Поступь империи. Бремя власти: Между западом и югом. Бремя власти - Иван Иванович Кузмичев

Совета, – молодой адъютант граф Дилмар, прошедший с генералом не одну сотню верст, вошел в кабинет командующего, аккуратно прикрыв за собой дверь.

В последнее время у Швеции начались серьезные проблемы с продовольствием. Все из-за действий России в Финляндии, издавна являющейся чуть ли не единственным источником мяса, молока и древесины. Блокировав Таммерфорс и Тавосгус, русские войска закрыли для метрополии процентов на сорок первостепенные, важные поставки из финских земель. Пускай Або продолжает держаться, но в шхерах рыскают юркие бригантины и галеры России; не вступая с королевским флотом в открытое противостояние на море, они умудряются прерывать сообщение между портами, заставляя снаряжать конвои для охраны транспортов.

Заключение мира с Данией или Саксонией, вкупе с Польшей, позволит Швеции высвободить часть сил для войны с Россией, продержаться еще немного времени, до той поры, пока удача не соизволит явиться сиятельному шведскому монарху.

– Зови, – генерал устало откинулся в кресле, его веки слегка смежились.

– Господин генерал?

Дверь приоткрылась, в нее вошел плотного телосложения невысокий мужчина преклонных лет, если приглядеться, то в нем можно узнать давнего моряка, оставившего любимое занятие во имя достижения личных целей. Обветренное лицо моремана, обрамленное роскошными усами, внушало невольное уважение.

– О! Ульрих, какими судьбами? – генерал несказанно удивился, увидев знакомое лицо.

– А я думал, не узнаешь старого приятеля, – улыбнулся посланник королевского совета.

– Тебя, старого лиса, невозможно забыть, мой друг.

– Прям-таки и лиса…

– И какого лиса, самого матерого и битого жизнью! – Стенбок между тем выдвинул нижний ящик комода, достал темную бутылку и пару небольших серебряных кубков. Плеснул по паре темно-рубиновых капель на дно древних фужеров, после чего протянул один из кубков посланнику. – За встречу!

Тот с удовольствием пригубил чудный напиток. Даже графам не часто удается попробовать «Бургундское» – чуть ли не самое дорогое вино в мире.

– Что бы там ни говорили о французах, но толк в винах они знают… – Ульрих задумчиво повертел в руках кубок.

– Тут ты прав, эту бутылочку мне подарил маркиз де Ляферш. Честно сказать, ее я вожу с собой, скорее, как талисман и храню для подобных встреч, – генерал любовно погладил пузатую емкость и с великим сожалением убрал обратно в ящик комода.

– Она того стоит.

– Так чего хотят министры, дорогой граф?

Незаметно в кабинете появился адъютант Стенбока, принес непочатую бутыль вина попроще, пару кубков и легкой снеди: лучше беседовать в приятной обстановке. Генерал его словно и не заметил, как, впрочем, и посланник Королевского Совета. Вообще в шведской армии принято прислуживать, особенно это видно в отношениях адъютантов и высших офицеров. Вряд ли кто вспомнит, откуда взялась подобная традиция. С одной стороны, она вроде как и нужная, но если разобраться, то по сути адъютанты не нужны. Зато необходимы услуги, которые они оказывают офицерам, значит, проще оставить денщика или трех, к примеру, на довольствие самого генерала или полковника. Но шведы, как и остальные европейцы, большие консерваторы, менять вряд ли что-либо будут.

– Известно нам, что русский государь застрял на юге и почти все его войска сражаются с турками, даже корпус князя Долгорукого из Речи Посполитой вызвал.

– Ну и что? Это нам на руку.

– Конечно, но русские, воюя с Портой, не забывают и о нас, – задумчиво сказал граф Нивер. – Финляндия через год-два может вовсе оказаться закрытой для нас, единственное, что нас спасает – так это флот. У русских его нет и быть не может, ну, не считая их лоханок речных.

– Так в чем дело, друг? Сейчас Данию принудим к миру, а после и про саксонского курфюста не забудем. Ну а с Россией один на один воевать… – генерал поставил на стол кубок с вином, провел пальцами по дужке и горько сказал: – Бесполезно с ней воевать. Особенно теперь, когда армии у нас как таковой нет. В полках одни новобранцы, ветеранов осталась четверть от тех, кто был до Полтавы. Все мужи в земле лежат или в русских городах и весях томятся. Слышал я, будто царь им помилование обещал, если труд их достойным окажется.

– Царь Алексей обещал им нескорое помилование и даже свободный выкуп нашему королю предложил, а тот не согласился. Мол, солдаты, сдались добровольно, так пусть теперь гниют в русских болотах на каторге.

– Не хорошо это, – сквозь зубы тихо прошипел генерал. – Если к людям как к скотам относиться, то не долго и…

– Что не долго? – навострил уши посланник.

– Не долго без них остаться, – нашелся Стенбок.

– Тут ты прав, друг. Но не будем отвлекаться: Королевский Совет желает, чтобы датский король как можно скорее отпал от союза или на крайний случай был на долго нейтрализован, – граф Нивер поднял кубок, будто произнес тост.

– Это все? – брови генерала поползли вверх. – Ты, Ульрих, хочешь сказать, что проделал этот путь для подобной чуши?!

Стенбок, сохраняющий хладнокровие на поле боя, сейчас несколько забылся и повысил голос. Шутка ли терпеть изощренное издевательство над собой, пусть даже и от давнего приятеля? Граф Нивер ничего не ответил, загадочно хмыкнул и продолжил неторопливо пить вино.

– Что ты молчишь? Думаешь, я тупой солдафон, граф? Говори, зачем прибыл, Совету не по нраву мои победы? – успокоившись, потребовал Стенбок, барабаня пальцами по столу.

– Успокойся, друг, дело не в тебе. Но, может статься, что в тебе, смотря как к этому отнестись. Русский посол в Дании – князь Долгорукий – передал Королевскому Совету интересное предложение от царя.

– Какое такое предложение? – брови генерала слегка изогнулись. Стенбок не любил недомолвок и по-солдатски требовал от подчиненных ясности в разговоре, сейчас же дворцовые ужимки графа Нивера злили пуще удачной контратаки противника.

– Мир желает заключить царь…

– Ну, два раза королю нашему еще батюшка нынешнего царя предлагал заключить мир, но, как ты знаешь, московиты захотели откусить слишком большой кусок. Им, видишь ли, Лифляндию, Эстляндию, Ингрию и всю Карелию захотелось…

– Все так, но теперь обстоятельства изменились, так как король передал Королевскому Совету право принимать первичные решения, то министры решили послать для тайных переговоров облеченного доверием человека, – граф тонко улыбнулся.

– Хорошо, но я-то здесь причем? Или ты предлагаешь захватить русского посла и привезти к тебе?

– Боже упаси от подобного! Просто, ты единственный, кто должен знать о моей миссии, для остальных я придворный, проверяющий гарнизоны Померании, – терпеливо объяснил Стенбоку Ульрих.

– Не нравится мне это, – прекратив барабанить по столу, сказал генерал, глядя поверх головы графа.

– Напротив – это предложение сулит немалые выгоды. Пусть мы потеряем земли здесь, но сможем получить их в другом месте, – тихо засмеялся граф.

Он вообще был человеком жизнерадостным, старался смотреть в будущее только