Камиль. Залог (СИ) - Аверина Екатерина "Кара"

Она красива в своей чистоте и непосредственности. Пугливая, неиспорченная и неизбалованная всем изобилием, что нас окружает. Ей оно и не нужно. Эта девчонка умудряется нацепить на себя балахон и все равно оставаться сексуальной. Она сама — ценность гораздо дороже любых ювелирных украшений. Просто потому, что настоящая.

Первым делом покупаю ей телефон. Нерешительно берет в руки коробочку.

— Самира научит тебя им пользоваться и забьёт самые важные номера. Свой, мой и на экстренный случай Адиля. Интернет там тоже будет.

— И мне можно им пользоваться? — не верит кукла.

— Можно. Под контролем, пока не научишься фильтровать информацию. Есть что-то еще, чего бы ты очень хотела, но было нельзя? — молчит. — Смелее. Я же обещал подарки и время вместе.

— Кино, — почти шепчет, — на большом экране.

— Кино? — усмехаюсь, плохо помня, когда сам последний раз позволял себе подобную роскошь. — Пойдем, — решаю, что слово надо держать до конца.

В глазах Ясны появляется настоящий восторг. Совсем детский и такой чистый, что меня тоже цепляет. Сам выбираю фильм, покупаю девочке большое ведро воздушной кукурузы и стакан лимонада с трубочкой.

Садимся на диван на последнем ряду. Она смотрит фильм, не переставая восхищенно вздыхать и хрустеть попкорном, а я пялюсь на нее, как озабоченный маньяк. Эта маленькая зараза разворачивается ко мне, протягивает воздушную кукурузу, зажатую в пальчиках. Тут же смущается и хочет отдернуть руку. Успеваю поймать и накрыть ее пальцы губами, забирая попкорн. Ясна делает вдох и забывает выдохнуть, пока я вожу по ее пальцам горячим языком. Выпускаю их изо рта.

— Вкусно, — подмигиваю ей.

Она все еще дрожит, но как-то иначе. Больше от полученных новых эмоций, чем от страха.

После просмотра фильма мне приходится везти ее домой. Дела на сегодня еще не закончены. Да и ей для первого дня вне клетки впечатлений более чем достаточно. Возможно, сегодня ночью у нас будет совсем другой секс, а потом я задам ей вопрос, на который малышке придется ответить.

Глава 16

Ясна

— Ты светишься, — ко мне заглядывает Самира сразу после ухода Камиля. — Глазки такие яркие. Он сегодня вел себя хорошо? — часто киваю и никак не могу перестать улыбаться. — Надо же, — хмыкает Самира. — Может еще не все потеряно и у тебя все же получится до него достучаться.

— Не знаю, — пожимаю плечами. — У меня сегодня был самый сказочный день в жизни. Знаешь, где я была?

— Где же? — гувернантка помогает мне распустить хвост.

— В торговом центре и в кинотеатре. Там такой звук… Он будто пробирается внутрь меня и слышится в животе. Представляешь? А еще, — закусываю губу, глядя на свои розовые щеки в отражении зеркала, — я попробовала газировку. Камиль купил. Очень сладко и смешно щекочет в носу от лопающихся прямо во рту пузырьков.

— Дитя здорового питания, — смеется Самира, заплетая мои волосы в тугую опрятную косу. — А кинотеатр — это просто здорово. Неужели Камиль тоже смотрел фильм? Или разговаривал по телефону весь сеанс?

— Он смотрел на меня, — отвечаю ей шепотом. Мне кажется, что произносить такое вслух нельзя, ведь так он должен смотреть на жену.

— Хорошо, — Самира проводит ладонями по моим плечам. — Не бойся этого. Пусть смотрит. Пусть влюбляется, и он перестанет быть твоим хозяином. Ты будешь владеть его сердцем.

— Он должен любить жену, — опускаю взгляд.

— Жене он должен только ночи и то, до тех пор, пока она не понесет, — грубовато отвечает она. — А теперь бегом в ванную, — Самира заканчивает с моими волосами, закрепив их на затылке, чтобы не мочить. — Распоряжусь, чтобы тебе сюда принесли еду. Индира злится на то, что Камиль взял тебя с собой в город. Вам лучше не пересекаться сегодня.

Погрузившись в ароматную воду по подбородок, думаю над словами гувернантки. А вдруг меня и правда можно любить? Не только тело, а всю меня. Мою душу, мои мысли. Я хочу испытать это. Раньше даже мечтать было страшно, а сейчас это трансформируется в желание. Кажется не таким уж и нереальным.

