Рожденная на рассвете (ЛП) - Девис Кристина

Глава 9

Первый Кравелл*, 1632 год.

Человек Бенжаманда совсем не такой, как я ожидала. Шон Робертс, как он себя называет. Если честно, поначалу он сводил меня с ума, всегда настаивая, чтобы мы следовали его указаниям, но есть причина, по которой мы так хорошо ему платим. Я узнала, что он опытный вор и благородный человек. Он заставляет меня думать о вещах, о которых я даже не должна думать. Он поможет нам запечатать Рот и ничего больше.

— Монажи Да’Вода-Лира

*Кравелл (craw-vell) — Сезон после Вестайва и до Аутона. Когда погода теплая.

––—–

Если вождение Брайанда оставляло желать лучшего, то Астианд нуждался в этом еще острее. Нева собралась с духом, пытаясь расположить свое тело так, чтобы толчки не раздражали порезы, пронизывающие ее спину, когда они пробирались через горы к Стэггу. У них осталось две лошади вместо четырех, так как Брайанд умчался на двух других, так что они преодолевали меньшее расстояние. Когда после наступления темноты они наконец остановились перед двухэтажной гостиницей, Астианд бросил монету юноше на улице с приказом присматривать за лошадьми и молчать.

Нева наблюдала за серебряным мерцанием света лампы и в глубине ее сознания возникло воспоминание. Астианд ранее бросил Брайанду золотую монету. Золотая монета, принадлежавшая крестьянской девушке из проезжего городка. Почему Нева не заметила и не подумала сказать что-то раньше? Она не знала у кого был кубок, но у них было достаточно средств, чтобы воспользоваться услугами Тэтчера и доставить его на Ледниковый Перевал сразу после месяца домашнего очага. И то, и другое требовало денег. Много денег. Если бы только она подумала об этом раньше, они могли бы расспросить молодых людей и послать Брайанда за кубком в более многообещающем направлении.

Нева последовала за Астиандом внутрь, зная, что ничего не может сказать. Намек на подсказку сейчас вызвал бы его гнев, а она не хотела поднимать вопросы о своей профессии. Чем меньше подробностей знал Астианд, тем лучше.

Заплатив за свои комнаты, они поплелись вверх по лестнице. Хозяин гостиницы последовал за ними с подносом еды, пахнущей свежеиспеченным хлебом, выдержанным сыром, соленым мясом и сухофруктами. Жена этого человека осталась внизу, очевидно, слишком нервничая, чтобы подавать Да'Валиа. Нева увидела как женщина за стойкой регистрации заламывает руки и с озабоченным выражением смотрит вслед Неве. Никогда бы не подумала, что она и Астианд выглядят как странная пара. Молодая женщина и чудовищный Да'Валиа. Нева помахала рукой, пытаясь унять страх женщины.

В комнате Астианда Нева села за столик на двоих под окном с облегчением от того, что выбралась из экипажа, и поблагодарила хозяина гостиницы за еду.

— За ваше благоразумие и благоразумие вашей жены. — прежде, чем закрыть дверь, Астианд вложил монету в руку трактирщика.

— Его благоразумие? — спросила Нева, когда Астианд снял пальто, обнажив дорогую шелковую рубашку.

— Последнее, что нам нужно, это чтобы жители деревни тревожились из-за Да'Валиа и его симпатичной пленницы. — сказал Астианд, кладя пальто на край кровати, прежде чем присоединиться к ней.

— Если бы они только знали, что я умоляла идти со мной. — криво усмехнулась Нева, скрывая свое удивление. Он только что назвал меня хорошенькой? Ее комментарий вызвал быстрый взрыв смеха у Астианда.

Нева заерзала на стуле. Порезы на ее спине были постоянным источником дискомфорта. Она сосредоточилась на этом, чтобы преодолеть затянувшуюся тошноту, и была рада, когда к ней вернулся аппетит.

Как только Астианд присоединился к ней, она выпила половину своей медовухи. Она умирала с голоду и испытывала жажду во время их путешествия. К счастью, питье медовухи для нее мало чем отличалось от питья воды. Она распалилась так, что быстро прикончила ужин. Нева быстро принялась за свой хлеб и Астианд сделал то же самое.

