Рожденная на рассвете (ЛП) - Девис Кристина

— Дело плохо, — сказал целитель, прижимая голову к груди Маргарет. — Я сделаю всё, что в моих силах, но не могу обещать, что она справится.

«О, Боги!» — подумала Нева.

— Делай все, что можешь, — сказала ему Нева. Беспокоиться о том, как это оплатить она будет позже.

Нева огляделась в поисках отца и увидела его сидящим на другой стороне улицы, положив руку на ногу. Гримаса на его лице создавала впечатление, что ему больно. Она могла бы поспорить, что это больше от наблюдения за горящим зданием, чем от его дряхлеющих конечностей. Это место и честная жизнь были мечтой её отца. Наблюдать за её разрушением было сродни потере друга.

Бригады городских жителей переключили свои усилия с попыток потушить огонь на предотвращение распространения пламени. Взрывом разрушило фундамент, из-за чего обрушилась половина таверны, и, изучая конструкцию, Нева могла представить как вертикальная половина может легко выпасть наружу. Жар, исходивший от здания, был настолько сильным, что снег на соседней улице уже растаял, превратившись в грязное месиво.

Нева подбежала к тому месту через дорогу, где сидели её отец и двоюродные братья.

— Ты выбралась. — сказал ее отец. Его плечи опустились, как будто до сих пор он задерживал дыхание.

— Ага. А вы, ребята, в порядке? — спросила Нева своих двоюродных братьев, высматривая, нет ли на них травм или ожогов.

— Ма жива? — спросил Джеймс. Влажные следы от слез были отчетливо видны на обеих его щеках, а короткие рыжие волосы растрепались. Кендалл оставался молчаливым и бесстрашным.

— Лекарь с твоей мамой во дворе, — ответила Нева. Она повернулась к своему отцу, который сейчас разговаривал с представителями власти. — Мы должны пойти, если ты… — у неё закончились слова. Она запыхалась.

Её отец кивнул в ответ на то, что говорила ему стража, и печально посмотрел на неё.

— Ага, — сказал он Неве, — мы должны быть рядом с ней.

Он поблагодарил власти и позвал её двоюродных братьев, которые послушно последовали за ним, медленные и испуганные.

Нева приглядывала за близнецами пока им не сказали, что они могут подойти к матери.

Лекарь прислонил Маргарет к крыльцу соседнего здания. Её глаза были закрыты, а кожа была более бледной, чем обычно. Он втирал ей в грудь сильную мазь, чтобы помочь дыханию.

— Как это произошло? — спросила Шона Нева. Масштабы разрушений были ошеломляющими.

Её отец обнял плечи Маргарет.

— Оно завладело таверной по собственной воле, — хрипло сказал он.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Нева прижимаясь ближе.

— Это было колдовство.

Глава 7

Седьмой Вестайв, 1632 год

Тринижи к своему счастью слишком хитра. Она вынюхивала, пока не узнала, что зубцы Тришулы находятся в Цирандреле. К счастью, она не знает, где именно, потому что мы сами только что это выяснили! Мы залили кровью больше карт, чем я могу сосчитать, но сегодня ночью магический кристалл приземлился на Ледниковом Перевале и теперь мы знаем, куда нам нужно идти. Скоро мы отправимся снова на север. Слава богам, месяц домашнего очага прошёл.

— Монажи Да’Вода-Лира

––—–

— Что еще случилось? — Нева хотела знать всю историю целиком. Её отец не был из тех, кто выдвигает дикие обвинения.

— Чужестранцы справлялись о кубке, — сказал он. — Женщина. Красивая женщина.

Женщина. Не Тэтчер. Несмотря на жар от огня, Неву обдало холодом. Затем чистый гнев. Она развернулась, снова оценивая обстановку. На этот раз она с подозрением оглядела людей в толпе. Никто из них не обращал внимания на Неву и ее семью. Их внимание было приковано к зрелищу горящего здания.

Но кто-то все еще искал кубок, и кто бы это ни был, он был готов отправиться за её семьей, когда Флинн пережил проклятых существ-многоножек. Её отец не знал, в чем состояло её последнее поручение, но если кубок был причиной пожара, как она подозревала, то виновата была она. Она недостаточно хорошо заметала следы.

