослей!», но она понимала, что их отношения запрещают такую фамильярность. Он с самого начала дал понять, что это только физиология. По законам плоти, ясно?

В воскресенье утром их разбудил телефон. Трубку снял Брэд.

– Салли? – Голос его звучал удивленно. Потом он искоса взглянул на Джулию и сказал: – Подожди, я спрошу ее. – Он прикрыл трубку ладонью. – Салли Армбрустер приглашает нас выпить. Хочешь пойти?

Джулия к этому времени уже достаточно хорошо знала, как он действует: хотел бы пойти – согласился бы, не спросив ее.

– Почему бы нет?

Армбрустеры жили на площади сразу за Кинг-роуд. В длинной гостиной собралось около дюжины человек. Брэд знал их всех, особенно женщин, которые сразу же завладели им. Джулии вручили бокал и оставили развлекаться по собственному усмотрению. Она знала, что все шепчутся за ее спиной и разглядывают ее. Ей было одиноко и тоскливо.

Она стояла одна у высокого окна, тупо рассматривая площадь. Там ее и заметила Салли Армбрустер, подошла, предложила еще выпить. В медового цвета блузке и брюках, русые волосы как львиная грива, она была ослепительна.

– Давно знаете Брзда?

– Нет. Я вообще его почти не знаю.

– А, все еще подготовительный этап. – Она улыбнулась, продемонстрировав острые зубки. – Сама этот этап хорошо помню. Настоящий виртуоз, верно? Первоклассный жеребец. Он бы разбогател, работай он за гонорары. – Она напоминала Джулии кошку. – Нас всех в свое время неплохо обслужил… – Салли сделала жест в сторону женщин, обступивших Брэда, но когда она взглянула на него, то Джулия заметила, что Салли закусила нижнюю губу. – Под этой мальчишеской внешностью еще более мальчишеское содержание, еще в игрушечной стадии. – Она горько рассмеялась, снова показывая на женщин, окруживших Брэда. – Сброшенные карты, вот кто они все. – Она разглядывала Джулию с явно завистливым интересом. – Мне хотелось бы узнать вас получше. Надеюсь, вы не против.

– Почему бы и нет?

– У меня имеются на то свои причины, вы это со временем поймете. Брэд для женщины не проходит бесследно. – Она смотрела на него с очевидной тоской и откровенной ненавистью. – Когда-нибудь кто-нибудь, даст Бог, его припечатает. Только мысль о том, чтобы он страдал и просил… – Она сделала резкий вдох и повернулась к Джулии. – Вы все больше молчите, – заметила она, – но уверена, вы свой текст знаете наизусть. – Она отпила от бокала. – Скажите, это натуральный цвет ваших волос? Если нет, признайтесь, кто ваш парикмахер.

– Спасибо моей маме, – сказала Джулия.

– Ах, да, мама… – Она снова взглянула на Брэда. – У Брэда тоже мамочка из этих, впечатляющая дама. Я бы сказала – леди Макбет. В смысле, перед леди Эстер Брэдфорд все Горгоны меркнут.

– Леди Эстер?

– А вы не знали? Мамочка Брэда из аристократок, дочка маркиза, ни больше ни меньше. Она из Конингхэм-Брэдфордов – очень величественно. Ее муж – из американской ветви семьи, но и у тех и других денег куры не клюют. Она вам горло перегрызет, если заподозрит, что вы имеете виды на Брэда, а потом повесит вниз головой, чтобы кровь стекала по капле. Она уже выбрала для Брэда спутницу жизни, да поможет ей Бог. – Она понимающим взглядом окинула Джулию. – Почему я вам все это рассказываю? Наверное, болтушка от рождения. – Карие глаза Салли сверкнули. – Вы скоро, к сожалению, сами поймете, что я имею в виду. Не держите на меня зла, если можете.

– Меня не так-то легко обидеть.

– Это тоже придет со временем. Он вас научит. – Рот ее искривился в злобной усмешке. – Так происходит даже у Кэролайн. Она изображает из себя весталку, но даже у нее при виде него пар из ушей идет. Мамаша тушит все пожары, хотя ей глубоко плевать, кого Брэд предает сожжению, только бы ее милый мальчик сам не обжегся. – Она насмешливо посмотрела на Джулию. – Вы вполне можете быть его последней пассией, – заметила она, прибавив с театральным вздохом: – Но он так хорошо умеет воспламенять… – Напоследок кивнув на кошечку на груди Джулии, она прибавила: – У меня был лев, – и грациозно двинулась в глубину комнаты.

Джулия продолжала смотреть в окно. Ничего не чувствовала. Только печаль.

– О чем это ты так долго разговаривала с Салли? – спросил Брэд, когда они уже сидели в ресторане.

– О тебе.

– Она была давно. – И давно забыта, говорил его тон.

– Ты не обязан мне ничего объяснять.

– Я и не собирался. Просто хотел, чтобы ты знала, вот и все…

– Почему?

– Потому что я знаю Салли.

«Как она знает тебя», – подумала Джулия.

– Она стопроцентная сучка, – продолжал Брэд, – и как черт ревнивая, совсем не такая, как ты. – Она промолчала. – Ты ведь нет? В смысле, не ревнива?

– Никогда раньше не была, – честно ответила Джулия, не потрудившись добавить, что у нее никогда не было на то оснований.

– Даже с твоим мужем?

– Нет.

– Тогда почему вы разошлись?

– Не подходили друг другу.