Бойфренд для няни - Ирина Андросова

Хмурый до этого момента собеседник изобразил на лице демоническую улыбку и заглянул мне в глаза.

Ежась под его колючим взглядом, я подумала, что ничего плохого не случится, если ко всем прочим удовольствиям этого места я разочек в неделю еще и пообщаюсь с духами. Поэтому я легкомысленно кивнула и поспешно ответила:

— В общем-то, да. Конечно. Готова.

— Тогда будьте любезны оплатить вступительный взнос в размере пятидесяти тысяч рублей, — невозмутимо потребовал секретарь.

Поперхнувшись мартини, я закашлялась, а когда смогла снова говорить, придушенным шепотом переспросила:

— Сколько?

Теперь, когда я не покладая рук нянчила троицу Кашкиных, у меня стали водиться кое-какие деньжата, и я даже ухитрилась отложить приличную сумму себе на зимнее пальто. Но вступительный взнос в сообщество любителей перекинуться парой слов с привидениями рубил эту мечту на корню. Раздираемая внутренними противоречиями, я закусила губу и покосилась на собеседника, не зная, как признаться в своей неплатежеспособности. Но тот расценил немой вопрос в моих глазах как недоверие.

— А как вы хотели, милочка? — обиженно заметил секретарь, перестав скалить зубы. — Знаете, сколько стоит поддержание в приличном состоянии подземных ходов, где обитают духи графской семьи?

Вербовщик расстегнул рюкзак, притулившийся на соседнем стуле, вынул из набитого бумажками файла распечатанный на принтере листок и разложил перед собой на дубовом столе.

— Видите, — указывая пальцем в верхнюю часть распечатки, прошептал он, — здесь план подземных переходов, запутанных лабиринтов и тайников, которые без регулярного ремонта придут в негодность.

На листке действительно змеилась ответвлениями некая схема, но я не стала ее рассматривать. Мне больше не хотелось испытывать судьбу, а хотелось поскорее уйти из этого страшного места, ибо глаза рассказчика горели нехорошим огнем, волосы разметались, а кожаная куртка съехала набок, обнажив совершенно голое плечо. Я имела дело с фанатиком, в этом не было никаких сомнений. Теперь я поняла, какая неожиданность подстерегала в «Аскольдовой могиле» наивных старшеклассниц и о чем предупреждал меня Антон Смирнов. Сумасшедшие секретари, что может быть опаснее для впечатлительных девушек?

— Вы знаете, я, пожалуй, пойду, — пробормотала я. — Наверное, я еще не готова примкнуть к вашему сообществу.

— А что вас смущает? — как ни в чем не бывало, удивился одержимый.

— Честно говоря, я не верю, что Мара Рюмина — правнучка той купчихи, — выпалила я первое, что пришло мне в голову, только бы отделаться от этого ужасного человека. И строго добавила, чтобы показать серьезность своих намерений закончить разговор: — По-моему, весь ваш рассказ про способности Мары общаться с духами — это просто рекламный ход. А я не хочу, чтобы меня дурачили.

Но секретарь ни капельки не обиделся. Перегнувшись ко мне через стол, он зловеще усмехнулся и прошептал:

— А вы верьте! Верьте — и все!

И не без гордости сообщил:

— Потому что я сам — потомок графа Аскольда Володина.

Мне сразу же сделалось тоскливо и скучно и еще больше захотелось отсюда сбежать, а мой собеседник, сверкая впотьмах белками безумных глаз, запальчиво воскликнул:

— Да-да, и не делайте такое лицо! Я действительно внучатый племянник графа Аскольда. Я навел справки о своей родословной и узнал, что являюсь побочной ветвью рода Володиных.

— Вы, главное, не нервничайте! Я уже вам верю! — попробовала я смягчить ситуацию, но не тут-то было — графский отпрыск мертвой хваткой вцепился мне в руку и хриплым шепотом продолжал:

— Врете вы все! И мне вы не верите. Вступите в наш клуб! Вступите, а то пожалеете!

Он смотрел на меня своими собачьими глазами так, что я, словно под гипнозом, полезла в сумку и вынула оттуда все свои сбережения. Честно говоря, я опасалась, что, если не дам ему денег, секретарь бросит мою руку и вцепится мне в глотку. Вынула я все свои денежки и отдала потомку графа, только бы он оставил меня в покое. В конце концов, если подумать, за приватную беседу с духами это не такая уж большая плата. Случалось, люди жертвовали и большим.

