Замуж за криминального авторитета - Ольга Джокер

себе наихудшие сценарии из возможных. Как я вообще могла усомниться в нем? Разве он давал когда-либо повод?

- Сейчас скажу Семёну, чтобы не возвращался, - произносит Юсупов, направляясь к двери.

Он понял, что разговора не выйдет и мне становится так жаль, что я не смогла ему ничем помочь.

- Подожди! – выкрикиваю.

Юсупов застывает у двери и поворачивается в мою сторону.

- У одного мужчины из тех, с кем я встречалась, было уродливое родимое пятно на шее. В виде кляксы.

Давид уходит. Ждать его мне приходится долго. Кажется, они с Семеном ругаются и разговаривают на повышенных тонах, но я даже не пытаюсь подслушать что происходит внизу. Просто теперь наверняка знаю, что Давид защитит меня ото всех и заслонит собой. Я могу быть уверена в нём.

Он возвращается в кабинет злой и раздраженный. На улице слышится шум мотора, видно сверкающие фары. Семён уезжает из особняка, так и не добившись от меня никакой информации. Я бы и рада помочь Юсупову, но правда ничего не знаю.

Давид подходит к окну, ищет в карманах пачку сигарет, но она лежит на столе. Я забираю её и подношу ему. Вкладываю в большую ладонь мужа, несколько секунд стою рядом, а затем опускаюсь перед ним на колени.

Юсупов удивленно вскидывает брови, смотрит на меня сверху вниз.

- Что ты делаешь, Катя?

- Хочу сделать тебе приятно, - дрожащими руками щёлкаю пряжкой ремня, расстегиваю ширинку. - Не хочу, чтобы ты уходил от меня к другим.

Давид часто и глубоко дышит. Я вижу, как вздымается его грудь и расширяются ноздри.

- И я хотела бы пояснить по поводу того, почему не смогла переступить с тобой черту.

Он молчит, а значит я могу говорить дальше. Юсупов обязательно выслушает и поймет. Он умный и мудрый. Гораздо опытнее меня.

- Тогда в подвале… Марат… он распускал свои руки. И любое упоминание об интиме вызывает у меня панический страх. Ты совершенно ни при чем. Я... постараюсь преодолеть этот страх вместе с тобой.

Юсупов кивает, а я спускаю его боксёры вниз, обнажая возбужденный налитый кровью орган. Он большой, с крупными вздутыми венами и я понимаю, что совершенно не знаю, что мне делать с ним дальше. Приходится действовать инстиктивно и наощупь.

- Я убью его, - произносит сдавленным голосом Давид, когда я слизываю выступившую каплю смазки на головке его вздыбленного члена.

Юсупов опускает свою ладонь на мой затылок и с шумом втягивает воздух сквозь зубы.

Я ему верю. Каждому его слову верю.

Глава 15.

***

Ощущаю во рту приторно-сладковатый вкус, который на удивление не вызывает отторжения или тошноту.

Давид всегда порождает во мне только приятные эмоции, которые раньше я ни с кем не испытывала. Сердце заходится в бешенном ритме, кончики пальцев приятно покалывает, а мысли путаются и не желают складываться в предложения и слова, когда я нахожусь с ним рядом.

Мне хочется, чтобы ситуация с моим братом разрешилась. Хочется, чтобы Юсупов помог и уберёг, но… Я как-то мысленно оттягиваю тот момент, когда все закончится и мы оба станем свободными. Не знаю как Давид, но я уже не хочу представлять, как однажды вновь вернусь в свою жизнь без него. Поэтому сейчас не хочу терять ни секунды, проведенные с ним.

- Скажи, если я что-то сделаю не так, - слегка отстраняюсь и поглаживаю каменный член ладонью по всей длине.

У него мягкая бархатная кожа и выпуклые вены. И ласкать его руками мне уже нравится.

Юсупов удовлетворённо кивает и смотрит на меня снизу-вверх затуманенным взглядом. Сейчас цвет его глаз разобрать невозможно – они чёрные, порочные и манящие.

- Пока всё правильно, Катя, - хриплым голосом отвечает он.

Обхватываю его у основания губами и поддаюсь вперед. Вкус освежающего геля для душа с нотами цитрусовых и его естественный запах. Рот мгновенно наполняется слюной. Идеальный баланс, мой личный рай.

Давид нежно поглаживает меня по волосам и глухо дышит, а я, словно ласковая кошечка, льну к нему сильнее и почти урчу от приятных прикосновений.

Юсупов помогает подобрать мне темп. Сама я не справляюсь и немного теряюсь. Помогаю себе рукой, потому что взять его на всю длину не могу – слишком большой. Приятное тепло плавно растекается по телу и концентрируется внизу живота. Я нервно ёрзаю и сдвигаю ноги вместе, потому что одновременно стыжусь и пугаюсь своего желания.

Комнату заполняют влажные звуки и моё сбившиеся дыхание. Периодически Юсупов оттягивает меня за волосы назад, даёт отдышаться и жадно ухватить ртом воздух. А затем вновь продолжает. Колени немеют, между ног всё горит адским пламенем. Кажется, я потеряла счёт времени.

Давид осторожно убирает руку с моих волос, скользит по шее, задевает позвонки. Его шероховатая грубая ладонь на удивление нежно касается кожи и я думаю о том, что в этот момент, должно быть, смогла бы подпустить его к себе ближе, наплевав на то, что несколько дней назад испытывала к сексу и касаниям мужчин стойкое отвращение.

Он не Марат. Юсупов никогда не сделает мне больно.

Я хочу своего мужа и сейчас облизываю его член с особым возбуждением, справиться с которым мне не под силу. Разум туманится, я опускаю свободную ладонь под юбку и одним лишь прикосновением к пульсирующему клитору, сквозь кружева трусиков, заставляю своё тело забиться в экстазе.

Перед глазами темнеет, я будто прыгаю с обрыва в море удовольствия. Ничего не вижу, ничего не слышу, только бесконечное тепло заполняющее моё тело.

- На меня смотри, - не просит, а приказывает Юсупов.

Поднимаю глаза с каплями влаги на ресницах. Смотрю как Давид с остервенением толкается в мой рот, удерживая за шею и тихо ругаясь. Я ощущаю, как увеличивается и пульсирует его член во мне. Провожу рукой по чёрной дорожке волос на его животе, поднимаюсь выше и впитываю жар его тела кончиками пальцев.

Терпкое горячее семя оказывается у меня во рту. Так по-взрослому грязно, интимно и… так, чёрт