Запутанные связи - Рэйчел Гибсон

В этот раз она села и написала следующее:

«- Обещаю, теперь все будет по-другому, детка, - Элис Джонс взглянула на свою маленькую дочку, а затем вновь на дорогу, - тебе понравится в Трули. Это место немного смахивает на рай. Наконец-то Иисус привел нас к хорошей жизни.

Девочка не проронила ни слова. Все это она уже слышала и раньше: возбуждение в голосе матери и обещание лучшей жизни. Единственное, что менялось на самом деле - это адреса. Как всегда, малышке хотелось верить своей маме. Очень хотелось, но ей только что исполнилось пять, она была достаточно взрослой для того, чтобы понимать - лучше ничего уже не будет. Ничего не изменится.

- Мы будем жить в прекрасном трейлерном домике.

Девочка скрестила руки на груди, глядя в окно на пролетающие мимо сосны. В трейлерном домике? Она никогда не жила в доме.

- А во дворе есть детская площадка.

Детская площадка? Такого у нее тоже никогда не было. Девочка взглянула на мать, солнечные блики плясали в светлых волосах женщины. Мама была похожа на ангела с рождественской открытки, как будто ей самое место на верхушке елки, и малышка позволила себе поверить в прекрасный сон, в котором они найдут рай и лучшую жизнь. И в течение пяти месяцев все действительно было хорошо. Но только до той ночи, когда разгневанная жена выпустила обойму пуль 38 калибра в юное тело Элис Джонс и превратила прекрасный сон в кошмар».

Мэдди отодвинула стул от стола и встала. Она подняла руки над головой и потянулась так, что рукава ее хлопчатобумажной пижамы съехали к локтям. На часах уже перевалило за полдень, а Мэдди все еще не принимала душ. Ее подруга Клэр мылась и красилась каждый день, перед тем как браться за работу. В отличие от самой Мэдди. Поэтому время от времени, естественно, случалось так, что курьер ФедЭкс заставал девушку в совершенно ужасном виде. Но ей было все равно.

Мэдди запрыгнула в душ и начала планировать остаток дня. У нее был список имен и адресов с относительной привязкой к делу. Для начала она собиралась посетить аптеку «Вэлью Райт», где работала Карлин Доусон – еще одна официантка из бара «Хеннессис». Девушка хотела договориться об интервью с этой женщиной, а делать это лично всегда было удобнее, нежели по телефону.

После душа Мэдди намазала тело лосьоном с ароматом миндаля и надела черное платье, завязывающееся на талии. Она зачесала волосы назад, нанесла немного туши на ресницы и накрасила губы помадой глубокого красного оттенка, надела сандалии такого же цвета и засунула ноутбук в свой маленький кожаный портфель, который вместе со своим содержимым был не так уж и необходим, просто помогал произвести правильное впечатление.

Аптека «Вэлью Райт» находилась в нескольких кварталах от Мэйн-стрит, рядом с «Парикмахерской Хелен». Герань в горшках и желтые тенты от солнца создавали вокруг здания настоящее буйство красок. Внутри же аптеки можно было найти практически все, начиная от лейкопластерей и аспирина до деревянных статуй оленя, лося и медведя, вырезанных местными умельцами. Мэдди поинтересовалась на кассе, где можно найти Карлин и ей указали на продовольственный отдел.

- Вы Карлин Доусон? - спросила она невысокую женщину в белой блузке и красно-синем фартуке, которая склонилась над тележкой с маршмеллоу и «Поп Смарт» .

Женщина выпрямилась и взглянула на Мэдди через бифокальные очки.

- Да.

- Здравствуйте, меня зовут Мэдлин Дюпре, я писатель, - Мэдди протянула ей свою визитную карточку, - могу я отнять у вас несколько минут?

- Я сейчас не на перерыве.

- Я в курсе, - волосы Карлин были настолько выжжены, что в них, вероятно, не осталось ни капли жизни. Мэдди стало любопытно: почему у некоторых местных жительниц настолько плохие волосы, - я надеялась, что мы могли бы договориться о времени, когда вам будет удобнее.

Карлин посмотрела на черно-серебристую карточку и затем вновь взглянула на Мэдди.

- Реальные преступления? Вы пишите о реальных преступлениях? Как Энн Рул?

«Вот уж комплимент».

- Да, верно.

- Не знаю, чем могу вам помочь. У нас в Трули нет серийных убийц. В Бойсе был один несколько лет назад, да к

тому же женщина. Представляете!

Кто-кто, а уж Мэдди как раз и могла себе это представить, так как когда-то ее подругу Люси подозревали в тех преступлениях, и к тому же сама девушка планировала в будущем написать об этом громком деле.

- В наших краях ничего подобного не было, - добавила Карлин и поставила коробку с маршмеллоу на полку.

- Я пишу не о серийном убийце.

- О чем же тогда?

Мэдди сжала ручку своего портфеля и засунула вторую руку в карман платья.

- Двадцать девять лет назад вы работали в баре «Хеннессис», когда Роуз Хеннесси застрелила своего мужа, официантку по имени Элис Джонс, а потом и себя.

Карлин замерла.

- Меня там не было.

- Я знаю. В это время вы уже ушли домой.

- Это было очень давно. Почему вы хотите написать об этом?

«Потому что это касается меня».

- Потому что не все интересные книги о криминале повествуют о серийных убийц. Иногда бывает интереснее рассказать о простых обычных людях, которые сломались и совершили ужасные преступления.

- Понятно.

- Вы знали Элис Джонс?

- Да, я знала ее. Но также знала и Роуз Хеннесси и не думаю, что мне следует говорить об этом. Это очень печальная история, и люди уже забыли о ней. - Она протянула карточку назад Мэдди. - Простите, ничем не могу помочь.

Мэдди знала, когда следует надавить, а когда лучше отступить. На время.

- Что ж, подумайте об этом.

Она улыбнулась, одна рука в кармане, а вторая сжала ручку портфеля.

- Если передумаете, позвоните мне.

Женщина опустила карточку в передний карман своего голубого фартука.

- Я не передумаю. Некоторые вещи лучше оставить в прошлом.

Хотя Карлин была еще не в курсе, но, кажется, скоро ей предстоит узнать о том, что Мэдди редко принимала ответ «нет».

- Нет. Ничем не могу помочь.

Мэдди стояла на облезлом крыльце Джуэл Финли, второй официантки, которая работала в «Хеннессис» в то время, когда погибла Элис Джонс.

- Я отниму у вас буквально пару минут.

- Я сейчас занята.

На голове Джуэл были розовые бигуди, и Мэдди показалось, что она почувствовала аромат «Диппити-ду» . Бог мой, неужели это средство все еще продают?

- Роуз была моей хорошей подругой, и я не хочу наговаривать на нее, - сказала Джуэл, - то, что с ней случилось, было трагедией. Я не собираюсь пользоваться ее несчастьем.

«Ее несчастьем?»

- Я тоже не собираюсь никем пользоваться, просто хочу рассказать историю, учитывая разные точки зрения.