Нарусэ собирается захватить мир - Мина Миядзима

– Ну что же! Выпьем за нашу встречу! – произнес тост Масару, и все подхватили:

– За встречу!

Я тоже чокнулся с остальными своей банкой и пригубил мягкий персиковый коктейль. Все слегка выдохнули, и снова завязался оживленный разговор. Хотя я и не собирался активно участвовать, но решил, что стоит начать – а там уж как пойдет.

– Вот эти чипсы с юдзу[8] и кунжутом безумно вкусные, но продают их только в «Сэйбу». Надо будет закупиться перед закрытием.

Имаи предложила мне картофельные чипсы, которых я никогда раньше не видел. Я вспомнил, что она с детства вела себя как строгая, но заботливая мама. Я взял одну штучку и попробовал, но вкус мне не понравился.

– Наверное, можно в интернете купить?

– Можно, конечно, но я больше люблю, когда можно просто забежать по дороге и взять пакетик.

Пока я заедал чипсы шоколадными грибочками, Масару сказал:

– А мне вот не нравится, что теперь негде будет покупать конфеты и печенье на подарки.

Моя мама тоже говорит: «Всегда пользовалась этим универмагом, без него неудобно будет». Становится понятно, насколько крепко он был связан с жизнью местного сообщества.

– Мы с Кэйтой, когда были в универмаге, хотели подняться на крышу, а там загорожено, выйти нельзя, – сказал Масару.

Цукамото самоуверенно ответил:

– Это потому, что глава компании, набрав во время «пузыря»[9] кучу долгов, спрыгнул с крыши, вот ее и закрыли.

– Что?! А я слышала, что женщина спрыгнула из-за несчастной любви, – возразила Айдзава.

По-моему, и то и другое – просто городские легенды. Остальные, похоже, тоже точно ничего не знали и качали головами: «Неужели это правда?»

– Может, и правда. Мой сын, когда был маленьким, в выставочном зале на шестом этаже всегда плакал. Везде в магазине вел себя нормально и только в одном этом месте ревел. Говорят же, что малыши видят что-то такое, что не видно взрослым! Я даже думала – а вдруг там витает какой-нибудь неупокоившийся дух? – сказала Имаи.

Вроде знаешь, что призраков не бывает, а все равно жутко. Начинаешь думать о том, что ограда, препятствующая проходу, что-то такое запечатала. Я еще глотнул коктейля, чтобы развеять мрачное настроение.

– Кстати! – Масару встал, словно для того, чтобы разогнать невеселую атмосферу, и начал рыться на стеллаже, стоявшем у стены. – У меня же есть выпускной альбом!

Он двумя руками вытащил альбом, и все завопили:

– Почему он у тебя на работе?!

– Принес по какому-то случаю, да так и оставил здесь.

Масару начал листать страницы, мы оживленно реагировали. Когда он дошел до страницы шестого класса «В», где были мы с ним, все захохотали.

– Масару, ты совсем не меняешься. Я и в универмаге тебя сразу узнала! – сказала Айдзава.

Он ответил:

– Я тут недавно с сыном шел, так нас за братьев приняли. Неловко было.

Это вызвало новый взрыв хохота.

– О, Такуро тоже был в «В» классе? – сказал Рюдзи.

Все опять завопили:

– Такуро! Сколько лет, сколько зим!

Услышав это имя после стольких лет, я вздрогнул, будто это меня окликнули.

– Кэйта, ты ведь тоже с ним дружил! – сказал Цукамото.

Я не ожидал этого, и голос меня подвел:

– Н-ну… ну да.

– Он же был капитаном группы болельщиков. Такой классный!

– Сат-тян, ты тогда в Такуро влюблена была, да?

– А он всегда ходил в кепке «Лайонз».

Такуро Сасадзука был яркой личностью в нашей параллели, главным заводилой. Он всегда первым бросался куда-то бежать, всегда придумывал интересные игры. Развлекаться с ним на берегу озера Бива или в «Сэйбу» было гораздо веселее, чем играть дома в приставку.

– Только он же перешел в другую школу перед выпуском, да? – спросила Имаи, и оживление вдруг спало.

Такуро внезапно исчез на зимних каникулах в шестом классе. Когда после Нового года мы пошли в школу, все говорили только о том, что его куда-то перевели. Наш классный руководитель, Адзаи, объявил: «Сасадзуке внезапно пришлось перейти в другую школу», и я сразу же обернулся и посмотрел на Масару. Тот обеими руками закрыл лицо, и его выражения я не видел.

– А я тут недавно видела в «Твиттере» аккаунт «Такуро», подумала, вдруг это он?

– Да? И кто такой? – уцепился за эти слова Масару.

Айдзава сказала:

– Кажется, я наткнулась на его твит, когда объявили о закрытии магазина. Перепостил статью из газеты вроде. – Она полезла в телефон.

Я автоматически протянул руку к чипсам, хотя вовсе не хотел их есть.

– Вот, нашла. Это он.

Масару аккуратно взял телефон Айдзавы обеими руками и стал листать.

– И правда. Отреагировал на новость о тридцатилетии запуска «Геймбоя» – возможно, наш ровесник.

Мне захотелось отвлечь их от «Твиттера», и я спросил:

– А в каком году мы окончили начальную школу?

Масару сказал:

– В марте 1990-го. – С этими словами он отдал телефон Айдзаве.

– Значит, в следующем году будет тридцать лет? – радостно завопил Рюдзи, будто сделал открытие века.

– А я и не заметила. Может, устроим встречу выпускников?

– До сих пор ни разу не устраивали.

– А может, то, что мы сегодня случайно столкнулись, – это знак богов, что мы должны собраться все вместе?

Все посмотрели на Масару. Он много раз был в школьном комитете и сейчас живет в родном городе. Самый подходящий кандидат на роль организатора.

– Если на меня возлагают такие надежды, я не могу отказаться, – ответил он с солнечной улыбкой, которая напомнила мне его аватарку в «Твиттере».

Все зааплодировали, и я, уловив общий настрой, похлопал ладонями друг о друга.

– Надо бы успеть до закрытия «Сэйбу».

– Нас было человек двести, интересно, сколько народу соберется?

– Сделать группу в мессенджере я могу!

Масару, держа в одной руке пиво, сидел между выкрикивающими каждый свое товарищами и, делая пометки, кивал. Поглядывая на них, я сунул в рот зернышко карамельного попкорна.

В шесть часов посиделки подошли к концу. Встречу выпускников было решено провести в июле следующего года в Бива-Оцу Принц Хотел.

– Я так расстроилась, когда услышала о том, что универмаг закрывают… Но благодаря этому с вами повидалась и встречу выпускников договорились провести – не зря на «Синкансэне» прокатилась, – радовалась Айдзава.

– И правда. Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.

Рюдзи тоже был рад. Все участники встречи, распрощавшись до следующего года, разошлись в приятном возбуждении.

Я остался в офисе Масару, чтобы помочь навести порядок. В опустевшем кабинете о присутствии остальных четверых напоминали только пустые банки из-под пива да пакетики от чипсов и других закусок.

– Масару, у тебя ведь столько работы, и ты еще взял на