— Ты сказала, что твоя мать была одной из нас. — сказал Астианд между укусами.

Нева кивнула, продолжая жевать. Она не собиралась делиться конкретными подробностями, если он не спросит напрямую. К сожалению, Астианд понял это и перефразировал.

— Как её звали? Из какого она клана?

Нева проглотила и запила остатками своей медовухи.

— Монажи Да'Вода-Лира, — ответила она. Неуверенная, что хочет предоставить информацию, не получив ничего взамен, она спросила, — ты слышал о ней?

Астианд покачал головой. Он избегал ее взгляда, заставляя ее думать, что он что-то скрывает. Он вытащил из кармана фляжку и плеснул щедрую порцию какой-то прозрачной жидкости в свою чашку. Он протянул ей сосуд, и она налила это в свою кружку.

— Никогда? — она вернула сосуд.

— Наш клан, Да'Вода, довольно велик, — сказал Астианд, — и я был молод во времена твоей матери.

Нева нахмурилась. Ей не понравилось, как он отказался смотреть на нее, заговорив. Она сделала глоток своего нового напитка и поморщилась.

— Боги, что это? — спросила она.

Астианд улыбнулся ее реакции, но это было не совсем дружелюбно.

— Варево моей семьи. Да'Валиа называют это хагаве.

— Ох, — сказала Нева, — неплохо.

Лесть казалась лучшим способом действий, даже если она не была правдивой. Нева сделала еще пару глотков, чтобы доказать свою точку зрения, стараясь не морщиться от резкого вкуса и продолжительного жжения. Ей показалось, что она заметила намек на улыбку, игравшую на его губах.

— Бренди — любимый напиток в моей семье. — объяснила она.

— В твоей человеческой семье. — сказал Астианд. Его голос звучал озадаченно, как будто он пытался что-то понять.

— В единственной, которую я когда-либо знала. — сказала Нева, защищаясь.

— Что же… Сила не приходила к тебе до каких пор? — сделав паузу спросил Астианд.

Нева вздохнула.

— До дня перед тем, как я встретила тебя. До дня, когда я встретила Брайанда.

Некоторое время они ели в тишине.

— Вы, полукровки, идете против наших законов. — сказал он, нахмурившись. — Последний раз, который я помню, маджила вступала в свою силу в четырнадцать лет. Если я не ошибаюсь, то ты постарше неё.

— Немного, — согласилась она и посмотрела ему прямо в лицо. Она не знала точно, что произошло, но сейчас он не казался таким уж страшным.

— Мы, хиланы, проходим это раньше и легче, — сказал он ей, — думаю, мне было семь.

— Чего мне ожидать? — спросила она, — Я имею в виду, когда мы придем в твой клан.

— Я не могу сказать, — задумчиво произнес он, и в нем произошла перемена, как будто он что-то вспомнил. — Ты выбрала ужасное время, а твой статус не позволяет мне говорить об огненном круге. Мы живем и умираем по этим строгим правилам.

Он пожал плечами, как будто ответы, которыми он поделился бы, в противном случае не имели большого значения. Любой намек на его открытость за несколько мгновений до этого исчез. Разочарование закралось в ее пальцы, сжимая руки в кулаки. Что касательно возвращения в свой клан заставило его так молчать?

— Тогда что ты можешь мне сказать? — спросила она. Услышав собственный голос, она не была уверена, что хорошо владеет своими эмоциями.

Астианд пожал плечами и потер пространство между глазами.

— Ничего.

— Хорошо. — Нева скрипнула зубами и бросила салфетку. — Если вы меня извините.

Нева встала со стула и вышла из комнаты Астианда прежде, чем он успел заметить ее уход. Ее шаги были сбивчивыми, язык развязался, и она не сдерживалась, когда входила в свою комнату. Хагаве отличался от других напитков, которые она пробовала. Ей нужно будет помнить, что нужно быть осторожной, выпивая его. Она не хотела говорить ничего такого, о чем потом пожалела бы.

Кроме того, она надумала приставать к нему с расспросами о Да'Валиа и довести его до той же точки раздражения, до которой он так легко довел ее. Может быть, тогда она получит приемлемый ответ или два.