Плот - Стивен Бакстер

— Ладно.

Рис взял метлу и вышел вслед за Джаен из кабинета Холлербаха, еще раз оглянувшись на планетарий, мерцающий в тени полки.

Миллион миль? Да это просто смешно.

Но что, если?..

Они сидели в автобусе, на соседних креслах, гигантские шины делали путешествие убаюкивающе плавным.

Рис рассматривал мозаику плит, людей, спешивших по своим делам, которых даже сейчас не вполне понимал. Остальные пассажиры всю дорогу сидели спокойно, некоторые читали. Эта небрежная демонстрация грамотности несколько удивила Риса. Он вздохнул.

— Что с тобой?

Юноша грустно улыбнулся Джаен:

— Извини. Я просто… пробыл здесь так мало и еще, кажется, так мало узнал.

Джаен нахмурилась.

— Помнится, Ципс и Грай давали тебе какие-то уроки.

— Не совсем, — признался Рис.

— Я тоже не стала бы тратить время на «зайца», которого через несколько смен должны вышвырнуть обратно домой. — Она почесала нос. Возможно, так. Хотя эти двое никогда не упускали случая продемонстрировать передо мной свои знания. Рис, ты задаешь чертовски трудные вопросы. Подозреваю, что они немного боятся тебя.

— Ты с ума сошла…

— По правде говоря, большинство этих старикашек не так уж и много знают. Холлербах, я думаю, да. Может быть, еще один или два. Но остальные просто руководствуются старыми распечатками и надеются на авось. Посмотри то, как они чинят древние инструменты с помощью палочек и веревочек… Если случится что-нибудь действительно неожиданное, они растеряются, как теряются, когда им задают необычный вопрос.

Рис задумался над словами Джаен и вдруг осознал, насколько за последнее время изменилось его отношение к Ученым. Теперь он понимал, что Ученые такие же люди, как и он, и отличаются от прочих людей лишь тем, что пытаются сделать все, чтобы спасти этот гибнущий мир.

— Как бы там ни было, — сказал Рис, — это не меняет дела. Куда я ни посмотрю, всюду вижу вопросы, на которые нет ответов. Вот например, на каждой странице Ципсовых книг с таблицами написано «IBM». Что это означает?

Джаен рассмеялась.

— Сдаюсь. Может быть, это имеет отношение к способу изготовления этих книг. Они ведь с Корабля.

— С Корабля? Знаешь, я слышал об этом столько россказней, что уже не знаю, чему верить.

— Насколько я понимаю. Корабль действительно существовал. Его разобрали, чтобы сделать основу для самого Плота.

Рис задумался.

— И Команда напечатала эти книги?

Джаен помедлила, видимо, уже приближаясь к границам своих знаний.

— Их сделали следующие поколения. Первая Команда обладала знаниями о некой машине.

— Какой машине?

— Не знаю. Возможно, о говорящей машине, такой, как автобусы. Хотя эта штука была не просто записывающим устройством. Она могла считать и вычислять.

— Каким образом?

— Рис, — сердито сказала Джаен, — если бы я это знала, то сделала бы такую сама. Понятно? Во всяком случае, некоторое время спустя машина начала портиться, и Команда испугалась, что больше не сможет продолжать вычисления. Поэтому, прежде чем машина сломалась окончательно, она отпечатала все, что знала. И там были древние таблицы, называемые «логарифмы», которые помогают нам делать вычисления. Именно их Ципс и нес в рубку. Может быть, ты когда-нибудь тоже научишься пользоваться логарифмами.

— Да. Может быть.

Автобус выезжал из леса канатов, и Рис зажмурился от резкого света нависшей над Плотом звезды.

— Ты понимаешь, в чем заключается работа Ципса, а? — спросила Джаен.

— Кажется, да, — нерешительно сказал Рис, — Ципс — Навигатор. Его задача — определить, куда должен двигаться Плот.

Джаен кивнула.

— А делается это для того, чтобы уйти с дороги звезд, время от времени падающих от границы Туманности.

Девушка указала на сверкающий над ними шар.

— Вроде этой. Там, в Рубке, они регистрируют все приближающиеся звезды, чтобы вовремя передвинуть Плот. Мне кажется, что скоро мы будем передвигаться… Вот это зрелище. Рис! Надеюсь, ты его не упустишь. Все деревья одновременно поворачивают, на палубе сильный ветер… Если я успешно пройду испытания, то буду работать в группе перемещения.

— Тебе хорошо, — кисло сказал Рис.

С неожиданной серьезностью Джаен хлопнула его по руке.

— Не теряй надежды, рудокоп. Пока ты еще на Плоту.

Рис улыбнулся, и оставшаяся часть пути прошла в молчании. Автобус подходил к Краю гравитационного поля Плота. Автобус притормозил около широкой лестницы Рис и Джаен присоединились к очереди перед раздаточной машиной. Оператор с угрюмым видом сидел рядом с машиной, его силуэт чернел на фоне неба. Рассеянно смотревшему по сторонам Рису почудилось в нем что-то знакомое.

Продовольственная машина представляла собой неуклюжую конструкцию высотой в два человеческих роста. По широкому фасаду, окружая несложную панель управления, похожую на панель Крота, располагались окна раздачи. Сзади, похожее на гигантский рот, нацеленный в атмосферу Туманности, находилось сопло, и Рис знал, что именно в него из богатой жизнью атмосферы засасывается необходимое сырье. Нетрудно было вообразить, как машина дышит этим металлическим ртом.

— Ты знаешь, она работает от черной мини-дыры, — шепнула Джаен.

— От чего? — Рис даже подпрыгнул.

Девушка улыбнулась.

— Не знаешь? Я тебе потом расскажу.

— Тебе доставляет удовольствие дразнить меня, да? — прошипел Рис.

Свет звезды был весьма интенсивным. В глаз Рису попал пот, он замигал, а когда проморгался, его взгляд уперся в толстую шею мужчины, стоявшего впереди. Шея была покрыта грубыми черными волосами и матово блестела от пота. Мужчина поднял к звезде широкое лицо мопса.

— Чертова жара, — пробурчал он. — Не понимаю, почему мы все еще сидим под этой штукой. Мису следовало бы оторвать свой толстый зад от стула и сделать что-нибудь. А?

Он вопросительно взглянул на Риса.

Рис неуверенно улыбнулся в ответ. Мужчина странно посмотрел на него и отвернулся.

После неприятных минут ожидания очередь рассосалась. Мимо по лестнице проходили пассажиры, унося с собой упаковки с пищей и водой. Рис и Джаен под взглядом угрюмого оператора подошли к машине. Джаен начала набирать на панели регистрационный номер Ученых, а потом сложную последовательность цифр, определяющую заказ. Рис восхитился легкостью, с которой бегали по клавиатуре пальцы девушки, еще одно искусство, которому, может быть, ему не придется научиться…

Тут мальчик заметил, что оператор смотрит на него с ухмылкой. Он сидел на высоком деревянном стуле, скрестив руки, в поношенный комбинезон были вшиты узкие черные ленты.