Тяжелое падение (ЛП) - Ней Сара

— Случайные вечеринки на заднем дворе? Где мы найдём ещё такие?

Он выглядит смущённым.

— Хорошая мысль. Я просто имел в виду, что мы могли бы проводить больше времени вместе, если бы ты захотела.

Если я захочу или потому что он хочет?

— Хочешь сказать, что хочешь проводить со мной больше времени?

Он пожимает плечами. Его большие, сексуальные плечи снова отправляют меня в мир грёз. Ничто так не возбуждает меня, как сильная верхняя часть туловища. И мужской затылок, особенно когда он только что подстрижен.

Я вижу эти сухожилия каждый раз, когда мимо проезжает машина, фары освещают салон его машины.

Ррр.

Я не могу перестать пялиться на его профиль, он такой красивый.

— Ты запала на меня, Уэстбрук? — Неожиданно его голос дразнит меня.

— Что? — Я усмехаюсь. — Я? Боже, нет. И последний раз, когда кто-то называл меня по фамилии, было в средней школе.

— У тебя когда-нибудь было прозвище?

— Не совсем. Мои брат и сестра называли меня Номер Два, когда я была младше, потому что я средний ребёнок, но нет, ни у кого из моих друзей никогда не было для меня прозвищ. Фамилия не в счёт. — Я смотрю на него. — А у тебя? Кроме Базза.

Он ухмыляется.

— В детстве мама называла меня Фасолинка, а несколько приятелей зовут меня Кретин.

Это заставляет меня рассмеяться, и мы продолжаем смеяться, пока он не подъезжает к моему дому и мы неловко прощаемся в темноте.

Трейс ждёт, пока я выйду из машины, поднимусь по лестнице. Ждёт, пока открою ключом свою входную дверь и повернусь, чтобы помахать ему рукой.

Я жду, пока его задние фары скроются из виду, прежде чем шагнуть внутрь.

Я не могу выбросить его из головы.

Пытаюсь заснуть, но кручусь и ворочаюсь в темноте. Проверяю свой гороскоп, листаю социальные сети и, в конце концов, стягиваю шорты для сна с бёдер, а затем провожу рукой по животу, спускаясь к...

На тумбочке жужжит телефон, прервав мой ожидаемый сеанс любви с собой. Раздражённая, я тянусь к нему.

Марлон: Не могу поверить, что ты действительно пришла с Уоллесом. Ты доказала свою правоту, теперь можешь перестать притворяться и прийти к папочке.

К папочке? У меня перехватывает дыхание, я не в настроении принимать сообщения от бывших — особенно от того, кто называет себя папочкой и пытается приставать ко мне, потому что ревнует к своему товарищу по команде. Бесит, что он пишет мне, зная, что я с кем-то новым.

Мерзавец.

Свет в комнате выключен, я смотрю на сообщение, зажмурив один глаз, наполовину ослеплённая светом мобильного телефона.

Я: Какое тебе дело? Мы расстались, но опять же — встречались ли мы вообще?

Марлон: Да.

Марлон: Давай я приглашу тебя выпить и заглажу свою вину.

Он что, совсем спятил?

Я: Я никуда не пойду с тобой, даже если заплатишь мне. Да и Баззу это не понравится. Мы не встречаемся с другими людьми.

Марлон: Я ничего не скажу, если ты ничего не скажешь.

Ага, конечно. Если я встречусь с ним, даже чтобы выпить, он разболтает об этом всей раздевалке, чтобы Базз услышал. Если я что-то и поняла о Марлоне за то короткое время, что мы были вместе, так это то, что он выскочка. Шоумен. Хвастун.

Как я не догадалась об этом, когда соглашалась на первое свидание?

Потому что я чёртова дура, и меня соблазнило его милое личико и лёгкая ложь.

Я: Это всегда было частью проблемы — ты чертовски ненадежный.

Марлон: Пфф, неважно. Ты, наверное, даже не встречаешься с ним. Готов поспорить, это всё было для показухи.

Я: Что заставило тебя так сказать?

Марлон: Потому что я погубил тебя для других бейсболистов.

Я: Эм, верно, но не потому, что ты такой замечательный, а потому, что ты мудак, и я никогда больше не пойду с тобой на свидание. Так что, пожалуйста, перестань мне писать. Я наконец-то счастлива.

Марлон: Да ладно тебе, чёртов Уоллес не сделает тебя счастливой.

Я: Оставь меня в покое, Марлон.

Марлон: Как скажешь, мамочка.

Я: Не называй меня мамочкой. И никогда больше не пиши мне.

ГЛАВА 7

Трейс

Сегодня вторник.

Сегодня Тако-вторник, и я голоден.

В обычной ситуации это не было бы проблемой. Потому что обычно я тащу свою задницу к фургончику с тако, покупаю дюжину — как в мягких, так и в твёрдых оболочках — сажусь за столик для пикника и поглощаю их, как свинья.

Обычно.

Однако, сегодня не совсем обычный день.

Сегодня я проснулся с мыслями о Холлис Уэстбрук. Думал о ней, когда ехал на работу, потом когда шёл на стадион, чтобы потренироваться перед игрой в четверг. Вспоминал о ней в бейсбольной клетке, на площадке для подачи. Когда мыл волосы в душевой раздевалки. Когда натягивал чистые шорты.

Чёрт.

Это отвлекает. Именно поэтому встречаться с кем-то во время сезона — не самая лучшая идея. Вы не только не можете уделять им время, которого они заслуживают, подобное дерьмо может испортить карьеру, если вы будете думать о чём-то другом. О ком-то другом.

Вместо того чтобы сосредоточиться на мяче.

А в профессиональном спорте всё всегда сводится к мячу.

Почесываю яйца, поправляя себя, молоток в моей руке завис над доской два на четыре, которую приколачиваю в ремонтируемом доме. Я снёс всю гипсокартонную стену в главной гостиной, чтобы сделать её открытой планировки, и смотрю на гвозди... Умираю с голоду.

Мне нужно поесть.

Я мог бы зайти к Ною и Миранде с коробкой тако, но... Ною это, наверное, не понравится. Не то чтобы обычно меня это волновало. Я делаю то, что хочу, когда дело касается его, и, возможно, именно поэтому он так на меня злится?

Неважно.

Не моя проблема.

Вопреки здравому смыслу, я вожусь с телефоном и пишу сообщение тому единственному человеку, которому не должен писать.

Я: Чем занимаешься?

Вот. Прямо к делу.

Холлис: Кто это?

Она прекрасно знает, что это я. Мы уже переписывались раньше.

Я: Это Базз. Перестань притворяться, что удалила мой номер.

Холлис: Ладно. Но почему ты мне пишешь?

Я: Сегодня Тако-вторник.

Холлис: Хм... и что?

Я: Я голоден, вот что. И мне нужна компания.

Холлис: Похоже, это ТВОЯ проблема, а не МОЯ.

Я: Это немного грубо, тебе не кажется? Кто говорит такие вещи?

Холлис: Моя подруга Наташа?

Я: Похоже, она злая.

Холлис: Она такая. И если не будешь вести себя хорошо, я скажу ей, что ты меня достаешь.

Я: А Наташа тоже ненавидит еду?

Холлис: **прищуривает глаза**.

Я: Ненавидит? Она ненавидит тако?

Холлис: Тако-вторник сильно переоценён.

Я: Ты что, чёрт возьми, какой-то монстр?

Холлис: Лол

Я: Не ЛОЛкай мне. **скрещивает руки и отворачивается к стене**.

Холлис: О, теперь ты дерзишь? Отлично. Никаких тако для тебя.