Волхвы - Алексей Добровольский

14

См. труд акад. М.Н. Тихомирова «Крестьянские и городские восстания на Руси XI-XIII вв.» (М., 1955).

В.В. Мавродин в книге «Народные восстания в Древней Руси XI-XIII вв.» (М., 1961) также убедительно доказывает, что борьба за Языческую идеологию, борьба с христианством была «формой восстания смердов» (С. 50).

15

Достоин восхищения тот необъяснимый и в полной мере не осмысленный наукой факт, что древнейшие анимистически-пантеистические воззрения «примитивных» Язычников отлично согласуются с новейшими представлениями о Мироздании, в частности, с космогоническими, астрофизическими, геологическими, биологическими, психофизиологичес­кими и другими теориями, гипотезами и данными. Современная наука волей-неволей возвращается к первобытному гилозоизму и панпсихизму, когда устами наиболее одарённых своих представителей высказывает мнение, что в основе Природы-Вселенной лежит Разум, слагающийся из бесчисленного множества разумов и сознаний разного уровня.

16

«Волхв» – одного корня со словом «волохатый», облачённый в мохнатую шкуру.

17

В истории есть немало примеров того, как предсказание осуществлялось наперекор всем попыткам воспрепятствовать его осущест­влению.

Древние прекрасно понимали бессилие таких попыток противоборствовать исполнению прорицания оракула. «От судьбы не уйдёшь, и часто смертный удел настигает в дому человека, бежавшего с поля брани», – эти слова стали поговоркой.

Великий кёнигсбергский мыслитель доказал непреложно, что время (так же, как и пространство), каким оно отражается в нашем созна­нии, само по себе только субъективная форма нашего восприятия внеш­него мира. Нам остаётся совершенно недоступным познание «времени в себе», т.е. независимо от свойственного нам чувственного восприятия.

Время иррационально и ирреально. Вне нашего сознания, т.е. объективно, времени не существует, и в этом смысле оно – одна из величайших иллюзий (об идеальности времени учили ещё Упанишады).

Эта иллюзия существует постольку, поскольку существует воспринимающее её наше обычное, поверхностное сознание. И эта иллюзия исчезает вместе с исчезновением низшего, «дневного» сознания, когда оно уступает место сознанию высшему, когда пробуждается истинное Я человека.

Можно сказать, что будущее отделено от нас лишь порогом нашего сознания, и поэтому познание будущего есть лишь изменение нашего обычного способа восприятия. В экстатически-трансовых состояниях, благодаря понижению порога сознания, человеку иногда делается до­ступным то, что не воспринималось им в его обычном состоянии. И мис­тики всех времён интуитивно стремились перешагнуть этот порог, ма­ксимально заглушить, усыпить бодрствующее поверхностное сознание, являющееся лишь помехой для проникновения души в запредельную Реальность.

Когда внутренний взор ясновидца в пророческом трансе достигает того плана, откуда можно было бы единым взглядом обозреть Время из­дали, во всём его неподвижном постоянстве; объять одновременно на­стоящее, прошедшее и будущее, лежащие на одной плоскости, тогда отсутствующие, т.е. ещё не проявившиеся на феноменальном плане и оттого не зримые чувственному оку события предстают пред ним суще­ствующими потенциально на том высшем плане.

И изменить что-либо в этих будущих роковых событиях так же невозможно, как и в прошедших. Здесь кроется объяснение всех неу­дачных попыток избежать ведовских предсказаний. Более того, как бы в насмешку над всеми человеческими расчётами, исполнению предназна­ченного всегда содействует именно то, посредством чего пытаются предотвратить неизбежное. Классический пример тому – трагедия царя Эдипа. Таков же миф о Телефе, таков же рассказ Геродота о гибели сына Креза.

Тит Ливий в «Римской истории» пишет, что царь Эпира Александр обратился к Додонскому оракулу с просьбой предсказать ему исход предстоящего военного похода. Ответ гласил, что Александр должен опасаться реки Ахеронт, где ему уготована смерть. Веря прорицанию и страшась его, Александр с войском двинулся в Италию, подальше от Эпира, где протекал Ахеронт.

Но, говоря словами Байрона, «бороться против нашей судьбы было бы такой же борьбой, как если бы сноп вздумал сопротивляться серпу». И Александр встретил свою смерть в разлившихся водах проте­кавшей в Италии реки с тем же фатально-зловещим названием Ахеронт.

