Рывок в будущее (СИ) - Марков-Бабкин Владимир

— У них, в Европах, стран много, народу много, все толкаются боками. Расстояния маленькие. А у нас? Год скакать — не доскачешь!

— Да. И в наших сибирских землях один русский на тысячу вёрст.

Разумовский горячо возразил:

— Ну, и что с того? Всегда так было — русские добытчики и казаки шли за Урал, осваивались, брали в жёны местных девиц. Оседали. Местные учили их, как тут выживать. Если, не убивали сразу, конечно. Но, тут уж как сговоришься с местными. И так верста за верстой. Амур освоим. Порт на Тихом океане построим. А там есть где развернуться!

— Лёш, при всём уважении, наших за Уралом горстка. На Амуре и у океана ещё меньше. А китайцев и маньчжур просто прорва там. Пока они внутри себя не перегрызутся, вроде нашего Смутного времени, мы там ничего не сможем сделать. Да, не спорю, надо быть готовыми. Но, Аляска и Америка в целом? Не знаю. Слишком широко шагаем. Штаны бы не порвать. Нам народ кормить нечем даже в самой коренной России.

— Ты ж создал Императорское Вольное экономическое общество? Собрал в Петербурге крупных землевладельцев, даже выступил на учреждении сего. Не ты ли говорил, что единственный выход — повышение урожайности и приплода скота? Улучшение почв, развитие хлебной торговли и прочее разведение пчёл? Что нужно перенимать лучшее друг от друга и от науки? Своей и европейской?

Непонимающе смотрю на него.

— И что? Это тут причём?

— Это отвечая на твой пассаж: «Кормить нечем». Так и не будет чем, если мы не будем двигаться. А на дальних рубежах поселенцы, старатели и охотники сами себя прокормят. Бабы наши туда не дойдут, это да. Но, дело привычное. Мужики местных баб в жёны возьмут. Какого они там цвета, бабы-то? Красные?

Качаю головой.

— Насколько я знаю, красные южнее. На Аляске они, судя по докладам экспедиции Беринга, весьма схожи с нашими народами севера.

— И много их там?

— Кого? Баб?

Кивок.

— Ну, да.

— Откуда я знаю? Беринг не считал. Вроде хватает.

— Вот! Закрепимся. Форты и фактории. Пушки кораблей прикроют. Да и в фортах пушки поставим. Там же пушнины полно! А пушнина — это серебро. Это торговля. Народ наш потянется туда, как тянулся за Урал веками. Что нашим стоит океан переплыть? Сибирь тоже не гостеприимна. Многие мрут. Это — да. Но, шли же! И идут!

Я промолчал. Конечно, я рассматривал и этот вариант. Более того, я прекрасно понимал, что без земель южнее, колония на Аляске довольно быстро выбьет всякого соболя и станет убыточной, как это и было в моей истории. Придётся или продавать или просто бросать. Но, полноценно осваивать мы не готовы ещё минимум полвека. А через полвека-век там и без нас будет не протолкнуться. Нужны плодородные земли в Америке, чтоб не возить всё через Сибирь и Дальний Восток. Да и базы нужны на Дальнем Востоке, а мы там весьма непрочно стоим. Какой вариант? В основном возить кораблями через Балтику, Атлантику, вокруг Южной Америки на север — к Калифорнии. Тоже год пути. И большей частью путь в один конец. Кто туда согласится отправиться? Ну, опыт освоения той же Северной Америки показывает, что бегут туда в основном те, кого преследуют на религиозной почве. Простому бедняку решиться куда-то переселяться за океан невозможно даже вообразить. Россия велика и всегда есть куда отселиться от греха и блуда. Или от голода. А вот религиозные общины, те, да, те могут. Особенно, если им дать возможность и деньги. Те же староверы, например. Их в России много. Организовать общество какое-то. Собрать видных староверов, перемолвиться словом-двумя. Обрисовать содействие и интерес в освоении новых территорий за океаном. Денег дать. Корабли. Они тоже не бедные. Могут и свои построить. В общем, Корона не будет мешать отплывать из Санкт-Петербурга караванам с переселенцами. Может даже даст фрегаты в сопровождение, чтоб пингвины не обидели по дороге. Параллельно отправлять мужиков-охотников, земледельцев и прочих старателей. Пустить слух о сказочной Земле Обетованной с молочными реками и кисельными берегами. Ну, и в таком духе. А к моменту, как мы прочно встанем на берегах Тихого океана с нашей стороны, у нас уже могут быть поселения с той стороны. В Калифорнии всё равно толком пока нет никого. Ни испанцы не добрались, ни англичане. Индейцы голозадые бегают и лошадей пугаются.

