Разбуди меня (СИ) - Литвинова Анна

— Как? — едва слышно выдохнула, не шевелясь. Я до дрожи хотела, чтобы он меня поцеловал, но тоже оттягивала этот момент, получая не меньшее удовольствие от предвкушения.

— Будто я хочу тебя съесть, — парень наклонился и провел губами по моей щеке, заставляя меня судорожно вдохнуть.

— А разве нет? — я не выдержала и подняла руки, проводя ладонями по его плечам. Не первый раз, но с не меньшим удовольствием. Твердые, рельефные…потрясающие…

Илья заметно вздрогнул, а затем резко подался вперед, вжимая меня в себя. Бабочки в животе заметались в каком-то шаманском танце, а я неосознанно впилась ногтями в его кожу…

— Да… — слово еще звенело в воздухе, а его губы уже нашли мои. Привычный мир поплыл, а все посторонние звуки куда-то пропали, все, кроме нашего дыхания. Его язык уже знакомо скользнул по моим губам, проникнув внутрь, а ладонь легла на затылок. И я с удовольствием отвечала, подстраиваясь под его движения, забыв как дышать. Горячо, жадно, страстно. И ни одно из этих слов не могло выразить в полной мере происходящее между нами. Простое движение губ поднимало в теле такой шквал ощущений, что ноги подкашивались.

С нетерпением положив ладони ему на грудь и скользнув вниз, на живот, я больше почувствовала, чем услышала, сдавленный стон парня. И тут же мужские руки сомкнулись у меня на талии, прижав еще крепче. Отчетливо ощутив выпуклость, прижавшуюся к моему бедру, я чуть было не отстранилась от нелепого и весьма запоздалого стеснения, но мне никто не позволил. А под напором рук и губ парня все был тут же забыто.

Илья на мгновение разорвал поцелуй, но возмущенный возглас застрял у меня в груди, когда я почувствовала мягкое касание губ к шее. Еще несколько легких поцелуев сменились движениями языка, будто рисующими замысловатый узор. Я откинула голову назад, чувствуя, как пол окончательно уходит из-под ног. По телу будто проносились электрические разряды, заставляя иногда задерживать дыхание. Мои руки уже вовсю путешествовали по его груди, животу и спине, чувствуя резкий контраст между мягкостью кожи и твердостью перекатывающихся под ней мышц и периодически впиваясь ногтями от особо острого удовольствия. Поцелуи давно перестали быть нежными, перемежаясь с покусываниями, но мне казалось этого мало. Хотелось еще крепче, еще сильнее, еще, еще…

Я вздрогнула, когда его ладони сжали мои ягодицы, прижимая к своим бедрам. Желание парня было более чем ощутимо, но теперь оно вызывало во мне лишь восторг предвкушения, заставляя нетерпеливо потереться об него бедрами, отчего Илья глухо рыкнул. В животе нарастало тянущее ощущение, незнакомое, но приятное.

Неожиданный укус над ключицей заставил меня застонать в голос и закрыть глаза. Тело будто горело, одежда становилась досадной помехой. Перед глазами вспыхивали разноцветные искры, а меня саму мелко потряхивало. Это было слишком невероятно…просто слишком…

Илья медленно провел ладонями по моим плечам, сдвигая лямки платья и лифчика вниз, постепенно оголяя грудь. И в глазах было такое неприкрытое желание, такое нетерпение, что я и не подумала закрыться. Грудь заныла от ожидания ласки, и я чуть подалась навстречу, выгнувшись…

Внезапно хлопнувшая дверь ворвалась в сознание не сразу.

— Мы не опоздали? — Денис резко затормозил в дверном проеме. — Хотя, судя по всему, мы все же слишком рано.

Ленка выглядывала из-за его плеча, ошалело моргая. Я залилась краской, уткнувшись лбом в плечо Ильи, искренне радуясь, что он закрывает меня своим телом от любопытных глаз. Парень тяжело дышал, но все еще прижимал меня к себе, правда, руки переместил на талию и одежду вернул на место.

— Мы можем погулять часок…если надо, — в голосе Дена звучало веселье.

Его, в отличие от меня, ситуация не смущала. Но чувствительный тычок под ребра от Ленки, вызвавший сдавленный вздох, заткнул этот фонтан неуемного позитива. Илья, чуть отстранившись, заглянул мне в глаза, убеждаясь, что все в порядке, а затем повернулся к вновь прибывшим.