18

Археологи полагают, что на некоторых наскальных рисунках верхнего палеолита изображён бубен – важнейшая неотъемлемая принадлежность шамана. Известно также живописное изображение исполняющего ритуальную пляску (камлающего) звероликого шамана-оборотня в гроте Трёх Братьев (Франция). Некоторые учёные толкуют знаменитое изображение в пещере Ласко как изображение человека, пребывающего в шаманском обмороке.

19

     Есть бытие; но именем каким его назвать?Ни сон оно, ни бденье; – меж них оно,И в человеке им с безумием граничит разуменье…

20

Из истории известно, что различные способы искусственно вызывать самогипноз (аутосомнамбулизм) с целью раскрытия внутреннего взора применялись уже в самые отдалённые времена. «Пифониссы древних сами себя магнетизировали – прочтите Плутарха и его описание оракулярных токов», – указывает Е.П. Блаватская в одном из своих писем.

Иудохристианские анахореты-иссихиасты, возалкавшие узреть ангелов, устремляли неподвижный взор на собственную грудь и, насколько могли, задерживали дыхание. Пребывая в такой окаменелой позе долгое время и творя непрестанно безмолвную «умную» молитву, они впадали в самогипноз.

В религиозных культах всех времён и народов существовали различные собственные приёмы, способствующие вхождению человека в сомнамбулический транс. Эти приёмы поражают своим богатейшим многообразием: яростные синкопы индейских там-тамов и монотонный гул лапландского «барабана тролля», вихревые пляски жриц Диониса и самоуглублённая медитация йогов, изнурительные посты «юродствующих во христе» и пристальное, до умопомрачения, смотрение в этрусские зеркала…

Все магические ритуалы и причудливые церемонии, все аскетичес­кие истязания и «умерщвления плоти» были направлены на достижение транса, причём транс был не самоцелью, а средством, высвобождающим чудесные силы и способности, скрытые внутри человеческого существа.

К древнейшим искусственным методам относится также употребление таких сильных психоделиков, как ядовитые (для человека) соки некоторых «шаманских» растений и грибов, хмелящие зелья, дурманящие мази и воскурения и т.д.

Вещий же – Снорро: являлся к нему сам Один.Травы он знает. Нажжёт их – что сноп упадёт,Духом же к самой Вальхалле восходит тогда...

У индусов почитался загадочный свещенный напиток сома, у тольтеков и майя – сок кактуса пейотль, у тибетцев – настой из мухомо­ров. Средневековые маги-каббалисты предпочитали белладонну, мандрагору, сон-траву, в которых содержатся органические вещества, вызывающие видения.

Марко Поло пишет о «китайских идолах», обладающих способностью разыскивать утерянные и украденные вещи. При идолах в посвещённом им храме постоянно находится старуха-жрица, являющаяся, по мнению Поло, посредницей между людьми и духами. Прежде чем спросить идолов об утерянной вещи, совершается пред ними курение, после чего духи дают жрице ответ, который она и передаёт человеку, потерявшему вещь. Далее знаменитый путешественник свидетельствует: «И я, Марко, отыскал этим способом утерянное мною кольцо» (Путешествие Марко Поло, изд. Русского географ. об-ва, 1902 г.). В действительности же дело, по-види­мому, обстояло так, что жрица начинала вещать, погружаясь в медиумический транс под влиянием одурманивающих наркотических куре­ний. Известно, что принятие некоторых наркотиков способствует обо­стрению сверхчувственного восприятия.

Приём современного супернаркотика ЛСД иногда сопровождается переживаниями и видениями религиозно-мисти­ческого содержания. Хотя с помощью таких искусственных психоактивных средств и удаётся порой вызывать блаженные состояния «свещенного безумия», сходные с религи­озно-экстатическими, всё же столь дерзновенные попытки насильственно вломиться в «Мир Духов» никогда не одобрялись истинными Мистиками, рассматривающими их как своеобразную упадочническую ересь, как ко­стыли для немощных.

«Полёты» психонавтов под влиянием галлюциногенов, искусственное стимулирование аномальных способностей в практике хатха-йогов и употребление опиума тождественны по существу и различаются лишь внешни­ми приёмами да степенью утончённости.