Английский чай - Индия Грей

— Нет, спасибо. Может, я и не примерный католик, каким ты хочешь меня видеть, но я знаю точно: опасно принимать яблоко от женщины по имени Ева.

Венеция — город любовников, подумала Ева, выглядывая из окна и с завистью рассматривая парочки, гуляющие по мостам рука об руку.

С тех пор как они сошли с самолета, Рафаэль едва ли сказал ей пару слов. Мысленно он был где-то далеко. Или, что скорее всего, с кем-то еще. Наверное, вспоминал свои предыдущие поездки в Венецию с разными светскими красавицами, которые не краснели при виде влюбленных пар и не подпрыгивали от неожиданности, когда им подавали руку.

После прохладного салона самолета воздух здесь был тягуч, как мед. Что ж, по крайней мере Ева приехала в Венецию. Она мечтала о Венеции всю жизнь, хотя и думала, что поедет в этот город со своим…

Но ведь, с ужасом заключила девушка, в этой части все, кажется, сбывается…

Рафаэль вздохнул. Венеция все так же прекрасна, только теперь он здесь с Евой. Ему нравилось, с каким упоением она осматривается. На ее лице отражались все эмоции — восторг, грусть, ожидание, печаль. Рафаэлю хотелось бы прочесть ее мысли…

Но это очень опасный путь. Девушки в ее возрасте все обладали особым шармом юности.

Рафаэль стиснул зубы и посмотрел вокруг. Ему вдруг захотелось выбраться из гондолы, в которой они медленно плыли по одному из многочисленных каналов Венеции. Сегодня вечером они пойдут на церемонию награждения, где, к счастью, не придется оставаться наедине, а завтра Рафаэль встретится с Каталиной. И уже потом им можно будет возвращаться во Флоренцию. С хорошими, как он надеялся, новостями для Марко.

— Мы сойдем здесь, — неожиданно произнес Рафаэль.

Удивленная, Ева последовала за ним, доверчиво протянув ему руку. Помогая девушке выбраться из гондолы, он не глядел в ее глаза и отпустил тогда, когда она встала на деревянные подмостки.

— Куда мы идем? — поинтересовалась Ева, едва поспевая за своим спутником.

— По магазинам.

— О… зачем?

— Кажется, ты говорила, что тебе нечего надеть на сегодняшнюю церемонию.

— Да, но… — Ева почти бежала за ним. По такой жаре это было невыносимо. Девушка потеряла терпение. — Ты можешь остановиться хотя бы на минуту? С меня хватит! Мы не пойдем ни в какие магазины! Во-первых, я не могу поз…

— Вот мы и пришли. — Рафаэль остановился у двери дорогого бутика, какие Ева видела только в кино. Наверняка здесь звезды мировой величины покупали наряды на вручение премии «Оскар». Он бесцеремонно сопроводил Еву внутрь.

— Рафаэль, — сказала она со злостью. — Я же сказала, я…

Но рядом с ними уже возникла продавец-консультант. Ее лицо было таким же идеальным, как у манекена в витрине. При виде Рафаэля оно расплылось в соблазнительной улыбке.

— Синьор ди Лазаро, здравствуйте. Долго вы к нам не заходили.

— Спасибо, Клаудия. Понимаю, что это трудно, но не могли бы вы найти что-нибудь для моей спутницы на сегодняшний вечер?

— Церемония награждения? Конечно, зря вы оставили все на последний момент, но я уверена, что смогу что-нибудь сделать. — Девушка повернулась к Еве, оглядывая ее оценивающим взглядом. — Сюда, пожалуйста.

Покинутый, Рафаэль сел на кожаный диван и взял со столика газету. Клаудия отлично разбиралась в моде и в мужской психологии. Она создала в своем магазине все условия для того, чтобы богатые мужья и любовники были только рады подождать, пока их жены примеряют одежду. Во всю стену здесь располагалась плазменная панель, в стопке прессы на столике лежали свежие газеты и журналы.

Все здесь располагало к расслабляющему ожиданию, тогда почему Рафаэль чувствовал странный дискомфорт? В Колумбии он часто подвергал свою жизнь опасности, но всегда находил выход из щекотливой ситуации. Но сейчас он не мог справиться с собственными инстинктами.

Из примерочной доносились слабые протесты Евы. Она даже немного запыхалась.

— Рафаэль, послушай. Я не могу позволить себе купить… — раздалось из-за ширмы.

— Я и не прошу тебя ничего покупать, — нетерпеливо оборвал он, — ведь это я притащил тебя сюда, так что меньшее, что я могу сделать, — это купить тебе что-нибудь.

Возникла недолгая пауза. Ева снова заговорила, ее голос звучал приглушенно, будто она снимала топ.

— А что, если я не позволю тебе этого сделать?

— Ты можешь отправиться на церемонию награждения в том костюме, в котором была сегодня утром, — улыбнулся Рафаэль.

Он услышал, как из ее груди вырвался вздох, и мысленно выругался за свою нетактичность.

— Прекрасно, синьорина, — различил он голос Клаудии. — Вам необыкновенно идет это платье. Оно говорит само за себя.

— Это-то меня и волнует, — раздался голос Евы. — Оно словно зовет: «возьми меня, я твоя».

— Звучит отлично, — вставил заинтригованный Рафаэль. — Можно взглянуть?

— Ой! Ни за что. Я уже снимаю.

Стиснув зубы, Рафаэль недовольно скрестил руки на груди и уставился в одну точку, прогоняя из воображения навязчивые картинки недвусмысленного содержания.

Однако невольно взгляд его упал на большое зеркало напротив примерочных. В отражении он заметил, как полоска красного упала на пол. Ева деликатно ступила из нее, и это было самое эротичное из всего, что Рафаэлю доводилось видеть раньше.

Он не мог отвести глаз от зеркала, в котором Ева теперь привстала на цыпочки. Раздался звук застегивающейся молнии, прозвучавший, как томительная ласка. Потом тишина. И голос Клаудии:

— Хорошо. Только снимите лифчик для лучшего эффекта.

Рафаэль простонал. Он слишком хорошо представлял себе ее спелую грудь. Ведь сегодня утром она стояла перед ним обнаженная и такая прекрасная, хотя и напоминала разозлившегося котенка. Даже когда Ева злилась, было в ней нечто притягательное, отчего ее хотелось целовать и целовать…

— Синьор? Готовы?

Кдаудия отдернула шторку и отступила.

Шелковое платье цвета мокрого асфальта сидело восхитительно, подчеркивая соблазнительные изгибы тела. У Рафаэля перехватило дыхание от восторга. Ева надела босоножки на высоких каблуках, отчего ее ноги стали казаться бесконечными. По округлым бедрам мягко струился шелк, словно маня прикоснуться к ним. Клаудия подобрала волосы Евы и добавила темно-красного блеска губам, придав им чувственности.

Ева выглядела прекрасно. Шикарно. Блестяще.

Рафаэль ненавидел это.

Ева чувствовала, как сильно колотится в груди сердце, когда она ступила в зал и предстала перед Рафаэлем. Возможно, сейчас он разглядит в ней прекрасную женщину?..

Он медленно встал и шагнул в ее сторону с каменным выражением на лице. Кажется, время остановилось. Его глаза скользили по ее телу. Ева ждала, что он скажет.