Мама меня любила настолько, насколько ей позволяли. У нее так и не появилось столь желанной свободы, хоть она и была единственной официальной женщиной отца после жены.

Была и другая любовь. Мужская. Но ее я вспоминать не хочу. Это запретно и неправильно, против самой природы. Этой любви я боялась. Даже сейчас по коже бегут мурашки от одних только воспоминаний. Хочу другой. Как в книгах. Когда мужчина оберегает объект своего чувства, когда он нежен, внимателен, добр. Когда хочется откликаться на любовь каждой клеточкой своего тела.

Ну вот… я мечтаю. И никто меня за это не ругает.

Самира входит в ванную. Капает немного ароматного геля на мягкую губку, протягивает мне. Тщательно моюсь, смываю пену под теплой водой. Выбираюсь босыми ногами на прохладный кафель. У зеркала выбираю масло для кожи. Втираю его, разглядывая себя в отражении. Стараюсь оценить, есть ли у меня шансы стать чем-то большим для Камиля.

Гувернантка накидывает халат на плечи. Одеваюсь уже в комнате.

Самира снова помогает с прической. После зовет к накрытому столику. Пока я ем, достает из коробки подаренный мне телефон, что-то делает с ним. Я с любопытством наблюдаю.

— Это хороший знак, — говорит она. — Он расширяет границы твоей клетки.

Мы до самого вечера возимся с ней с телефоном. Ничего сложного в его использовании нет, а вот интернет. У меня аж дух захватывает от того, сколько всего там можно найти. Самира снова смеется надо мной. По-доброму, с улыбкой.

На ночь она забирает у меня мобильный.

— Мне пока велено контролировать. А с ним ты точно не уснешь.

Да я и так не усну! День получился очень насыщенный. Ни ванна, ни ужин не смогли успокоить эмоции. Кончики пальцев покалывает, словно мне не хватает кислорода. На книге тоже сосредоточиться не получается. А тут еще случается неизбежное. Я и думать забыла. За моим женским календарем тоже всегда следила няня. Небольшим количеством крови испачкала простыню. Неловко вышло.

Постель меняю сама. Не беспокоить же Самиру из-за такой ерунды.

Средства гигиены обнаруживаются в ванной в шкафчике. Быстро закончив с этим, забираюсь обратно под одеяло и стараюсь сосредоточиться на книге. Колотящееся в горле сердечко не дает этого сделать.

Покрутившись еще немного на кровати, встаю, выключаю весь свет в комнате и подхожу к окну. Глаза быстро привыкают к темноте. Становится видно звезды на темно-синем небе и тени, которые отбрасывают кустарники и деревья на каменные дорожки.

— Не спится? — раздается у меня за спиной. По коже пробегается холодок. Не слышала, как он вошел. Задумалась.

Сильная рука обвивает талию. Спиной чувствую жар его тела. В стекле в отражении вижу, что рубашка на Камиле расстегнута.

— Сегодня был очень насыщенный день, — осмеливаюсь положить свою ладонь на его руку, обтянутую темным рукавом. Чувствую, как она напрягается под моей ладонью. Запрещаю себе ее отдергивать. Наоборот, медленно глажу по его руке, ощущая, как в животе все сжимается и вибрирует.

Камиль цепляет кружевную бретельку моей ночной сорочки. Тянет ее вниз, тоже глядя на наше отражение. Ткань падает с груди…

— Сегодня нельзя, — вырывается у меня.

— Почему? — ладонью накрывает полушарие, начинает массировать и тереться о сосок.

— Женские дни, — смущенно отвечаю. Его это смешит. Грудь ходит ходуном, пальцы на моей груди непроизвольно напрягаются сильнее.

— Девочка, — он наклоняется к моему уху, щекочет черной бородой шею, — ты думаешь меня можно напугать кровью?

В следующую секунду он поднимает меня на руки и несет в ванную комнату. Прямо в сорочке ставит в поддон душевой кабины. Делает шаг назад.

— У тебя две минуты, чтобы подготовиться. Сейчас вернусь.

Серьезно?!

Ладно. Без паники.

«Я не боюсь» — напоминаю себе. — «Не боюсь. Это всего лишь месячные. Если его все устраивает, значит секс все равно случится. Он возьмет то, что хочет. Если сопротивляться, будет только хуже».