Месть волчицы - Алексия Скай

Черт, как болит голова! Вчерашней день напрочь отсутствовал в моей памяти. Ощущение такое, словно я прилично напилась и меня еще при этом хорошенько избили. Кое-как, я заставила себя подняться с кровати, и оправиться в ванную. Включив теплый душ, я повернулась к зеркалу.

- Что за хрень? - в зеркале отражалась абсолютно голая девушка, к тому же вся грязная.

Какое-то время я стояла и переводила взгляд с отражения на свое тело и обратно. Боже, что же вчера было, и где я шаталась? Так и не вспомнив, что же было, я залезла под теплые струи воды.

Тщательно вымывшись и завернувшись в большое белое полотенце, я вышла из ванной. Мои мозги начали немного соображать и до меня, наконец, дошло, что я в доме Мэтта. Какого черта я тут делаю? Вернувшись в ванную и накинув халат на обнаженное тело, я спустилась вниз, включила кофеварку, и присела за стол. Поставив локти на стол, я обхватила голову руками, головная боль не давала мне покоя, а на душе было так противно. Что же все-таки произошло? Может мы поругались с Дарреном? Надо позвонить ему и все узнать. Так, а где мой телефон? Наверно наверху остался, поднявшись на второй этаж, я зашла в свою комнату. Ну и бардак тут! И как мне в таком хаосе найти этот несчастный мобильник? Везде были разбросаны вещи: покрывало на полу, подушка на подоконнике, пустая бутылка виски на кровати. Ага, значит вчера я все-таки пила. Ладно, с этим потом.

А это что? Подойдя к каким-то лоскутьям красного цвета, я подняла их. Боже, да это моя куртка, а точнее то, что от нее осталось. Черт! Что же, было вчера? Осмотрев кусочки моей любимой куртки, я нашла телефон и ключи от квартиры.

Господи, да тут тридцать пропущенных вызовов: двадцать восемь от Даррена и два от Оливера. Последний от Дара был в восемь вечера, от Олли в десять. Похоже, вчера вечер был не особо приятный, но все же надо выяснить что было. Набрав знакомый номер, я услышала: "абонента с данным номером не существует". Как? Еще попытка, тоже самое. На домашний - отключен. Черт возьми, что происходит?

В полусознательном состоянии, я спустилась в гостиную и присела на диван, поджав под себя ноги, мозг отказывался восстанавливать происшествия вчерашнего вечера. Мой взгляд упал на журнальный столик, на котором лежал нож с белой резной рукояткой. Взяв нож в руки, меня словно током пробило - я вспомнила, что было вчера.

Слезы хлынули из глаз, такого не может быть! За что мне одной столько "радости"? Я не могу поверить, что Даррена нет. Как такое могло случиться? Нет, нет, это не правда. Боже, что мне делать, у меня никого не осталось. Родителей нет, бабушка умерла, Мэтт далеко, еще и Даррена не стало. Я этого не переживу. За что мне это? Чем я провинилась? Я жила обычной жизнью, старалась не падать духом из-за ударов судьбы, а теперь она решила мне нанести самый больной удар - забрав любовь моей жизни, смысл моего существования.

Не знаю, сколько я сидела и плакала, иногда тишину слез нарушал мой отчаянный крик, но и на это кончились силы, просто осознание пришло и принесло неимоверную боль. Даррен ушел навсегда, его больше нет, и не будет. Теперь давила не только боль, понимание неизбежности, и ярость холодная и тупая, но осознание бездействия.

Даже немного успокоившись, и многое, обдумав, я никак не хотела верить, что его больше не будет рядом, он просто больше не придет. Смерть Даррена казалась мне не вероятной. Еще и моя увлекательная родословная, тоже хороша. Неужели мир, правда, полон всякой нечестии? Что же мне делать? Оставить это просто так я не могла. Может, я и не знаю много в этом мире, но я знаю одно: мне предстоит в нем жить, а это значит - я буду мстить, всем и каждому кто посмел причинить боль мне и моим близким. На смену отчаянию и боли пришло холодное равнодушие.

С чего начать не знаю, но у меня есть нож, который отнял жизнь у моего любимого и с помощью него я найду тех, кто это все задумал. Надо внимательно рассмотреть это орудие, чтобы найти какие-нибудь зацепки.

Рукоятка ножа, твердая как мрамор, судя по всему, сделана из бивня. Белая поверхность украшена непонятными орнаментами, которые переходили на лезвие оружия. На боковой поверхности лезвия были сделаны желобки, если присмотреться, то их цвет отличался от основного металла, он по цвету больше походил на бронзу или медь. Возможно, внутри серебряного клинка имелся другой металл, поэтому я сразу и не определила какой это сплав. Лезвие ножа было заточено с одной стороны полностью, а с другой только до половины. С обеих сторон клинка, примыкающий к рукоятке имелся непонятный символ "?? В переводе с японского - смерть. ". Судя по всему это не что иное, как японский или китайский иероглиф, но что он означает?

Сейчас это не главное, мне надо с кем-то поговорить и желательно с тем, кто разбирается в этом сумасшедшем мире. Выбор у меня не велик Майк и Оливер, надо им позвонить. Спрятав нож на полке с книгами, я набрала номер Оливера, но меня поприветствовала голосовая почта. Ладно, деваться некуда, придется оставить сообщение.

- "Оливер, позвони мне, как прослушаешь сообщение. Пожалуйста"

Чем же мне сейчас заняться? Для начала не мешало бы навести порядок. Бродя по дому, я на автопилоте наводила идеальную чистоту, но в сознание всплывали картинки вчерашнего вечера. Смерть Даррена, помощь Оливера, слова и пощечина Аврила, мое превращение, разговор с вампиршей и мое возращение домой. Боже, да я же добиралась домой голышом. Вот это картина века - голая и грязная.

Когда с уборкой было покончено, я, завернувшись в теплый плед, и с телефоном в руках вышла на задний двор. Небольшая веранда открывала вид на маленький, ухоженный двор. По периметру садика были посажены клены, и их резные листочки которые уже успели упасть, потрясающе смотрелись на еще зеленом газоне. Здесь и сейчас я чувствовала себя спокойно, но до конца расслабиться мне не давала ноющая рана в сердце.

- Даррен, я отомщу за тебя, обещаю, - не знаю, для кого я это произнесла вслух, но мне стало немного легче.

Я молча сидела, глядя в одну точку, и не заметно для себя уснула. Опять я оказалась в том же дивном парке, осмотрев себя и убедившись, что не одета в платье, а всего лишь в джинсы, футболку и балетки - вздохнула спокойно. Я сбросила обувь, и побежала к пруду, но там никого не было. Осмотревшись по сторонам, я испугалась: слишком тихо, тишина буквально разрывала меня. Приблизившись к воде, я осторожно прошла вдоль берега и устроилась под ветками ивы.

- Малышка, похоже, ты пришла за ответами, - раздался голос бабушки.

- Бабуля! - вскочив на ноги, я подбежала к старушке и обняла ее.

- Как же мне приятно, что ты продолжаешь называть меня бабушкой, я все-таки тебе не родная, - она посмотрела на меня и вытерла слезу, которая скатывалась по моей щеке.