Плот - Стивен Бакстер

Стивен Бакстер

Плот

1

После того, как взорвалась плавильня, интерес Риса к окружающему миру стал совсем невыносимым.

Эта смена началась, как всегда, стуком кулака Шин в железную стенку хижины Риса. Полусонный, он выбрался из гамака и нехотя приступил к привычному ритуалу пробуждения.

Сила тяжести практически отсутствовала, и вода из ржавого крана вытекала неохотно. Рис нацедил несколько мутных пригоршней, ополоснул лицо, намочил голову, привычно вздрогнув от мысли, через сколько человеческих тел прошла эта вода с тех пор, как ее собрали из пролетавшего облака. Последнее дерево с запасами продовольствия вызывали с Плота несколько десятков смен назад, и дефекты древней регенерационной системы Пояса давали о себе знать.

Рис натянул несвежий комбинезон, скроенный из одного куска ткани. Одежда уже была ему мала. Пятнадцати тысяч смен от роду. Рис был темноволос, строен, довольно высок и, как мрачно подумал он, продолжал расти. Это наблюдение неожиданно навело юношу на грустные мысли о родителях. Отец, ненамного переживший мать, умер от истощения несколько сотен смен назад. Уцепившись одной рукой за дверную раму. Рис оглядел маленькую хижину и вспомнил, в какой тесноте жили они здесь с родителями.

Отогнав грусть, он протиснулся наружу сквозь узкую дверную щель.

Ослепленный светом звезд в кроваво-красной полутьме Туманности, Рис на мгновение зажмурился… и замер — в воздухе ощущался какой-то слабый запах, вроде жареного псевдомяса. Что-то горит?

Хижины соединялись друг с другом канатами и ржавыми трубами. Рис оттолкнулся, пролетел несколько футов вдоль троса и повис, озираясь в поисках источника раздражающего запаха. Одновременно он пытался прикинуть насыщенность цвета — не был ли он глубже, чем в прошлую смену? Облака были похожи на серые клочья ваты. Они заполняли все пространство на много миль вокруг. Сквозь них плавным нескончаемым дождем сыпались на Ядро Туманности звезды. Тут и там вспыхивали слабые огоньки, знаменующие конец их недолгого существования.

Сколько же их было!

Ребенком Рис часто висел здесь, уцепившись за трос, и широко распахнув глаза считал звезды, пока не кончалось терпение.

Теперь он полагал, что звезды сосчитать невозможно, что их больше, чем волос на голове, мыслей в мозгу или слов в языке. Задрав голову. Рис посмотрел на небо. Казалось, он висит в центре гигантского светящегося облака, а небо вокруг таинственно мерцает и переливается.

Запах горелого вновь привлек внимание юноши. Зацепившись ступнями за кабель. Рис освободил руки. Под действием центробежных сил тело его распласталось в воздухе, и из этого нового положения он еще раз осмотрел свой мир. Пояс — ветхие хижины, соединенные в кольцо тросами и обрезками труб. Кольцо вращалось вокруг рудника остывшей звезды ста ярдов в диаметре. На поверхность мертвой звезды спускались канаты, скользящие по ней со скоростью нескольких футов в секунду.

Повсюду виднелись жерла дюз из светлого металла, прикрепленные к хижинам. Каждые несколько минут из какого-нибудь жерла вырывалась струя пара, и Пояс немного ускорял вращение, компенсируя сопротивление воздуха. Рис взглянул на ближайшую дюзу, укрепленную на крыше соседней хижины. Края отверстия были неровные, оплавленные. Дюзы всегда вызывали у Риса множество вопросов. Откуда их сняли, с какой машины или механизма? Кто это сделал? Зачем их поставили сюда?..

Снова пахнуло дымком. Рис потряс головой, пытаясь собраться с мыслями.

Несомненно был пересменок. Около хижин толпились рабочие — грязные, усталые, они спешили к своим гамакам. Но плавильня была окутана клубами дыма. Рис видел людей, снующих туда и обратно. Они беспрерывно вытаскивали из дымного облака какие-то темные предметы.

Тела?!

Тихо вскрикнув. Рис изогнулся, ухватился за канат и стал быстро пробираться к плавильне.

На подходе к дымовому облаку он остановился. От запаха горелого мяса Риса чуть не вывернуло наизнанку. Из дыма, медленно, как во сне, появились две фигуры. Они тащили жуткий бесформенный сверток. Рис потянулся помочь им, стараясь скрыть свою слабость. Под его руками захрустела обгорелая плоть.

Тело завернули в грязное одеяло и осторожно унесли. Перед Рисом оказался один из спасателей. На закопченном лице блестели белки глаз. Юноша не сразу узнал Шин, начальницу смены.

Риса влекло к ней. И даже сейчас, в столь неподходящий момент, он, к своему стыду, понял, что ощупывает глазами испачканную кровью грудь.

— Ты опоздал, — сказала Шин охрипшим от дыма голосом.

— Извини. А что случилось?

— Взрыв! Ты что, не видишь?

Откинув со лба волосы, она повернулась в сторону дымовой завесы. Наконец Рис смог разглядеть то, что осталось от плавильни. Казалось, некая гигантская рука смяла ее правильный куб.

— Уже два погибших, — сказала Шин. — Проклятье. Если бы Горд лучше знал свое дело и мог построить в этом мире хоть что-то достаточно прочно, мне не пришлось бы соскребать со стен тела моих товарищей, как протухшее псевдомясо. Будь оно все проклято!

— А что мне делать?

Шин обернулась и раздраженно взглянула на Риса. Юноша почувствовал, как вспыхнули от страха и смущения его щеки. Шин смягчилась.

— Помоги перенести остальных. Держись за мной, и все будет в порядке. И старайся дышать носом, ладно?

Тут она снова нырнула в облако дыма. Рис немного помедлил и устремился за ней.

Трупы извлекли и отправили в последний путь сквозь Туманность. Родственники отнесли раненых в свои хижины. Пожар удалось погасить. Дым рассеялся. Главный инженер Пояса, Горд — невысокий блондин, лазил среди руин, прикидывая возможность восстановления плавильни, и горестно качал головой. Рис заметил, с какой ненавистью смотрели на него родственники погибших и раненых. Но нельзя же во всем винить Горда!

…Но если не его, то кого же?

Смену Риса отменили. В Поясе, по другую сторону кольца, была еще одна плавильня. Наверное, в следующую рабочую смену Риса направят туда, но сейчас он был свободен.

Юноша не спеша продвигался к своей хижине. Как зачарованный, смотрел он на бурые следы, которые оставляло его прикосновение на канатах и крышах хижин. Рису казалось, что голова его все еще полна дымом. У входа в свою хижину Рис остановился, чтобы вдохнуть глоток свежего воздуха, но от красного мерцания умирающих звезд воздух казался таким же густым, как и дым. Временами в Туманности просто нечем было дышать.

«Если бы только небо было голубым», — мелькнуло у него в голове. Интересно, на что похож голубой цвет? Отец рассказывал Рису, что, когда он был маленьким, на небе, по краям Туманности, далеко за облаками оставались голубые просветы. Рис закрыл глаза, стараясь представить себе незнакомый цвет, и стал думать о прохладе и чистой воде.