— Раз все в сборе, предлагаю сначала поработать над делами, а затем перекусить. Возражения?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Возражений не последовало. Мы разместились в гостиной, обложившись книгами и конспектами. Понемногу напряжение и неловкость отпустили, и общение вернулось в привычное русло.

Намного позже, уже дома, зарывшись в одеяло, я позволила себе вспомнить все в мельчайших деталях. Как его губы касались моих, как скользили по шее, как руки властно сжимали ягодицы, как обжигал взгляд…

Меня вновь бросило в жар, и я со стоном уткнулась в подушку. Здравый смысл твердил, что все развивается слишком быстро, но внутри не чувствовала ни стыда, ни дискомфорта. Все, что было до Ильи, казалось суррогатом, не имевшим ничего общего с ощущениями, которые испытывала с ним. Я не знала, как вести себя дальше, мучительно разрываясь между правильным «притормозить и узнать друг друга получше» и неправильным «будь, что будет».

Так ничего толкового и не придумав, я уже довольно поздно уснула. И всю ночь мне опять снился лес и волчий вой. Только теперь мне казалось, что тоски в нем осталось едва ли вполовину.

Глава 11

Илья

Звонок телефона застал меня по пути к дому. Я только что попрощался с Аней, как всегда проводив ее домой после занятий. Она сегодня собиралась провести оставшийся день с Леной, готовясь к завтрашней поездке на природу.

Со времени нашего безумства на моей кухне прошла неделя. Я прокручивал воспоминания о той субботе и чувствовал себя садомазохистом со стажем. В тот момент, когда я осознал, как страстно девушка отвечает на мои ласки, каюсь, у меня совершенно сорвало крышу, как у озабоченного подростка. Ее тихие стоны действовали на меня, как валерьянка на кота, и я хотел заставить ее извиваться подо мной, шептать мое имя и биться в моих руках на вершине наслаждения. Я готов был сделать все, чтобы со мной ей было нереально хорошо, чтобы она никогда и не вспомнила, что был кто-то до меня. А то, что никого не будет после, я даже не сомневался.

Но именно в ту секунду, когда неожиданное появление Дена помешало нам осуществить все прямо на кухонном столе, я испытал двойственные чувства. С одной стороны мне хотелось отправить друга ближайшим рейсом на Луну без обратного билета, а с другой…смущение Ани и испытываемая ею неловкость в дальнейшем натолкнули меня на мысль, что девушка «на трезвую голову» совсем не уверена в том, что она была готова перевести наши отношения на новый уровень. Это открытие неприятно резануло внутри, но позволило начать шевелить извилинами, а не сходить с ума под влиянием гормонов. И не только гормонов.

Я уже так привык к мысли, что Аня «моя», что совершенно забыл, что она, в общем и целом, совершенно не в курсе нашей «истинности», как пары. Поэтому всю эту неделю старался вести себя примерно, давая ей время все осмыслить. Мы сидели вместе на парах (правда, не смог отказать себе в удовольствии иногда гладить ее колени и бедра, нарываясь на не очень правдоподобное возмущенное шиканье хозяйки), я провожал ее до дома, мы гуляли вечерами, взявшись за руки. И, конечно, много и часто целовались, что открывало во мне новые грани моей выдержки. Но я искренне старался. Тяжелое дыхание Ани и замутненный взгляд хоть ненамного, но приносили облегчение. Не у одного меня сносило крышу.

Пару дней назад Ден даже ехидно хихикнул, заметив, что, если я так часто буду продолжать посещать душ (ледяная вода помогала уже совсем ненадолго, но все же), то покроюсь чешуей раньше, чем познакомлю девушку с родителями. Под моим слегка озверевшим взглядом друг должен был минимум осыпаться пеплом, но он лишь предусмотрительно заткнулся. Тоже ненадолго.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вот и сегодня, я проводил Аню, зацеловав на прощание ее до опухших губ, и направился домой, надеясь, что толстовка надежно прикрывает ширинку, когда зазвонил телефон. На дисплее высветился номер отца и, когда я ответил, в моем голосе отчетливо слышалась улыбка. Я был искренне рад его слышать.

— Привет, пап.