Она где-то допустила оплошность, из-за чего теперь страдает её семья.

— Это моя вина, — прошептала Нева, едва в состоянии произнести эти слова.

— Твоя? — спросил Шон.

Нева с трудом сглотнула и подняла полные вины глаза, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Рысь? — шепотом спросил Шон, наклоняясь к ней. Он уже должен был услышать об ограблении башни, и она видела, что он соединял точки, изучая её лицо.

Нева кивнула, прикусив губу. Она задавалась вопросом, сколько времени ей потребуется, чтобы забыть страх на лицах своих двоюродных братьев или образ Маргарет, лежащей кучей на полу подвала. Ей никогда не следовало соглашаться на это поручение без сопровождения. Она позволила своей потребности скрывать свою истинную природу и желанию сделать себе имя взять верх над здравым смыслом.

Шон больше ничего не сказал. Ему и не нужно было этого делать. Его страх и разочарование были очевидны для нее, и она чувствовала, как они пронзают ее грудь. Она подвела его и подвела свою семью.

— Нева, Шон. Вы в порядке.

Голос, раздавшийся сзади, удивил ее, оторвав от размышлений.

Это был Адам.

— Иди сюда. — он обнял её, что было неожиданно, но в то же время успокаивающе, и протянул руку её отцу. — Нам бы отвезти всех вас куда-нибудь в другое место. Расчистить — больше здесь уже ничего не поделаешь.

Роджер, который стоял на несколько шагов позади Адама, поднял Маргарет на руки. Нева попыталась разобраться в своих чувствах, позволив своим друзьям привести её семью в скудно обставленную квартиру над ближайшим продуктовым магазином. Одно из убежищ Флинна. Она не могла понять, может быть, она плачет, а может быть дым оцарапал её глаза так же, как и лёгкие.

Покидать свою семью теперь уже не казалось правильным. Но Да'Валиа ранее упоминал о её растущих способностях, да и разве она не причинила достаточно вреда? Нева с трудом сглотнула, зная ответ. Она могла утешаться только тем, что люди Флинна позаботятся о её семье, когда она утром уедет.

Роджер привел Маргарет и мальчиков в спальню вместе с целителем прицепом. Нил, который последовал за ними из таверны с тележкой Невы, начал разливать бренди по чашкам на кухне. Нева некоторое время наблюдала как они устраиваются, прежде чем направиться в единственную другую комнату квартиры.

Она вздохнула, садясь на кровать на полу. От нее пахло дымом. Она медленно сняла рюкзак со спины и сняла куртку, ее лицо исказилось, когда материал потянул осколки стекла и дерева, впившиеся в ее кожу.

Нева зажгла свечу на комоде и попыталась глядеть сквозь слезы, затуманившие её глаза, когда она начала вытаскивать осколки из своего бока.

Дверь скрипнула, и она подняла глаза, чтобы увидеть Адама, стоящего в дверном проеме.

— Что? — она поспешно вытерла слезы.

— Твой отец интересуется, не выпьешь ли ты с нами, — сказал Адам, изучая её в тусклом свете.

— Ща приду, — ответила она, вытягивая осколок стекла из плеча. Её отцу нужно было оплакать эту потерю лучшим из кому бы то ни было известных способов. С чашечкой бренди, предаваясь воспоминаниям с друзьями.

— А вообще — то… — Нева вздрогнула на середине фразы. — Не мог бы ты позвать лекаря, если он не особо занят Маргарет?

— Я посмотрю, может ли он от неё сейчас отойти, — сказал Адам.

Он исчез в дверях и Нева постаралась не обращать внимания на зазубренную занозу, торчащую на талии и сочащуюся кровью. Вскоре она снова подняла глаза и обнаружила, что Адам вернулся с чистой тканью, миской с горячей водой и баночкой мази.

— Он хотел остаться с твоей тетей, чтобы следить за ее дыханием, — объяснил Адам, — просто ложись на кровать, я всё сделаю.

Нева не знала, какое выражение было у неё на лице, но оно, очевидно, говорило о том, что она мало верила в его способность лечить раны.

— Ложись. Не то чтобы я прям никогда не делал этого раньше, — сказал Адам. — У меня была доля своих серьезных проблем.