Любимая девочка Мажора - Мила Любимая

сестры. И встретил маму. Влюбился, как мальчишка с первого взгляда и был вежливо отфутболен. После измены и предательства отца, мама мужчинам не верила от слова «совсем». Но уже через полгода они начали встречаться, бегали на свидания, словно подростки, а ещё через несколько месяцев поженились. Мама с ним очень счастлива, да и дядя Андрей очень хороший. Пылинки с неё сдувает. А это для меня самое важное.

— О, твой чешет, — зло прошипела Маша, застёгивая молнию на куртке.

И только мы собрались выйти из раздевалки, как Дима с Ником заслонили собой весь проход. Протиснуться, конечно, можно. По одной. Но сомневаюсь, что у нас это получится.

Оба уже в куртках, словно нас только и ждали.

— Твой тоже тут как тут, — заметила и скрестила руки на груди. — Уйми этого Ромео, что ли.

Спасение пришло из ниоткуда. Раздался громогласный рык нашего физрука, учитель со знанием дела растолкал этих мажоров.

— Тарасов! Сотников! — мужчина погрозил им кулаком. — Опять к девчонкам пристаёте? Забыли, что у вас матч на носу? Живо на тренировку!

Воспользовавшись моментом, мы с Машкой дали деру и рванули прямо к метро.

— Ох, тут Дима пишет.

Машка хлопает глазами и опасливо держит свой смартфон, словно гранату.

— Что хочет?

— Ну, — подруга замялась. — Он… это… в общем, кажется, твой Тарасов… нет у него ничего с нашей Дариной. А Дима за друга переживает, что ты его динамишь раз за разом и…

Нет, ну что она такое лепечет? С каких пор вообще мы Сотникову верим, мм? Я в диком шоке!

И Тарасов не мой! Слышите, не мой!

Глава 9 – Случайная встреча

Мирослава

Сдаётся, Машка влипла и влипла по полной программе. Причём, в того самого парня, которого на дух всю свою сознательную жизнь не переносила.

Дима учился с ней в одном классе, в элитной гимназии, где до сих пор преподаёт её мама. Ну, вы понимаете. Ненависть длинною в целую вечность. И до последнего это было совершено взаимно.

Что там за глюк случился в мироздании, раз эти двое… вместе? Возможно. Свечку не держала. Спорный вопрос, но подвисла подруга на этом бабнике и мажоре точно окончательно и бесповоротно.

Пробует болтыхаться, но уже проглотила наживку под названием «любовь». И с неё не так-то просто слезть, я знаю.

Мы с Машкой очень быстро замяли разговор о Диме и Никите. В самом деле, неужели нам обсудить больше нечего? Например, проблема тысячелетия – что надеть на праздник мамы и дяди Андрея? Джинсы с толстовкой не прокатят. Вот только Савельева вечно залипала в свой телефон, хмурилась и добиться от неё совета или одобрения оказалось реально невозможно. Так теперь всегда будет, мм?

— Маш, — покрутилась перед подругой в очередном вечернем платье. — Как тебе вот это? По-моему, милое.

— Ага, круто, берём, — с ходу ответила подруга, не отрываясь от своего гаджета.

— Савельева, блин! — не вытерпела и выхватила из её рук телефон. — Кончай уже! Вон уже навешали лапши на уши, можно суп варить.

— Какой ещё суп? — и Маша осоловело хлопает огромными голубыми глазищами.

— Обыкновенный, сказочно-лапшовый.

— Мира… — она осеклась и провела взглядом по моему наряду. — Фу, снимай эту розовую ваниль, я категорически против.

— Да? — уперла руки в бока. — А всего секунду назад ты не возражала, лишь бы я отстала от вас с Димочкой.

— Нет никаких нас с Димочкой, — Маша вся скривилась. — Я же не дура, Князева. Всё прекрасно понимаю. И ещё не забыла, как ты в сопли ревела по своему Тарасову. Но…

— Что ещё? — плюхнулась на пуфик и приготовилась выслушать очередной бред.

Ну, Никита! Уже и через мою подругу решил достать! Просто завидное упрямство. Упёрся рогом и не сдвинешь ведь, никаких отказов и возражений не понимает.

— Разве тебе не интересно, что произошло на самом деле? Мне кажется, наша двуличная Дарина врёт, как дышит. Я бы сама Тарасова в бараний рог скрутила, но любопытно.

— Блин, Маш, по-твоему, Ник сильно страдает, что ему симпатичная девчонка написывает двадцать четыре на семь и свои фото в чистом ню шлёт, да?

Несколько секунд подруга не сводит с меня взгляда, а потом выдаёт совершенно безумное и невозможное:

— Ты всё ещё его любишь. И ревнуешь. Вот же козёл!

И Маша до того забавно сжала руки в кулаки, что я весело рассмеялась. С ней точно не пропадёшь. И в огонь, и в воду, и по медным трубам, что называется.

— Нет, — отрицательно покачала головой. — Точно нет, всё давно в прошлом. Я была наивной маленькой девочкой, которая влюбилась в придуманный ею идеал. А Ник… Ник совсем не такой. Скорее, антагонист, чем герой.

Вот только сердце было не на месте и, казалось, я больше хочу убедить саму себя в том, что никаких тёплых чувств к Тарасову у меня не осталось, нежели доказать это Маше.

Может быть, это банальная физика. Всё-таки я молодая девчонка и природа просит своё. Осеннее обострение, гормоны шалят. Как не обращать внимания на сексуального, решительного парня, который с завидным упорством пытается залезть к тебе под юбку?

Желаю лишь одного – чтобы этот учебный год скорее закончился и я забыла о нём. Выкинула из своей жизни теперь уже навсегда. Для него – это ещё одно соревнование и только. Да и слишком уважаю себя и не позволю ему снова взять меня, как очередной трофей.

Мы с Машкой ещё долго ходили по магазинам. Купила себе платье бирюзового оттенка с корсетом и пышной юбкой, коротенькое, едва достающее до колен, но с моим маленьким ростом самое то. Не придётся и высокие каблуки надевать.

Подруга с горе-пополам приобрела костюмчик красного цвета – топ и длинную юбку с откровенным разрезом от бедра.

Мама у Маши довольно строгая и заставляла дочку одеваться всегда сдержанно и строго, а та и повзрослев продолжала одеваться аки строгая училка. Не по своей инициативе, конечно. Ирина Алексеевна дама бескомпромиссная.

Хотя, сама по себе Савельева обладает феноменальной внешностью – длинные платиновые волосы натурального оттенка, она только изредка подкрашивает их специальным шампунем. Некоторые о таком цвете лишь мечтать могут. Огромные голубые глазища на пол лица, пухлые губки бантиком, словно у куколки.

Нас с Машкой очень часто за родных сестёр принимают.