Подарок на память - Линда Барлоу

— «Выдающийся» не совсем подходящее определение в случаях с убийством, — невозмутимо ответил Блэкторн. — Вряд ли можно говорить о «выдающихся» убийцах.

Этими словами Блэкторн надеялся дать понять, что такового, несомненно, в их семье не будет.

— Тщательный анализ обычно срабатывает лучше теоретических выкладок, — продолжал Роб. — Киллеры оставляют следы. Порой следы эти трудно обнаружить, и мы ходим кругами, пытаясь отделить ложное направление от истинного. Но в конечном итоге настоящий след все же находится и приводит нас туда, куда нужно.

— Мне казалось, вы были наняты с тем, чтобы предотвратить случившееся, а не махать кулаками после драки, — заметил Кристиан.

— Да, со своей задачей я не справился, — спокойно признался Блэкторн. — И именно поэтому для меня вопрос профессиональной чести доказать, что проигран лишь первый раунд, а драка далеко еще не закончена.

Он замолчал, переводя взгляд с одного Севиньи на другого. Как всегда в случае заказного убийства ближайшие родственники становились наиболее очевидными подозреваемыми. Мотивы, побуждающие людей убивать, чаще всего обыденны и даже тривиальны. Реальное или надуманное пренебрежение, намеренная или бессознательная жестокость. Несмотря на популярность книжек о загадочных убийствах, столь успешно реализуемых магазином Эйприл Хэррингтон, за реальными убийствами чаще всего не скрывалось благородных или разумных целей. В жизни на одно умышленное и спланированное убийство приходились тысячи бессмысленных, не приносящих никаких выгод убийств. Люди сводили своих ближних в могилу в порыве страстей, в которых зачастую тут же и раскаивались.

Безусловно, смерть Рины в этот разряд не попадала. Был заключен контракт и нанят стрелок. Планировалось все тщательнейшим образом, и, конечно же, рассчитывать на то, что мотивы преступления лежат на поверхности, не приходилось.

Но факт остается фактом — у близких Рины больше, чем у кого бы то ни было, оснований желать ее смерти.

— Впрочем, здесь затронута не только профессиональная честь. Рина помогла многим людям, в том числе и моей жене во время болезни. И когда я остро нуждался в поддержке, всегда приходила на помощь Рина. — Блэкторн был вынужден сделать медленный осторожный вдох, чтобы успокоить нахлынувшие чувства. — Мне есть за что благодарить эту женщину. И, поскольку я упустил возможность отплатить ей за добро при жизни, я сделаю все, чтобы воздать должное ее памяти. Я добьюсь торжества справедливости. Достану убийцу из-под земли и засажу его, или ее, в тюрьму!

Несколько секунд все молчали. Затем Арманд шагнул к Блэкторну и пожал ему руку:

— Благодарю вас за преданность. Если я смогу хоть чем-нибудь вам помочь, непременно дайте знать. Буду надеяться и молиться за ваш успех.

Кристиан и Изабель молчали, хотя Изабель выглядела взволнованной, будто порываясь что-то сказать. Лицо Кристиана оставалось холодным и непроницаемым, как у мраморного изваяния.

Блэкторн посмотрел на Клемента. Взгляд его бывшего коллеги был суров. Он, вероятно, как и Роб, понимал, что зацепиться здесь пока не за что.

Изабель де Севиньи с силой хлопнула дверью своей квартиры в Челси. Пройдя через громадную гостиную в роскошную спальню, она села у старинного туалетного столика. Внимательно посмотрела на себя в зеркало. Изабель не была красавицей, по крайней мере она сама себя таковой не считала: черты лица были, пожалуй, несколько резковаты и особенно нос. Ей показалось, что сейчас они стали еще грубее: ведь с момента смерти Рины она толком и не ела. Изабель заметно похудела за эти дни, и Чарли подсмеивался над ней. Он был удивительно бестактен, заявив, что хотел бы увидеть чуть побольше плоти на ее косточках. Изабель же предпочитала оставаться худой. Мысль о том, что кто-то будет смеяться над ее полнотой, вызывала у нее тошноту.

Она почувствовала в груди легкий спазм, что случалось с ней всякий раз, когда предстояло участвовать в ночном представлении.

Изабель взглянула на украшенные бриллиантами ручные часики. Двенадцатый час. В «Шато» начинается раскрутка. По пятницам там проводили вечера гетеросексуалы. В течение недели залы и оборудование «Шато» распределялись следующим образом: во вторник и четверг — лесбиянки, а в понедельник, среду и пятницу — гомики. По выходным же клуб отдавался в полное распоряжение гетеросексуальных «актеров».

В нынешний уик-энд Изабель не собиралась выходить на сцену, но и появление на ее жизненном пути Эйприл Хэррингтон тоже не входило в ее планы. Она была разгневана и расстроена. Ей необходимо было успокоиться и расслабиться.

Сняв телефонную трубку, Изабель набрала номер Чарли.

— Ты один? — спросила она.

— Разумеется, один. — В голосе Чарли звучало удивление, подразумевающее, что иначе и быть не могло.

— Я собираюсь в «Шато». Ты не хотел бы присоединиться?

— Как ты себя чувствуешь? — забеспокоился Чарли.

— Все нормально.

— Я постоянно думаю о том, что сегодня произошло, Изабель. Мне так жаль. Не могу поверить. Надеюсь, ты опротестуешь новый текст завещания? Здесь же очевидное мошенничество!

— А я стараюсь выбросить из головы эту дурацкую историю. Ты хочешь со мной встретиться сегодня ночью или нет?

— Ну естественно. Конечно. Я просто беспокоюсь за тебя, вот и все.

— Спасибо, — невесело усмехнувшись, поблагодарила Изабель. — Но в сложившейся ситуации ты ничем не можешь помочь.

— Могу попытаться. Ты ведь знаешь, я всегда желал тебе только добра.

Голос Изабель стал строже:

— Еще бы, ведь ты — мой раб, лапушка.

— Так что, встретимся там? — помолчав, спросил Чарли.

— М-м-м, я приеду к полуночи.

— Буду ждать, — прошептал Чарли.

Но Изабель уже вешала трубку. Некоторое время она сидела, уставившись на телефон. Чарли был дружелюбен и любезен, с ним она могла расслабиться как ни с кем другим. Однако интимные отношения между сотрудниками одной организации никогда не приветствовались. Видимо, пришло время подыскать Чарли замену.

Изабель сбросила с себя одежду и голой стала рыться в стенном шкафу, подыскивая необходимые для представления вещи. Она надела черный корсет из мягкой кожи. Зашнуровывался он спереди и лишь слегка прикрывал грудь. Изабель торопливо натянула тонкие кожаные трусики-бикини, достаточно закрытые спереди, но практически не скрывавшие бедра и ягодицы, такую же по цвету кожаную юбку, сетчатые чулки с подвязками и лаковые туфли на высоком каблуке. Никакой блузки. Все равно придется снять, впрочем, как и юбочку.