Одержимость. Заставлю тебя - Леся Эм

наушники со светящейся эмблемкой. Сделать какие-то выводы не успела, потому что Артём, стоящий к ней спиной, стянул с себя толстовку, демонстрируя обнажённую верхнюю часть тела. С этого момента всё остальное померкло вокруг. Сразу вспомнила, зачем пришли. Напряжённо сжала пальчиками низ своей кофты и закусила нижнюю губу до боли. Парень обернулся. Застыли, смотря друг на друга. Артём показался таким огромным. И как не утешала себя, что хуже того, что уже случилось быть не может, но оказалось, что это-то и пугало, ведь знала, что может быть.

Шагнул навстречу. Молча. Не отпрянула. Чувствовала, что парень пока в спокойном настроении и портить его не хотела. Даже послушно дала стянуть с себя кофту и расстегнуть джинсы, выдавая волнение лишь прерывистым дыханием. Уже мысленно отсчитывала минуты до момента, когда позволит уйти, надеясь, что они не растянутся на часы, как в прошлый раз. Но, в любом случае, подготавливала себя морально всё выдержать. Только Артём внезапно взялся за футболку и потянул её вверх. Не ожидала этого, уверенная, что, как и в прошлый раз, оставит. Почему-то именно футболка представлялась Соне последней защитой перед всем происходящим, будто, окажись она перед Артёмом полностью голой, проиграет окончательно. Станет беззащитной не только физически, но и морально. Резко вынырнула из глубины подсознания, мгновенно забыв все свои посылы и вцепившись в ткань пальцами, затараторила:

— Нет, нет, нет, оставь её, не снимай!

Артём, впрочем, удивил.

— Ладно, ладно, — мгновенно убрал руки. — Хорошо, давай оставим. Чё ты истеришь-то сразу? — если бы Соня была в состоянии заметить, то увидела бы растерянность в его глазах. — Я ничего плохого делать не собираюсь, — стал убеждать. — Давай договоримся. Ты не психуешь, я не обижаю, — и спустя секунду, словно дал время переварить информацию, переспросил. — Да?

Она тут же кивнула. Футболку больше не трогал. Впрочем, он и трусы не стал с неё стаскивать на пару с джинсами, как раньше. Видимо, решив этим усыпить бдительность.

Уложил на кровать. Лёг рядом, даже не навалился. Начал целовать, но не душить языком, как до этого. Одновременно гладил руками, будто даже нежно, что ли. Забрался рукой под футболку. Грудь. Живот. Поцелуи перешли на шею. Соня при всём этом лежала, как натянутая струна, подавляя, как и раньше, в себе эмоции. Боялась пошевелиться. Боялась заистерить. Боялась вызвать обещанную агрессию. Через какое-то время Артём переместился ниже, чуть задирая ткань оставленной на ней вещи, низ которой Соня тут же схватила, останавливая его. Получила на это неодобрительный взгляд, но настаивать парень не стал. Поцеловал в живот немного выше пупка. Помедлил. Взглянул на неё чуть напряжённо и пополз вниз. Поцелуй по кромке трусов перед тем, как подхватил их пальцами, и, медленно стаскивая, повел губами ниже по лобку. Когда дошло, что хочет сделать, Соня рванула, вообще не думая ни о чём. За секунду она оказалась стоящей на кровати прямо с ногами. Артём ошарашенно смотрел на неё с пола. Соня не поняла, как он там оказался, но судя по его виду, просто свалился, не готовый к такой реакции. Думала, накажет, ведь сжатые зубы однозначно указывали, что начинал злиться. Но вместо этого парень молча поднялся на ноги и пугающе спокойным глухим тоном сказал встать на четвереньки. Как в прошлый раз — кивнула про себя Соня. Это была странная мысль, но она даже обрадовалась. Сейчас он сделает, что хочет, и она сможет уйти. А все эти психологические игры останутся позади.

Послушно опустилась на колени и, выпятив ягодицы, встала, как сказал. Было унизительно, как и тогда, но уже будто бы меньше. Артём подцепил рукой трусы, стягивая к коленям, и забрался на кровать. Он ещё не вскрыл упаковку от презерватива, а Соня, даже не осознавая, уже зажалась. Но вдруг вместо ожидаемого проникновения, она почувствовала, как язык парня одним размашистым движением прошёлся по её промежности, успев немного даже углубиться меж складок, отчего Соня сразу дёрнулась, хватая воздух ртом, будто стала задыхаться, и на этот раз уже сама оказалась на полу.

Не успела прийти в себя после падения, как злой голос позади заставил сжаться:

— Ты, блять, фригидная что ли? — а спустя секунду Артём добил. — Сука! — то ли называя её так, то ли просто на эмоциях. Соня не поняла и не хотела понимать. Она уставилась в пол, ожидая, если не боли, то унижения. Поэтому всё остальное воспринимала только на слух.

Слез с кровати. Прошёл мимо неё. Открыл комод. С силой захлопнул так, что Соня дёрнулась от резкого звука. Опустился рядом с ней на пол, подхватывая за ягодицы вверх, ставя снова задом к себе. Шелест упаковки от презерватива. Выдавил гель, который сразу мерзкой прохладой коснулся промежности. А после резкий рывок члена в неё до упора. Не сдержала стон. Погрузился слишком глубоко, больно уткнувшись внутри. Зато всё закончилось очень быстро. И без повторов. Но главное, больше не пытался целовать ее там.

Хотя не сказать, что от этого было сильно лучше, ведь будто помешался. Каждый последующий раз, когда приводил к себе, пытался от неё чего-то добиться. Просил. Требовал. Угрожал. Но заканчивалось всё всегда одинаково. Срывался.

А в следующий раз опять сначала. Бесконечные ласки, поцелуи и поглаживания, убеждения расслабиться, и снова тот же итог, когда ничего не менялось. И так раз за разом.

Нет, больно не делал, использовал смазку, но злился, чувствовала интуитивно. Пожалуй, это было единственное, что она теперь чувствовала. Будто все свои эмоции заглушила окончательно, спрятав глубоко внутри, концентрируясь лишь на нём. Предугадывая и пытаясь не провоцировать.

Дошло до того, что действительно старалась сделать, как требовал Артём, почувствовать хоть что-то. Но зная, что будет дальше, снова зажималась. Иногда хотелось закричать: «Просто сделай это и оставь меня в покое!» — потому что не понимала, что хуже: сам бесчувственный секс или его ожидание под пыткой грубоватых ласк парня. Но продолжала молча всё терпеть.

Зато Артём не уставал обвинять. Говорить, что с ней что-то не так и что все нормальные девчонки возбуждаются от его действий. И в конце концов, у Сони стала закрадываться мысль, что парень прав, с ней действительно что-то не в порядке. Ведь он пытался. Каждый раз пытался. Не давил. Был даже своего рода нежным. Сдерживался до последнего в ущерб своим желаниям. А Соня всё равно ничего не чувствовала, как бы он ни старался. И так было всё время… до одного раза.

В ночь перед тем днём она почти не спала, делала курсовую. А после сдачи Артём, не