Зимняя любовь - Нора Хесс

Вначале из всего сказанного Лора поняла только одно: Флетч вернулся. Это настолько ее взволновало и обрадовало, что остальное она пропустила мимо ушей. Ей хотелось смеяться и кружиться по комнате от радости, однако она сдержалась, поскольку почувствовала, что вести, которые принес Тейлор, вскоре должны ее опечалить. Когда волнение немного улеглось, до Лоры, наконец, дошел смысл сказанного. Флетч не желает их видеть. И даже предпочел родному дому какую-то заброшенную хижину. Что ж, его поведение ее нисколько не удивило. Он с детства был норовист, рубил все сплеча. А тут сразу такая новость: отец женился на сестре. Конечно, это его разозлило. Причем (Лора хорошо понимала это), Флетч был взбешен скорее ее поведением. Ведь насильно под венец ее никто не тащил. Значит, сама согласилась. Значит, по доброй воле вышла за отца после ночи, проведенной с сыном.

Лора села напротив Тейлора.

— Наш брак шокировал его. Дай ему время привыкнуть к этой новости. В конце концов он смирится с нашим положением и вернется, — Лора успокаивала отца, сама не веря ни одному своему слову. Флетч ни за что не вернется домой, пока здесь будет жить она.

— Ты действительно так считаешь? — Тейлор с надеждой посмотрел на дочь. — Ведь мы за всю жизнь не сказали с ним друг другу ни одного грубого слова!

Лора подошла к отцу и обняла его за плечи. Ее сердце переполняла нежность к нему. И острая боль, что именно она послужила причиной раздора двух близких ей людей.

— Пойду и постараюсь все объяснить Флетчу, — сказал Тейлор, вставая. — Не бойся, он никому не расскажет об этом.

Лора кивнула:

— Я знаю, отец. И все же мне кажется, что стоит дать ему хоть пару деньков на обдумывание.

Тейлор отрицательно покачал головой:

— Я не смогу нормально жить, пока не узнаю, как он себя чувствует…

Лора стояла у окна и смотрела вслед отцу, отправившемуся к старой хижине Крона. Узнав все от Тейлора, догадается ли Флетч, что Жоли — его дочь? Или, как другие, будет думать, что отец малышки не имеет к Томасам никакого отношения? Лора задавала себе много вопросов, однако, отойдя от окна, все же поняла, что Тейлор прав, решив все рассказать сыну. По крайней мере, Флетч наверняка будет доволен, узнав, что она не спит с отцом в одной постели…

Тейлор услышал стук топоров. Потом увидел, что Флетч и человек из Канады рубят дрова.

— Не помочь? — Тейлор с добродушной улыбкой подошел к парням.

Незнакомец прекратил работать и приставил топор к пню. Флетч, бросив быстрый взгляд на отца, сделал вид, что не заметил его присутствия и продолжал усиленно махать топором. Щепки летели во все стороны.

Постояв немного в нерешительности, Тейлор понял, что его сын не собирается бросать работу и знакомить отца со своим другом. Придется действовать самому. Он подошел к незнакомцу, отличавшемуся крупными размерами, и приветливо улыбаясь, протянул ему руку:

— Тейлор Томас. Отец Флетча.

Дэниэл посмотрел на добрые глаза пожилого мужчины. Заросшее щетиной лицо Тэйлора показалось ему искренним. Канадец понял, что перед ним стоит порядочный и уважаемый человек. Он с чувством пожал протянутую руку:

— Рад познакомиться с вами, Тейлор. Флетч много говорил мне о вас. Зовите меня Дэниэлом.

Тейлор посмотрел на сына, все еще изображавшего увлеченность работой.

— Думаю, он не сказал обо мне ничего хорошего, не так ли?

— Мне кажется, после последних событий он еще никак не определил своего отношения к вам. К тому же мы были заняты уборкой хижины. Хотя мы с Мэйдой хотим остаться здесь всего на несколько дней, только чтобы успеть пожениться, — она заставила нас вычистить здесь все до блеска.

— Да, это в духе женщин. Они терпеть не могут беспорядка в доме, даже если и проживут в нем всего пару дней. — Тейлор опять перевел взгляд на Флетча. — Мой сын собирается с вами назад, в Канаду?

— Не знаю.

— Мне бы хотелось сказать пару слов Флетчу наедине. Вы позволите?

Дэниэл кивнул.

— Пойду немного отдохну, а заодно выпью чашечку кофе.

Тейлор подошел к Флетчу, по-прежнему размахивавшему топором.

— Нам надо поговорить, — он увидел, что глаза сына наполнены гневом. — Я знаю, что известие о нашем с Лорой браке шокировало тебя, но пойми, на это была достаточно веская причина. Я хотел…

— Ты хотел спать с ней, — грубо оборвал Флетч, посмотрев на отца с презрением. — Скажи, разве тебе не хватало твоей Бабочки, старый козел?

Лицо Тейлора налилось кровью. Он не мог поверить, что его сын разговаривает с ним таким тоном. Каждое резкое слово впивалось в его сердце острее иглы. Неужели Флетч действительно говорит то, что думает? А может, это показная жестокость? Может, он просто не в состоянии разобраться в ситуации и, от беспомощности, дает выход злобе? Тейлор колебался, не зная, как реагировать на слова сына: уйти, обидевшись, или попытаться заставить его выслушать. А Флетч не унимался:

— Я думаю, ты знаешь ту маленькую шлюху, которая превратила тебя в посмешище, родив светловолосую девочку.

Тейлор смотрел на сына и не видел его. Сына больше не было — перед ним стоял чужой человек, которого он не знал и не хотел знать. Стараясь не терять самообладания, мужчина спокойно произнес:

— Пусть будет так, как ты думаешь, — потом развернулся и ушел, едва не столкнувшись с Дэниэлом, который вышел предложить ему чашку кофе.

— Ты слишком жестоко обошелся с ним, дружище. Возможно, он не знал, что ты сам хочешь жениться на Лоре, — Дэниэл протянул кофе Флетчу. — Выпей. Это пойдет тебе на пользу.

Флетч понимал, что его друг говорит правду. Ведь он никогда ни словом, ни делом не дал понять своего отношения к Лоре. «Черт возьми! Она ведь даже не знала до той ночи в конюшне, что я люблю ее! Да и после она, наверняка, в этом усомнилась! Я вел себя как круглый идиот, оставив ее одну и даже не объяснившись!» — мысленно Флетч ругал себя, однако природное упрямство не давало возможности признать себя неправым.

— Отец слишком стар для нее, — нашел он оправдание своему поведению. — И теперь все шепчутся за их спинами.

— Похоже на то, — кивнул Дэниэл. — Но, выслушав отца, ты бы мог, по крайней мере, узнать правду.

— У меня нет желания с ним разговаривать! — отрезал Флетч и, размахнувшись, вонзил топор в бревно с такой силой, будто оно было его злейшим врагом и представляло смертельную опасность.

Однако теперь он больше всего злился на самого себя. Ему вдруг стало стыдно за те слова, которые он сказал отцу. И все же он не желал и слышать о взаимной любви Тейлора и Лоры. Он чувствовал, что может сорваться и ударить отца, а это было бы непростительно.