К тому же чтоб добираться хоть в туже Калифорнию промежуточные базы нужны. А свободных мест под них почти в мире и нет. Оттого и ставим форты-фактории в Патагонии. Пока «чисто для нужд географических экспедиций». Морем с остановками быстрее даже на Камчатку от нас плыть. Через два океана. Испанцев в тех землях нет. Пока. Если мы колонией не будем объявлять или о золоте Огнеземелья не прознают, то пока точно не до Патагонии испанцам. Наши вот адмиралы, хоть и таимся мы о найденных залежах говорить, сразу стали за ежегодное плавание радеть. И Матушка. Ну хоть флот будут в порядке держать и новый строить. А он сейчас — локомотив экономики. А за это стоит и повоевать.

Понятно, что это пока чистая фантазия. Но, отнюдь не невозможная. При должном усилии и организации. Отпускать наших местных, как сказали бы в Европе, еретиков, Матушка может и воспротивиться, конечно. К ногтю и всё такое. В любом случае, со староверами надо мириться. Они отличные ребята. Хозяйственные. Непьющие. В конце концов та же Европа утихомирилась в части религиозных войн.

И мы должны четко понимать, что староверы — враги нынешней России. Других вариантов я не вижу. Потому и нужно насыщать Америку и нашим православным мужиком. И не только православным, но нашим. А где этих мужиков взять? Как снабжать?

А враги за океаном, так, что ж, нам не привыкать ко всякого рода врагам, даже если они одного с тобой рода-племени. Зато меньше будут мутить воду внутри России. Матушка просто нервно дышит в их сторону. Готова сжигать целыми поселениями. Она ведь давала обет не казнить. Про не сжигать деревни разговора не было.

Круг вновь замкнулся.

Разумовский кивнул в сторону.

— Матушка едет.

Да, действительно. Экипаж Лисаветы. И охрана, как без неё. Даже у Лёши есть. И у меня. И у Лины.

— Тпрууууу!

Карета остановилась. Тут же организовали специально обученные люди приём и выход Императрицы.

Склоняю голову.

— Матушка.

Настроение Лисавет было отличным. Ну, и слава Богу.

— Здоров, соколики! Чем порадуете?

Делаю приглашающий жест.

— Вот, Матушка. Испытания самодвижущегося корабля. Ближе подходить я бы не рекомендовал. Кораблей у нас много, а ты у нас одна. Мало ли что, а вдруг пыхнет.

С интересом:

— А может пыхнуть?

— Нет, не должно, Матушка. Я лично всё проверял. Но, на Бога надейся, а сам не плошай. Так что лучше отсюда посмотреть.

Кивок.

— Ну, что ж… Давай. Посмотрим.

Императрица изящно достаёт из поясного омоньера богато отделанный складной лорнет. Последний писк моды от моей, точнее нашей с ней, мануфактуры. Раскрывает очки перед своим изящным носиком. Даю отмашку с нашего холма. Внизу что-то там засуетились, из трубы повалил чёрный дым. Протяжный гудок и колёса парохода пришли в движение. Якоря подняли, швартовы отдали и корабль плавно отошёл от причальной стенки, взяв курс в открытое море.

Внизу орали, кидали в воздух шапки, мы же просто смотрели с холма на это чудо.

— Петруша. Я тебя поздравляю. Ты добился этого.

— Спасибо, Матушка. Но, таких нам нужно очень много.

— И в бою они лучше, чем парусники?

— Они просто другие, Матушка. Они тоже будут пока с парусами. Топку разожгут перед боем. И их нужно много. Целые отряды пароходов. У них преимущество будет в том, что они смогут плыть против ветра и быстро маневрировать, но, на тяжёлых парусниках тяжелее общий бортовой залп пушек. Так что будут и те, и те в сражении с нашей стороны.