Дик с 12-й Нижней - Герцель Новогрудский

А на следующий день изуродованное тело Питера Ларго нашли в лесном овраге за двести километров от того дома, где его держали в подвале.

- Гангстеры убили Питера Ларго, - сказал Том, - но своего не достигли. Он и мертвый продолжает бороться с ними.

- Человека на свете нет, а он борется? - удивился Дик.

Том встал, начал ходить по комнате:

- Ты ещё многого не понимаешь, парень. Маленький человек для себя живет. После него камень на могиле останется, да и то не всегда. А большой человек ради большой цели живет. И для такого смерть - не конец. Да, сэр, о нем не камень на могиле напоминать будет, о нем его дела каждый день будут говорить. Думаешь, дело, начатое Питером Ларго, с его смертью заглохло? Думаешь, в порту все по-старому пошло? Как бы не так! Ларго такие семена посеял, таким росткам подняться помог, что королю Джо их уже не выполоть... Конечно, силен-то король силен, - продолжал, помолчав, Том, - сдаваться он не собирается, но факт остается фактом: начинал в порту Ларго один, а продолжают его дело сотни; было беспокойно королю Джо от одного Питера, стало беспокойно от множества Питеров, Джонов, Томов.

- От Питеров, Джонов, Томов? - переспросил Дик и понимающе посмотрел на моряка: - Мистер Том, скажите, вы в последнее время плавали?

Том отрицательно покачал головой:

- Нет. Последнее время на берегу работал.

- В порту?

- В порту.

Дику больше не лежалось. Он сел, стал шарить ногами под койкой, но от волнения никак не мог нащупать громадные больничные туфли. Его разбирало любопытство.

- Мистер Томас, скажите, вы Питера Ларго знали?

- Знал.

- Вы за него были?

- Почему - был? Я и сейчас за него.

- А вы не боитесь?

- Чего?

- Что гангстеры вас тоже похитят, будут в подвале держать и могут... - Дик замялся. Ему было страшно говорить дальше.

- Ну. похищать человека - дело беспокойное, - сказал Том. - Такие, как я, для них птица мелкая, они со мной проще поступили.

- Поступили? Разве вам гангстеры что-нибудь сделали?

Моряк, по старой привычке, щелкнул ногтем о верхнюю десну, где должны были сверкать его великолепные, перегрызавшие медный провод зубы.

- А ты думаешь, я здесь из удовольствия прохлаждаюсь? - ответил он вопросом на вопрос. - Люди короля Джо немного ошиблись: они метили спровадить меня на кладбище, а я всего-навсего к мисс Сильвии попал.

- Так это вы из-за короля Джо без зубов остались?

- Угу.

- И четыре сломанных ребра из-за него?

- Угу.

- И помятая грудь?

Том потянулся, зевнул. Он никак не думал, что щуплый парнишка с перевязанной головой окажется таким въедливым собеседником.

- Да, да, третье и пятое ребра с левой стороны, - нетерпеливо стал перечислять он, - четвертое и пятое - с правой, двенадцать зубов в верхней челюсти, одиннадцать - в нижней, общее повреждение грудной клетки, повреждение аорты, нарушение функций дыхательных органов... - Моряк передохнул. - Ну как, хватит или излагать медицинское заключение дальше? И что это, какие ребята в. Нью-Йорке любопытные?..

Последнее замечание Дик пропустил мимо ушей. Ни намеки на непомерно любопытных нью-йоркских ребят, ни позевывание, ни потягивание Тому не помогут. Ему свою историю выложить придется.

Моряк и сам понимал, что от Дика деваться некуда. Снова устроившись на кровати, он, не вдаваясь в подробности, рассказал о себе то, что нашел нужным рассказать.

РЕДКИЙ СЛУЧАЙ В МЕДИЦИНЕ

Да, рассказал моряк, море он любит и всегда будет любить, а плавать все же бросил, ушел на берег. Это он после убийства Питера Ларго сделал. Тогда не он один так поступил, тогда на место Питера десятки людей встали. Нельзя же было остановиться на полдороге! Питер начал дело, другие его продолжают. Рано или поздно королю Джо и его банде придет конец.

Но король тоже не дурак. У него в порту свои сыщики, свои доносчики. Он прекрасно знает тех, кто за Ларго, - знает и принимает против них свои меры. А меры у него известные.

Через две недели после того, как Том начал работать на пристани, с ним стали происходить удивительные вещи: проходил однажды мимо склада, а сверху на него железная балка упала. Хорошо, балка летела отвесно и только порвала куртку и ободрала кожу на спине. А падай она плашмя - от него бы одно мокрое место осталось.

В другой раз был Том на пристани, следил за правильной погрузкой леса на пароход, и на него вдруг целый штабель досок обрушился. Сами по себе они сдвинуться с места не могли: кто-то, должно быть, наддал на них сбоку. Тома тогда спасло только то, что первые доски упали удачно: они прикрыли его, и все остальные скользили по ним, как по скату.

