Ежедневник на этот год - Кирилл Берендеев

Цены в "Казахстане" приятно поражали недоверчивого клиента, я быстро сделал прикидку: если и дальше буду заправляться здесь все тем же пловом, то остального мне хватит и на кое-какие развлечения, помимо осмотра все тех же достопримечательностей.

Под первым номером значился дом на улице Березовой. Метрдотель вкратце объяснил как до нее добраться и доверительно сообщил: "дом №47". Комментариев не требовалось, я вручил ему энную сумму чаевых, честно заработанную, после чего отправился по указанному адресу.

Более всего Березовая смахивала на загородное шоссе: пустынная утопающая в зелени улица с редкими фонарями по левой ее стороне. Автомобилей практически не встречалось, я прошел по ней с самого конца, куда довез автобус, и за все это время меня обогнал лишь одна легковушка.

Метрдотель мог не волноваться за меня, дом я обнаружил сразу. На противоположной от него стороне улицы был припаркован микроавтобус "Газель" с зашторенными окнами. Водителя на месте не было, но когда я проходил мимо машины, из нее донеслось какое-то шевеление.

Пройдя еще немного, я постоял в некоторой нерешительности, не зная, что еще можно вынести из этого путешествия на окраину города, а затем просто сел на лавочку, развернул газету и закурил. Собственно, я не торопился никуда, просто решил отдохнуть, оглядеться и немного почитать "желтую прессу" на свежем воздухе. После того, как я внимательно рассмотрел симпатичный двухэтажный домик из желтого кирпича в стиле "модерн" с мансардой, выходивший в сад, интересоваться еще чем-то желания у меня не было.

Шум заводимого мотора заставил меня заглянуть поверх газеты на соседствующую со мной "Газель". Нет не она, шум доносился из распахнутых выездных ворот с территории участка дома номер сорок семь ворота разъехались полностью, давая машине - серебристому "четырехглазому" "мерседесу" выехать на улицу - и тотчас же съехались обратно, едва не задев багажника дорогой машины. Шофер "Газели" торопливо выскочил из задней двери, обежал машину, - в руке он держал недоеденный бутерброд - и влез на водительское сиденье. Мотор завелся за мгновение, а в это время "мерседес" уже вырулил на Березовую и набрав за секунды ошеломляющую скорость, вихрем пронесся по улице. Следом за ним с некоторым отставанием рванулась "Газель". Спустя несколько секунд шум моторов стих, и на Березовой воцарилась прежняя тишина.

Ненадолго, едва только "Газель" скрылась за поворотом, до меня снова донесся глухой шум мотора, автоматические ворота снова разошлись, выпуская на свет Божий вишнево-красный "вольво-850". Я смотрел за происходящим не отрываясь, даже не заметив, что соскочил со скамеечки и уронил газету на тротуарные плиты.

"Вольво" несколько мгновений постоял у ворот, - их дверцы все это время оставались открыты - и убедившись, что дежуривший автомобиль убрался, выехал на улицу. С водительского места высунулась рука, держащая пульт дистанционного управления и тотчас же ворота стали закрываться. "Вольво" развернулся и поехав в противоположную, нежели умчавшийся "мерседес" сторону.

Представление закончилось. Я очнулся, поднял газету и неторопливо отправился к автобусной остановке. Вишнево-красный "вольво" показался мне издалека и снова исчез; была ли это та самая машина, я сказать не берусь. Пока я стоял на остановке, он остановился в сотне метров от меня, из машины вышла женщина и подошла к газетному киоску. Купив, кажется, какой-то журнал, она снова села за руль. На несколько мгновений подошедший автобус не тот, что мне был нужен - закрыл мне обзор улицы; пока я проходил несколько метров в сторону, вишнево-красный "вольво", стоявший у газетного киоска уже успел сняться с места и исчезнуть в потоке двигавшихся вверх по улице машин. Мне оставалось только дождаться автобуса своего номера, вернуться в гостиницу и заняться иным времяпрепровождением.

- Да, Валерий Сергеевич, - собеседник кашлянул, прикрыв трубку рукой и произнес: - я вот что у вас спросить хотел.

- Я вас внимательно слушаю.

- Это по поводу расследования обстоятельств смерти Глушенко. К вам в офис милиция заходила?

- Даже дважды и каждый раз новое лицо.

- Знаете, Валерий Сергеевич... - Юрский помялся, а затем высказался напрямик: - Одна неприятная вещь.... Эта команда получила санкцию прокурора на выемку документов нашей фирмы. Понимаете...

В трубке повисла звенящая тишина. Помехи неожиданно утихли, Юрский мог слышать тихое дыхание Арцыбашева. Наконец, он услышал ответ, одно слово:

- Когда?

- С сегодняшнего утра.

Арцыбашев чертыхнулся.

- С чем это связано?

- Я полагаю, они подозревают кого-то из нашей фирмы в мошенничестве в особо крупных, превышение полномочий должностного лица, полный набор, одним словом. Кого именно - я понятия не имею, но есть подозрения....

- И как это связано с убийством вашего шефа? - холодно спросил Арцыбашев. Юрский вздохнул и выдохнул.

- Тут не обошлось без банка "Анатолия". Вы же знаете...

- Все, можете нее продолжать. Этот кретин Марченко - они его раскололи, я так понимаю.

- Кажется, его просто подставили, я не уверен, но...

Арцыбашев прервал его:

- Подождите, я не насчет самого управляющего. Я пытаюсь понять, как они вышли на вас? Кому могла придти в голову, мысль, пошуровать в вашей конторе, какое вы отношение имеете к смерти Глушенко?

- Комиссия из Москвы, помните, - Юрский недобро усмехнулся. - В ее составе представители следственных бригад, которые сейчас и занимаются выемкой документов. Мне кажется, наши ребята из угро попросту спихнули им то, до чего их руки не доросли. А сами занимаются, пока никто не мешает, непосредственно убийством.

- Может и так. Больше всего меня интересует, что они у вас могут найти.

Юрский покачал головой, но спохватился и произнес с легким оттенком торжества в голосе:

- Практически ничего. Все дело в том, что нас предупредили еще прошлым днем, а сменить неудобные документы - дело одного часа, максимум двух. Оставшиеся, либо вывезены в надежные места, либо уничтожены. Знаете, я даже прохожу свидетелем по этому делу....

- А наши договоренности? - холодно перебил его Арцыбашев. - Надеюсь, у ваших людей нет резона насчет них распространяться. И в документальном плане, полагаю, у вас ничего уже не осталось.

- Самая малость.

- Какая именно?

- Но нельзя же, Валерий Сергеевич, утверждать, будто мы с вами вовсе не имели никаких дел, это же полнейший абсурд, вы же сами понимаете.

- Да, разумеется, но все же...

- Не беспокойтесь, мы оставили все до середины августа прошлого года, там, они ничего не найдут. А все остальное либо уничтожено, либо изменено так, что не подкопаешься. Остались некоторые бумаги, подтверждающие, что мы с вами довольно давно разошлись как в море корабли. После кризиса и вашего избрания на этот пост, разумеется. Конституцию надо уметь чтить, велеречиво заметил Юрский.