— Вот и хорошо, вот и славненько, — тут же успокоился бесноватый Носферату, ловко пересчитывая купюры. — Возьмите пригласительный билет, в эту пятницу будет проходить еженедельное таинство духовидения, и заодно мы проведем обряд инициации. Так что радуйтесь, госпожа Маргарита. Не откладывая в долгий ящик, в пятницу вас и посвятим в члены клуба.

Пока я переводила дух, недоверчиво поглядывая на его озабоченную физиономию, секретарь продолжал вводить меня в курс дела.

— Да, кстати, придумайте себе подходящий псевдоним. Допустим, Моргана. Рита Моргана, по-моему, здорово звучит. Кроме того, в пригласительном билете указано, что одежда членов клуба должна быть в духе сериала «Проклятие графа Аскольда», так что уж вы меня не подведите, — сварливо бубнил он, окидывая придирчивым взглядом голубое платье в матросском стиле, которое, как мне говорили, очень идет к моим рыжим волосам.

— Боюсь показаться навязчивым… — продолжил он после минутной паузы, во время которой снова порылся в своем рюкзаке и выудил оттуда тонкий глянцевый журнал с Марой Рюминой на обложке. — Боюсь показаться навязчивым, но могу предложить вам каталог готической моды на этот год. Вы можете, конечно, найти похожую одежду на сайтах в Интернете, но все это будут жалкие подделки под оригинал. А оригинал, как вы сами понимаете, у нас один — несравненная Мара!

Мерное гудение мобильника отвлекло меня от пояснений секретаря. Это звонил бывший муж, желая продиктовать адрес зала суда, где будет слушаться дело о разводе. Я достала из кармашка сумки ручку, порыскала глазами по столу и, не найдя подходящей бумажки, принялась записывать название улицы и номер дома на обратной стороне схемы подземелья. Графский наследник мне в этом не препятствовал. Он сосредоточенно наблюдал, как со стороны служебных помещений в зал входит высокий человек в чем-то длинном, сером, похожем на холщовый подрясник, подпоясанный дохлой змеей. Капюшон на его голове полностью скрывал лицо, не давая возможности определить возраст и пол. Когда обладатель подрясника поравнялся с пустой в этот час эстрадой, Глеб Носферату вылез из-за стола и пошел навстречу серому человеку.

— Магистр, — говорил секретарь на ходу. — В пятницу у нас намечается посвящение, надо подготовить церемониальный зал.

Краем глаза я наблюдала, как Магистр принял у Носферату мои денежки, пересчитал их и спрятал под подол. Красотка Мара тут же поднялась из-за стола и быстрым шагом направилась к прикарманившему наличность Магистру.

— Уважаемый, а вам не кажется, что вы берете на себя не свойственные вам функции? — раздраженно сказала актриса низким хриплым голосом. — Ваше дело проводить ритуалы, а распоряжаться финансами позвольте уж мне!

— Мара, дорогая, очень вас прошу, не делайте мне замечания при людях, держите себя в руках, — прозвучал из-под капюшона хорошо поставленный голос, показавшийся мне смутно знакомым.

Заинтригованная, я прервала свои записи и во все глаза уставилась на остановившуюся в метре от меня фигуру Магистра. Вы не поверите, но в тени капюшона я разглядела лицо историка Антона Смирнова, с которым распрощалась в шашлычной у метро не больше часа назад.

Подхватив свои записи, сделанные на обратной стороне схемы подземелья, и в самый последний момент сцапав со стола пригласительный билет, который чуть не забыла впопыхах, я пригнулась, вжала голову в плечи и бочком-бочком двинулась к мраморным ступеням, по которым проникла в логово врага. Добралась до лестницы и припустила, как заяц, наверх, моля в душе бога, чтобы главари этой шайки не обратили на меня внимания. И чудо свершилось, мне удалось уйти из «Аскольдовой могилы» без объяснений и потерь. В тот момент я поклялась себе, что не стану вникать, с чего это вдруг Антон Ильич Смирнов, доктор исторических наук и директор гуманитарной гимназии имени Карамзина, числится Магистром сборища сомнительных типчиков. И даже про пятьдесят тысяч рублей собиралась забыть. Но когда в вещах пропавшего Ромки среди другого барахла я обнаружила фотографии Антона Смирнова в полной боевой выкладке Магистра «Аскольдовой могилы», отмахнуться от этого кошмара я уже не имела права.