Был ли Гитлер диктатором? - Фридрих Кристиан цу Шаумбург-Липпе

И кто знает еще, что поляки в 1945 году в Германии вели себя так ужасно, что русским войскам пришлось частично выступить против поляков, защищая немецкое население от них? Что побуждает клеветников, чтобы они молчали о судьбе евреев как в СССР, так и в США? В 1961 году я видел в Буффало (США) одну из самых больших синагог посреди города, которую совсем недавно сожгли и, по-видимому, не восстанавливали. Затем я спрашивал многих уважаемых американцев о том, как это следует понимать. Они лишь пожимали плечами и смеялись немного злобно, это было все. Тогда я целенаправленно спросил: "Когда ее восстановят?" Ответ был: "Мы не знаем, восстановят ли ее!"

Хотя в США занимаются травлей против нашего народа и его истории самым активным и самым гнусным образом, я думаю, что большая часть народа не готова верить во все это.

Преступные клеветники, которые подстрекают все человечество против нашего немецкого народа и его истории и, похоже, точно так же выступают против совершенно определенных других народов, никак не возражают, однако, если со стороны международного капитализма/марксизма происходит процесс, который в длительной перспективе с абсолютной уверенностью разрушит и уничтожит всю жизнь на Земле. Я напомню лишь одну ужасную тему "Уничтожение радиоактивных отходов".

Никто не знает, куда деть этот убийственный материал, количество которого безудержно растет. Так как его хранение на морском дне оказывается даже сейчас слишком опасным, видят только одну возможность депонировать его в особенно глубоких морских расщелинах. Там этот атомный мусор станет активным — как надеются — только примерно через 10 000 лет. Но если накопившуюся массу радиоактивных отходов тем не менее не удастся сдержать уже через тысячу лет, то ее с уверенностью хватит, чтобы полностью уничтожить всю жизнь на нашей Земле в самое короткое время!

Я спрашиваю: кто те международные диктаторы, которые с предельной наглостью и бесцеремонностью, а также с безответственностью и недобросовестностью решаются на то, чтобы продолжать производить радиоактивные отходы, хотя они точно знают, что огромные опасности для всей жизни возрастают в гигантском масштабе с каждой утопленной бочкой радиоактивных отходов и что их больше невозможно будет задержать!

Кто терпит что-то в этом роде, кто не возражает против этого, кто не клеймит этих диктаторов экономики и Мамоны как наихудших преступников всех народов и времен, тот — видит Бог! — не имеет ни малейшего права критиковать прошлое.

Они, которые клевещут на нас, немцев, и на нашу историю, были и остаются настоящими виновниками больших войн, и в то же время они прокладывают путь для тех уже упоминавшихся здесь диктаторов всемирного капитала.

Так замыкается круг, и становится понятнее то, что казалось нам столь непонятным.

И именно поэтому, так как теперь мы знаем то, о чем мы раньше могли разве что догадываться, я должен воспользоваться этим случаем, чтобы вспомнить о тех десятках тысяч — вероятно, даже сотнях тысяч — честных немцев, которые после 8 мая 1945 года медленно и с большой болью умирали, потому что их любовь к родине и патриотизм, их приличие и их верность народу и империи просто не могли вынести все эти пошлые враки. Я уже видел, как многие из них умирали в лагере от этой душевной беды — и многие из них от отчаяния даже совершали самоубийство.

Я знаю, что я родился немцем, чтобы жить немцем и исполнить свой долг. Это соответствует вечному порядку этого мира, в котором мы живем. Тот, кто осознанно действует вопреки этому порядку, может быть только предателем, мерзавцем! Он вредит всем другим. Никакая философия, религия, математика никогда не могут стать сильнее вечной этической закономерности природы!

"Но главное: будь верен самому себе,

И, следственно, как дважды два — четыре,

Ни перед кем не будешь ты фальшив".