Падали на него кирпичи. Неожиданно вечером в темноте наехала машина без фар. Но все как-то обходилось. Он, видно, под счастливой звездой родился, ему, видно, на роду было написано не умереть от "несчастного случая".

Молодчикам короля Джо надоело возиться с ним, и дело кончилось тем, что однажды в глухом закоулке между складами гангстеры впятером напали на него, ударили куском водопроводной трубы по голове и дальше, уже бесчувственного, били кулаками, топтали ногами.

Бандиты решили, что оставили в закоулке между складами только то, что было когда-то человеком. Но они просчитались. Они не знали, с кем имели дело. Другой на месте Тома после перенесенного и вправду вряд ли выжил бы. А моряк поправился. Моряку его могучее здоровье помогло встать на ноги.

- На мне, как на собаке, все заживает, - пояснил он Дику. - Твой доктор Паркер очень удивлялся, когда недавно осматривал меня. Он знаешь что сказал? Он сказал так: "Вы, Ауд (Ауд - это я), - редкий случай в медицинской практике. О вас можно было бы сенсационную заметку в газете напечатать. Хотите, я вам составлю ее вместо рецепта?"

- Ну и как, составил? - поинтересовался Дик.

- Только заголовок успел, остальное обещал потом.

Беззубая улыбка тронула губы Тома. Не поднимаясь с места, он пошарил рукой в тумбочке возле койки, нащупал листок бумаги, вырванный из блокнота, и протянул Дику.

Дик прочитал крупно написанные строчки:

"Том Ауд был мешком костей.

Том Ауд снова стал человеком.

Том Ауд советует: "Если вы попали в руки гангстеров, старайтесь, чтобы не унесли вашу голову. Все остальное поправимо".

- Хороший заголовок, верно? - сказал моряк.

- Хороший, - согласился Дик.

Мысли его занимали сейчас не остроты веселого доктора, а сосед по койке. Что за удивительный человек! Гангстеры превратили его в мешок костей, гангстеры не переставая охотятся за ним, а он смеется, ему все нипочем! Дик никогда еще никем так не восхищался, как этим смелым моряком с красивой головой на могучей шее. Но запавший рот и свежие шрамы на руках, на груди, на спине напоминали, что тот перенес. Неужели ему не жалко себя? Неужели он не боится вернуться снова в порт?

Дик не сразу решился спросить об этом, но все же решился.

- А как же, - пожал Том широкими плечами, - дни считаю. Мне до смерти надоело здесь. Я уже портовым ребятам писал, что почти поправился, что платить за меня мисс Сильвии деньги из общественной кассы больше ни к чему. А они, черти, ответили, что король Джо, когда узнал, что я в больнице, а не в покойницкой, надел в знак печали черный галстук и что незачем ему улучшать настроение видом моего беззубого рта. "Пока полностью не отремонтируешься, написали они, - мы тебя в порт не пустим". Вот и пришлось подчиниться. Для солдата дисциплина - первое дело.

- А вы разве солдат?

- Воюю - значит, солдат, - усмехнулся Том. - Солдат свободы. Нравится тебе такое название?

Дик не знал, что ответить. Он только смутно догадывался, какой смысл вкладывает его сосед в это по-нятие.

Глава двенадцатая. РАЗГОВОР ЗА ДВЕРЬЮ.

С ЧЕГО НАЧИНАЕТСЯ ДЕНЬ?

Ну и повезло Дику с соседом! Ну и рассказчик Том! Чего он только не повидал на. своем веку, где только не побывал, каких только историй не знает!

Том рассказывал охотно. Ему самому нравилось вспоминать матросскую жизнь, случая на море, дальние плавания, интересные места, в которых бывал, занятных людей, с которыми встречался.

В общем, Дик чувствовал себя совсем неплохо. Будет чем поделиться с ребятами, когда вернется домой. Что это произойдет скоро, он не сомневался: мать заплатила за неделю; три дня из семи прошли, значит, осталось четыре. За это время глаз не то что может, глаз должен зажить. Как же иначе?.. За неделю взяли - в неделю и обязаны вылечить.

Так рассуждал Дик. За глаз он не беспокоился, а вот судьба синей бутылки его тревожила. Он все время думал о ней и очень боялся, как бы мать не выкинула на помойку его редкое приобретение.

Дик почти забыл о поврежденном глазе; между тем с глазом дело обстояло нехорошо. Это стало ясно утром четвертого дня, когда в сопровождении миссис Джен он, как всегда, пришел в хирургический кабинет. Кроме глазного врача, постоянно делавшего перевязки, здесь было целое общество: веселый доктор Паркер, мисс Сильвия, какой-то незнакомый врач с круглым зеркальцем, надетым на голову, и еще два человека в белых халатах - мужчина и женщина. Дик сначала не разобрал, кто это, но вдруг увидел и кинулся к ним: