Порок и добродетель (Звонок из преисподней) - Вера Кауи

– Но он твой приятель?

– А у тебя сколько подружек? – Она смотрела ему в глаза и видела там гнев.

– Ладно, теперь мы сквитались, – бросил он коротко.

Значит, он ошибся? В ней чертовски трудно разобраться. Но зато как она желанна! В свитере и брюках ее фигура выглядела очень соблазнительно.

– Ты мне совсем не рада, – обиделся он.

– Конечно, рада! – «Не перестарайся, – подумала она. – Пусть посомневается и понадеется».

Она устроила ему довольно холодный прием. Но ее глаза могли растопить Брэда, как воск. Он подумал, что, наверное, это-то и привлекло его к ней прежде всего. Никто, глядя на холодную красоту магнолии, не подозревает, какая страсть скрывается в ее сердце.

– Ты в самом деле рада меня видеть?

– Ну конечно. – Она смилостивилась, приподнялась на цыпочки и слегка коснулась губами его губ, и он тут же страстно прижал ее к себе. «Именно это держит меня в рабстве? – подумала Джулия, ощущая его всем телом. – Что меня к нему привязывает? Страсть? Тогда надо скорее истратить ее всю без остатка».

– Да, теперь вижу, что ты рада меня видеть, – сказал он, удовлетворенный ее реакцией. Потом повернулся к часам. – Еще рано! Давай куда-нибудь пойдем. Я хочу отпраздновать.

Он повел ее в игорный дом, где она тоже никогда не бывала раньше. Но она не могла заставить себя играть, даже сегодня. Она наблюдала за ним, морщилась, когда он ставил горки фишек стоимостью больше ее полугодового жалованья на случайные номера, и их потом спокойно сгребал крупье. Когда Брэд стал настаивать, чтобы она тоже попробовала, она отказалась.

– Я не могу! У меня совсем другое отношение к деньгам, чем у тебя.

– Слушай, но ведь это мои деньги.

– Тем более.

Она видела, как затвердело его лицо, а нижняя гуда выдвинулась вперед, но стояла на своем. Он перестал дуться и начал над ней посмеиваться.

– Да будет тебе, раз в жизни дай себе волю. Когда у тебя день рождения?

– В августе.

– Нет, какого числа?

– Седьмого.

Он поставил горку фишек на седьмой номер. Номер выиграл. Забрав фишки, которые пододвинул ему крупье, он, несмотря на ее протесты, вложил их в руки Джулии.

– Они твои, и все тут, – заявил он. Их было так много, что Джулия не смогла удержать, и несколько штук упали на пол. Нагнувшись, чтобы собрать их, Брэд столкнулся с женщиной, которая, делая ставку, склонилась над столом.

– Нельзя ли поосторожнее! – Резкий голос неожиданно изменился. – Брэд! Господи, вот это неожиданность! Как ты живешь?

Она энергично обняла его.

– Салли!

Высокая, лет где-то тридцати с хвостиком, необыкновенно элегантная в черном, сногсшибательная, явно знающая, что к чему.

– Сто лет не виделись! Почему ты мне не позвонил… О! – Она перевела взгляд с него на Джулию и обратно. – Вижу. Как всегда, нашел себе другое занятие.

Проигнорировав этот выпад, Брэд представил женщин друг другу.

– Джулия Кэрри – Салли Армбрустер.

Они обменялись улыбками соперниц.

– Как дела дома? – мило спросила Салли. – Как мамочка?

И с еще большей проникновенностью:

– Как Кэролайн?

– Спасибо, хорошо. – Вежливость Брэда странно сочеталась с резкостью тона.

– Передавай им от меня привет, когда вернешься.

– Обязательно… – Он повернулся к Джулии. – Готова? Пошли, обменяем фишки.

– О, вы уже уходите? Я думала… может, выпьем вместе?

– Мы уже были в баре, спасибо. Приятно было снова тебя увидеть, Салли. – Он настойчиво повел Джулию прочь.

Взгляд, которым Салли одарила Джулию, вполне подошел бы в качестве ножа. И можно было не сомневаться, что она подразумевала своим прощальным «до свидания и всего хорошего». «Что ж, ее номера я не знаю, – думала Джулия, пока Брэд тащил ее прочь, – но она определенно знает мой».

Когда они вышли, Брэд предложил прогуляться.

– В этом городе еще можно гулять, – заметил он.

– Но машина?

– Они знают, где я живу.

Его настроение изменилось, хотя она уже в течение вечера слышала, как что-то постукивало в его механизме. Теперь же создавалось впечатление, что кто-то бросил горсть песка в систему передач, и он злился, что приходится ждать, пока сменят масло. Он снова взял ее за руку, но шагал молча и быстро.

Значит, помимо прочего, Салли Армбрустер была и другом дома. Знала его мать. И Кэролайн, кем бы она ему ни приходилась. Женой? Аристократическое имя, так и отдает от него лошадьми, собаками, подпиской на журнал «Город и деревня» и чаепитием в отеле «Ритц». И снова она ясно ощутила, как мало она его знает, как узок мир, в котором они соприкасаются, как много женщин он знал. Одной из которых была и она, Джулия. Ей бы сейчас повернуться и уйти, ведь понимает же она, что, не будь ее сегодня с ним, на ее месте была бы другая. Но когда позже этой ночью он любил ее, создавалось впечатление, будто до нее у него никогда никого не было.

Утром в воскресенье они спали допоздна. Стоило Брэду открыть глаза, как она поняла, что у него все еще плохое настроение. Она ходила вокруг него на цыпочках, сравнивая его настроение с погодой: ясно, но холодно, солнце светит, но не греет.

Когда он предложил прокатиться, что скорее напоминало приказ, она не возражала. Пусть, если это поможет ему развеяться. Как только увидела машину, она поняла, что он собирается делать. То была «мазерати», чуть выше земли, страшноватенькая и наверняка способная развивать сумасшедшую скорость.

Именно с такой скоростью он ее и вел, стоило им выехать на шоссе. Она напряженно ждала сирен и мигалок полицейских машин, но Брэд явно наслаждался. На лице у него было уже знакомое ей выражение: торжествующий восторг. Так он выглядел во время оргазма.

Именно в этот момент и начала она смутно понимать, что секс для него – способ убежать от чего-то или кого-то. С его помощью он идет на риск и получает освобождение. Джулия смущенно призналась себе, что в нем было еще что-то помимо примитивного плейбоя с красивой внешностью и тугим кошельком. Верно, он играл в игры, но она до сих пор не понимала, что они для него – вопрос жизни и смерти, что нечто другое движет им и не дает остановиться.

Они остановились у скал над морем, спокойным и серым. Джулия смотрела на него, с удовольствием вдыхая морской воздух. Она родилась у моря. Ей потребовалось от него уехать, чтобы понять, как она его любит и как ей его не хватает.

Ветер растрепал ее волосы. Она прикрыла лицо собольим воротником пальто, которое ей кинул Брэд из машины, небрежно заметив:

– Вот возьми, должно подойти.

– Женское, конечно.

– Осторожно! – Брэд оттащил ее от края. – Отсюда высоко падать. – Он нервно заглянул вниз. – Ты, видно, высоты не боишься.

– А ты разве боишься? – удивилась Джулия, считавшая, что он в любой игре мастак.