Шекспир, "Гамлет", сцена I, акт 3 (Полоний)

Часть 12. Дополнение

Очевидно это или нет — но это бесспорный и ежедневно по-новому доказанный факт, что Адольф Гитлер — это сегодня самый известный человек в мире после Иисуса Христа. В частности, в великих державах он очень жив еще и сегодня — с политической точки зрения, — так как его снова и снова цитируют во всем мире как свидетеля и постоянно изображают или описывают. Журналы, книги, фильмы, радио, телевидение, парламенты и бесчисленные ораторы всех народов через 31 год после его смерти используют каждый представляющийся случай, чтобы использовать этого человека, зарабатывать на нем. Хочу привести самый вопиющий пример, который я сам пережил.

В свободной речи, которую я произносил в Ульме на Дунае, я хотел констатировать, что в политике никогда не может быть стопроцентных оценок. Чем естественнее учение, тем больше его приверженцы нуждаются в человеческой дисциплине. Чем больше жертв требуется вследствие этого, тем меньше становится число настоящих приверженцев, борцов и верующих.

Я говорил: "Никто не должен думать, что сегодня каждый, кто когда-то раньше носил коричневую рубашку, — мой друг. Наоборот — мой приговор в этом отношении особенно суров, так как я знаю, что число национал-социалистов становилось тем меньше, чем более стремительно возрастало количество членов партии! Если сегодня кто-то указывает пальцем на федерального министра или председателя партии, у которого раньше была должность в НСДАП, то это не интересует меня, потому что я знаю, что тот никогда не мог быть национал-социалистом. Он просто делал вид — и поэтому всю свою жизнь снова и снова будет только делать вид".

И, наконец, я сказал: "Было очень плохо, что, например, Риббентроп и Борман, эти два совершенно разных человека, оба не были национал-социалистами. Ошибочная политическая позиция уже является роковой, но демонстрировать якобы положительную политическую позицию, потом злоупотреблять ею и в результате предавать — это катастрофа".

В этой связи я упомянул, что я после войны — в 1948/49 — видел господина Бормана на вокзале в Бухлоэ. Это замечание вызвало настоящую лавину интереса, и один ведущий немецкий журнал попросил меня об интервью. Я объявил о своей готовности к этому, если они до того дадут однозначный ответ на следующий, очень интересовавший меня тогда вопрос: правда ли, как я предполагаю, что официальная версия о конце Гитлера частично не соответствует правде? Под "частично" я понимаю "в существенной степени".

Господа из редакции журнала удалились для короткого совещания и объявили тогда, что это действительно так, что она в существенной части не соответствует действительности. На это я ответил, что тогда мне совсем непонятно, почему большой журнал упускает возможность такого большого заработка и молчит так много лет. Ответ был таков: "Каждому овощу свое время, дорогой принц!"

Эта беседа осталась у меня в памяти как особенно показательная и интересная. И это также причина того, что я написал эту книжку, хотя как попытка интерпретации личности Адольфа Гитлера она представляется мне несколько неполной.

Как раз к этой дате я неожиданно получил, пожалуй, самое интересное и самое ценное дополнение, о котором только можно думать: последние высказывания Адольфа Гитлера незадолго до конца войны — до сих пор неизвестные записи.

Читатель спросит себя, настоящие ли эти записи. Мы, конечно, тоже часто и серьезно над этим задумывались. Я могу только сказать: это стиль Гитлера, это, без сомнения, его мысли, настроение тех дней выражается поразительным способом, и документ был передан через надежный источник — ради правды, только ради нее!

Представленные в дальнейшем* воспроизведенные высказывания Адольфа Гитлера действуют на меня, который до 1936 лично хорошо знал его, как признание человека, которому вскоре предстоит уйти навсегда. Он совсем открыто говорит о том, как он видел вещи, — и как раз чтение этого имеет для нас всех большое значение, ибо:

Правда, которую умалчивают, приносит несчастье!

Фридрих Ницше