“Цесаревич” Часть II. Линейный корабль. 1906-1925 гг. - Рафаил Мельников

Особенно был богат на визиты 1912 г., когда Россия словно бы делала выбор союзников для грядущей войны. 21–28 июля на рейде Балтийского порта в сопровождении линейного крейсера "Мольтке" (его немцы будто бы предлагали русским купить) и миноносца "Слейпнер" появилась яхта Вильгельма II "Гогенцоллерн". Их встречали императорская яхта "Штандарт", яхта морского министра (колесная) "Нева", линейные корабли "Андрей Первозванный", "Император Павел I" под флагом вице-адмирала (произведен 25 марта) Маньковского и пять миноносцев минной дивизии во главе с "Эмиром Бухарским". "Слава" и "Цесаревич" в силу особой занятости в это лето боевой подготовкой, а, возможно, из-за неудобства соседствовать с подавляющим своей мощью "Мольтке" не присутствовали. Разминулась бригада и с английской крейсерской эскадрой, которую бригада крейсеров принимала на Ревельском рейде 22–26 сентября 1912 г.

В этом же году на "Цесаревиче" произошла очередная замена командира. Возможно, это было связано с ростом числа кораблей и необходимостью выдвижения на командирские должности более молодых офицеров. 13 марта 1912 г. командование "Цесаревичем" сдал капитан 1 ранга П.Я. Любимов. Его карьера — одна из многочисленных кадровых загадок того времени. В 1904–1905 гг. командовал миноносцем "Москвитянин", который в пору его командирства только и успел быть спущенным на воду. После командования "Цесаревичем" в 1908–1911 гг. Р.Я. Любимова с производством в контр-адмиралы назначили командиром порта Императора Петра Великого и там он свою корабельную службу заканчивает.

Ступенью к более удачливой карьере стало командование "Цесаревичем" в 1911–1913 гг. капитана 1 ранга Л.Б. Кербера (1862–1919). Еще в лейтенантские годы проявив себя аналитиком в науке, в 1905–1906 гг. он занимал должность начальника морской походной канцелярии при Главнокомандующем всеми сухопутными и морскими силами, действующими против Японии, генерале А.П. Линевиче (1832–1908). В 1908 г. командовал канонерской лодкой "Хивинец", в 1909–1911 гг. был военно-морским агентом в Англии. А такая должность обычно высоко рекомендовала занимавшего ее офицера. После командования "Цесаревичем" занимал в 1913–1915 гг. должность начальника штаба командующего морскими силами (и потом флотом) Балтийского моря. Без согласия или выбора Н.О… Эссена такое назначение состояться не могло.

Опытный штабной специалист, владевший к тому же английским, французским и немецким языками, должен был в 1914 г. в силу невесть откуда вспыхнувшей германофобии подвергнуться универсальному преображению. В пору начавшейся с войной неумной, но патриотической всеобщей германофобии ему пришлось русифицировать свою фамилию и из Людвига Бернгардовича Кербера сделаться Людвигом Федоровичем Корвиным. Это позволило ему сохранить за собой должность главноначальствующего г. Архангельска и Беломорского водного района, а вслед за тем и командующего флотилий Северного Ледовитого океана.

2 октября 1913 г. в командование "Цесаревичем" вступил (также лютеранин) капитан 1 ранга Н.Г. Рейн (1870–1917). Награжденный в войне с Японией орденом Георгия, в 1907–1908 гг. он командовал эскадренным миноносцем "Эмир Бухарский", затем был флагманским минным офицером в штабе Н.О. Эссена, а потом морским агентом в Англии. "Цесаревичем" он командовал до 29 июня 1915 г., когда стал командующим отрядом заградителей Балтийского моря.

Старшим офицером "Цесаревича" в 1910–1912 гг. был один их достойнейших офицеров флота старший лейтенант П.В. Гельмерсен (1880–1953) тоже, как на грех, лютеранин (что немало возмущало патриотов из союза русского народа) и тоже владевший тремя европейскими языками. В 1912–1914 гг. командовал миноносцем "Рьяный", а в 1914–1917 гг. миноносцем "Охотник". Пользовавшийся безоговорочным уважением команды, он, однако, все же был обвинен в пособничестве немецким шпионам и должен был уйти из флота.

Старшим артиллерийским офицером "Цесаревича" в 1911–1914 гг. оставался лейтенант (потом старший лейтенант) О.А. Щербачев (1885–1928, Генуя). Свежеиспеченным мичманом он командовал в Цусимском бою кормовой 12-дюймовой башней броненосца "Орел" и чудом уцелел при прямом попадании 203-мм снаряда под амбразуру башни. Несмотря на потерю глаза, окончил после войны артиллерийский класс и курсы при Морской академии. Помимо отечественных имел черногорский орден князя Даниила и медаль "За храбрость", итальянскую серебряную медаль за спасение людей в Мессине в 1908 г. Владел английским, французским и немецкими языками. Трижды получал чины за отличие: лейтенанта в 1907 г., старшего лейтенанта в 1912 г., капитана 2 ранга в 1915 г. С 1914 г. был старшим офицером дредноута "Петропавловск", а с 1915 г. командовал канонерской лодкой "Храбрый".

