Любимая девочка Мажора - Мила Любимая

Знаешь, умываю руки. Кажется, на этом поле мне точно уже ничего не светит. Но… слегка волнует один вопрос. Ты уже рассказал ей, Ник?

Минуточку, что рассказал?

Если бы только знала, что ответа на этот вопрос мне лучше бы совсем не слышать.

Где-то тут подсознание начало тревожно звонить в колокола, предупреждая об опасности. Но нет бы послушать, да сделать соответствующие выводы, а поступила в корне наоборот.

Авдеев одной своей фразой запустил цепную реакцию. При всём желании уже не могла соскочить с умело заброшенного крючка. Проглотила наживку, словно глупая рыбка.

— Ну, Тарасов, давай, — продолжает издеваться Егор и это явно доставляет ему большое удовольствие. — Нехорошо заставлять ждать красивую девушку.

— Князева, тебе пора, — напрочь игнорирует его Ник. — Шуруй.

Значит, у него правда есть что мне сказать. Ни то чтобы в другой ситуации он не способен выставить кого-то за дверь, но прямо нутром чую электрическое напряжение между этими двумя. И, кажется, всему причиной именно моя скромная персона.

От этого в душе расползалось какое-то страшное, липкое и неприятное ощущение. От проклятых мажоров чего-угодно можно ждать. Однажды стала трофеем для одного и повторять своих ошибок не намерена. Но мне очень нужно знать, очень!

— Значит, не сказал, — усмехнулся бывший и радостно потёр ладошки друг о друга. — Знаешь, будет честно поставить нас в равноценное положение. Чтобы Мира смогла сделать свой выбор в пользу кого-то. Разумеется, если наша девочка не хочет поэкспериментировать в…

Господи, как же он жалок! Весь ядом так и полыхает, ещё чуть-чуть взорвётся и накроет своей отравляющей токсичностью всех окружающих. Каждое слово направлено, чтобы унизить меня, сравнять с землёй только потому, что сам был послан далеко и надолго. С парнями нечто странное происходит, когда им «нет» говоришь. Страдает больное эго. И совсем не важно, что это он кувыркался с другой девушкой.

Ни о каком выборе и речи быть не может. Ещё и это его «наша девочка» … я фигею! Прививку от мании величия кое-кому забыли сделать.

— Авдеев, — Никита медленно подошел к другу и поднял его с дивана буквально за шиворот. — Свали по-хорошему и не отсвечивай. Я не собираюсь делить с кем-либо Мирославу и уж тем более с тобой.

— Всё-то у тебя получается, Ник. Любая девчонка на шею кинется с тупой улыбкой, — Егор зло оттолкнул его. — Даже та, которую ты сломал на несколько частей.

Ау, я вообще-то здесь! Может, хватит уже за спиной обсуждать, будто куклу?

— Мирочка, — не успокаивается проклятый бывший и теперь смотрит прямо на меня. Глаза в глаза. — Быстро же отдалась ему. А ты знаешь, солнышко…

Но ответа на свой самый главный вопрос так и не получила, потому что Никита одним движением выставил Авдеева за дверь. И для надёжности щёлкнул замком, снова запирая нас один на один. Знаете, в моей жизни было очень мало вечеринок, но эта самая отвратная.

— Объяснишь? — спросила, не особенно надеясь, что Тарасов хоть раз в жизни решит быть честным. — Имею право знать.

— Князева, с чего ты вообще взяла, что я должен отвечать на твои глупые вопросы?

Ох, простите! Забыла, с кем имею дело. И о чём только думала?

— Никита, ты совсем не изменился, — тяжело выдохнула и решительно направилась к двери. — Такой же невыносимый, наглый…

Ник прижимает меня к двери своим телом, заранее скрутив руки за спиной, чтобы сопротивляться толком не могла.

— Что ты вытворяешь? — выгибаюсь дугой в его объятиях, но делаю только хуже. Учитывая, как жадно заблестели глаза мажора. — Отпусти! Отпусти меня!

Сердце от страха выбивает какую-то глухую дробь, а разум твердит, что Ник большой мальчик, который вряд ли захочет остановиться на невинных поцелуях. Мне никаких сил не хватит, чтобы его остановить. Значит, надо быть умнее и хитрее.

— Князева, — он тяжело вздохнул. — Не буду я тебя трогать. Сейчас.

А знаете, это очень обнадёживает. Особенно «сейчас».

— Тогда какого?

— Хочу, чтобы ты успокоилась.

— Я совершенно спокойна, — и на губах Ника заиграла самодовольная улыбка. — Буду, когда прекратишь меня лапать своими конечностями. Ты, как маньяк, Тарасов. До тебя вообще доходит? – Я не хочу, мне противно!

— Малышка, не провоцируй, — наклонился ниже и слегка прикусил за мочку. Язык скользнул внутрь ушной раковины, заставляя потерять связь с реальностью. — Шш, не дёргайся.

— Ник, — выдыхаю со стоном, но он только продолжает свою сладкую, мучительную пытку. — Пожалуйстааа…

Сильно прикусила нижнюю губу, потому что его наглые и такие решительные губы спускались всё ниже и ниже, руки давно затекли в стальной хватке парня, а тело горело от уверенных и горячих ласк.

Хочет и берёт.

— Остановись! — стараюсь, чтобы мой голос звучал как можно твёрже. — Тарасов, имей совесть!

— Совесть? — смеётся Ник. — Как можно иметь то, чего никогда не было? Впрочем, ты можешь меня уговорить, Князева.

— Уговорить? — прищурилась. — Как же?

— Мм, ну например, сходи со мной поужинать.

Поужинать? Пару секунд просто смотрю на него, силясь понять, шутит Ник или нет. Вот только он был абсолютно серьёзен.

— Это на свидание? — осторожно уточнила. Так, ну и как же мне выбраться из этой ситуации? Со всех сторон прижал, гад!

— Ты права, дурацкая идея, — окинул меня жадным взглядом и отпустил мои руки, но только для того, чтобы подхватить под попу. Ой, мама! — Продолжим лучше, да, малышка?

А улыбается-то вон как хитро, знает, что выхода нет. О, как же я тебя ненавижу, Тарасов! Даже не представляешь!

— Нет! — остановила парня решительно. — Хорошо, свидание. Но ты меня не трогаешь, не целуешь, ясно? Один ужин, Ник. Хорошо, слышишь? Один!

— Завтра в семь? — поставил перед собой на пол. — Я заеду.

— Нет, — отрицательно покачала головой. — Пришли адрес, сама доберусь.

— Князева… ну какая же ты всё-таки нудная! Небось, на метре своём поедешь?

— На метле, — огрызнулась и с опаской посмотрела на дверь. — Выпусти уже, ненормальный. Иначе Савельева порвёт тебя, как тузик грелку.

Ууу, проклятый мажор! Я тебе такое свидание устрою, сто раз подумаешь потом, приглашать меня на ужин или нет!

Глава 7 – Грушевый латте от Дьявола моего сердца

Мирослава

— Князева,