Столь же опытным боевым офицером (участник обороны Порт-Артура), знающим специалистом (штурманский и минный классы) и образованным человеком (владел английским, датским и немецким языками) был старший минный офицер "Цесаревича" лейтенант барон P.P. Мирбах (1882–1965, Берлин). В 1914 г. он стал флагманским минным офицером штаба Командующего Морскими силами Балтийского моря.

Старшим судовым механиком продолжал оставаться П.А. Федоров — единственный ветеран того "оптимистического корабля", каким был во время войны "Цесаревич". Инженер-механик капитан, а с 1912 г. подполковник, он был переименован, как все механики, в инженер-механики капитаны 2 ранга, в 1913 г., за отличие произведен в 1915 г. в инженер-механики капитаны 1 ранга. Подстать названным главным специалистам были и остальные офицеры корабля. Все они, сознавая веление времени и обстановки, со всей энергией и воодушевлением решали поставленную перед бригадой задачу овладеть искусством ведения артиллерийского боя.

Задача решалась в два этапа. На первом рядом систематических стрельб одиночного корабля, заканчивающихся призовой комендорской стрельбой, прислуга орудий приучалась к точной наводке при стрельбе, к точному знанию своих обязанностей. Цель второго этапа стрельб состояла в обучении офицеров, как артиллерийских, так и плутонговых командиров, в управлении огнем. После ряда таких стрельб проводилась итоговая бригадная стрельба.

На Ревельском рейде

На "Цесаревич", вышедший после испытаний машин в первое плавание в 1911 г. в Ревель, 4 мая прибыли ученики строевые унтер-офицеры, а 10 мая корабельные гардемарины. Теперь они проходили обучение во время внутренних плаваний в составе бригады.

Прибывшим в июне сухопутным офицерам — членам Общества ревнителей военных знаний, продемонстрировали дневной артиллерийский бой и ночную атаку миноносцев. Задачи боевой подготовки в море близ Ревеля и на Биоркском рейде были столь неотложными, что бригада была освобождена от хлопот и церемоний встречи посетившей в то лето американской эскадры, в составе которой были три линейных корабля-додредноута типа "Канзас" и дредноута "Южная Каролина". Гостей все дни визита с 29 мая по 4 июня принимала в Кронштадте бригада крейсеров.

Как никогда обширным был перечень усовершенствований, которые дошли, наконец, до "Цесаревича" и должны были помочь кораблям в решении задачи повышения боевой мощи. В 1912–1914 годах вплоть до начала войны "Слава" и "Цесаревич" одновременно с бригадными стрельбами и плановой заменой износившихся орудий (на "Цесаревиче" их заменили в 1912 г.) продолжали насыщаться новой техникой, которая, не меняя состава вооружения, позволяла существенно усилить боевую мощь корабля.

Так, для ускорения заряжания затворы 305-мм орудий заменили затворами Виккерса (теми самыми, в которых, "его превосходительство Павел Петрович" отказал МТК десять с лишним лет назад). Наводку 152-мм орудий по примеру 120-мм пушек усовершенствовали применением тормозов лейтенанта А.В. Городысского (1881–1933, Белград). Цилиндры из термоткани с арматурой для прогревания орудий позволили отказаться от прежней расточительной практики холостых выстрелов для прогревания орудий при стрельбе в холодное время. Для устранения осечек корабли получили гальванические трубки Виккерса.

Обычным стало и применение систем продувания каналов орудий, без чего при интенсивной стрельбе (особенно в замкнутых пространствах тесных, превращающихся уже от одного залпа в газовые камеры башен 152-мм орудий) прислуга отравлялась продуктами сгорания зарядов. От всего этого на "Цесаревиче" в бою 28 июля 1904 г. всю башенную прислугу после каждого выстрела приходилось заменять ожидавшей своей очереди в укрытии на воздухе прислугой от малокалиберной артиллерии и таким путем чередования двух составов вести бой. Корабли оснащали усовершенствованными курсовыми указателями системы бывшего капитана 2 ранга, а теперь генерал-майора Н.А. Ивкова, позволявшими удерживать цель на постоянном курсовом угле.

Для башенных орудий применили доставлявшие в изготовлении много хлопот, но насущно необходимые и в конце концов все же освоенные производством муфты Дженни, обеспечивавшие полный спектр скоростей наводки и одновременно исключительную плавность поворота башни при горизонтальной наводке. Весьма удобным оказались и установленные в башнях перископические прицелы, позволявшие не делать смертниками, как это часто происходило в Цусиме, комендоров и командиров башен. По примеру, уже осуществленному для бортовых орудий, раздельным наведением (с особым постом горизонтальной наводки) снабдили и башенные установки. Для обеспечения стрельб на предельные расстояния установили дальномеры Барра и Струда с базой, увеличенной до 2,74 м, и дифференциальные дальномеры А.Н. Крылова.