Бездушный (СИ) - Тимофеев Владимир

Ничего.

Посмотрел вниз и, кроме пола, ничего не увидел. Ни собственных ног, ни того, что повыше.

Крутая, однако, получилась приблуда! Шапка-невидимка в чистом виде. Как в сказках.

А вот облако маг-энергии никуда не пропало. Так и осталось висеть неиспользованное перед невидимым носом. Ну, ничего. Использую позже. Когда и вправду понадобится...

Глава 7

Из комнаты, а после из дома я выскользнул никем не замеченный, представляя себя эдаким Гарун-аль-Рашидом, отправившемся инкогнито в собственную столицу изучать настроения подданных.

Самое сложное в подобных делах, как вскорости выяснилось — это умение передвигаться по улицам так, чтобы ни на кого не наталкиваться. И соответственно, наоборот, чтобы никто из встречных не натолкнулся на шляющегося где попало невидимого иммунного.

Город, короче, пришлось обходить осторожно, по улицам, где народу поменьше, и, ежели что, быть готовым сразу отскакивать в сторону, жаться к стенам домов и не ступать там, где могут остаться следы.

Оставаться невидимым для людей у меня получалось. А вот с собаками, кошками и лошадьми этот фокус не проходил. Животные чуяли человека под шапкой, словно её и не было. А одна из местных дворняг помимо простого облаивания даже попыталась мне в ногу вцепиться. Хорошо, вспомнил полученное от Алмы умение разговаривать с братьями нашими меньшими, а иначе свидетели этой сцены ещё долго судачили бы про удивительное явление — как дура-собака сначала кусает воздух, а после летит по широкой дуге, вращаясь словно волчок, как будто её кто-то пнул...

В итоге, до главной городской площади я добрался примерно за полчаса, хотя в обычном режиме времени на это требовалось в три раза меньше.

Чаша с камнем Баат стояла по-прежнему в центре, под полотняным навесом. Капитальный забор, а тем более стены вокруг неё пока ещё не возводили. Не до того. Сначала надо атаку имперцев отбить и лишь потом о храме задумываться.

С одной стороны площади, к востоку от алтаря, шумели торговые ряды (война войной, а бизнес, как водится, по расписанию). К западу, вплоть до прохода к Пустой горе, проводились «манёвры». Чтобы понаблюдать за ними без лишних помех, я пристроился возле глухой стены одного из примыкающих к «полигону» домов. Тут практически никто не ходил, поэтому быть обнаруженным я не боялся.

Вдоль временного ограждения алтаря тянулась очередь записывающихся в ополчение. Не особенно длинная (как и предсказывали Тур и Аршаф), она заканчивалась в палатке, которую снаружи охраняли четверо стражников и один маг невысокого уровня.

Прошедшие предварительный отбор появлялись из палатки с другой стороны. Не прошедшие, если я правильно понял, выходили туда, откуда входили. За десять минут таких обнаружилось двое. Один — явный калека, с культёй вместо правой руки, второй — фиг знает, видимо, просто не подошёл по возрасту, а может, и по каким-то другим параметрам, мне неизвестным.

Всех новобранцев брали под своё начало местные стражники, исполняющие роли сержантов. Ну, или десятников, если по-здешнему. Каждому рекруту вручали в руки палку-дубинку, заменяющую копьё или меч, ставили в строй и занимались с ними «шагистикой». Преодолевших этот этап муштровали чуть дальше. Будущие бойцы опускали и поднимали «копья», вскидывали «мечи», сходились и расходились... учились, короче, действовать сообща.

Самая же интересная, на мой взгляд, часть воинской подготовки происходила на дальнем конце площади, практически рядом с воротами. Именно оттуда время от времени доносились звонкие команды, отдаваемые хорошо знакомым мне голосом. Именно туда я и переместился, закончив смотреть на рекрутов-новичков.

«Продвинутых» ополченцев насчитывалось человек триста. Кто-то из них «фехтовал», разбившись на пары. Кто-то учился оборонять участки крепостных стен, макеты которых были установлены здесь же, сооружённые из брёвен и досок. Кто-то постигал искусство групповых схваток стенка на стенку. Кто-то организовывал более сложные построения наподобие арбалетно-копейной терции.

Командовала всем этим безобразием Рейна.

Она носилась между десятками будущих воинов, как метеор, её длинная коса мелькала то тут, то там, её отрывистые указания слышали, наверное, все, кто был рядом в радиусе сотни шагов. Удивительно, но ни один из тех, кого она тренировала, даже не пробовал обижаться ни на прямые разносы с её стороны, ни на грубоватые «армейские» шутки, едкие замечания, а временами весьма откровенные отзывы об умственных и физических способностях неумех-новобранцев. Скорее, наоборот — ополченцы смотрели на мою «музу-богиню» едва ли не с обожанием.

Мне даже интересно стало, с чего бы?

Догадки, конечно, имелись, но проверить их не помешало б.

Сунув руку за пазуху, я выудил из замаскированного кармана один из только что изготовленных артефактов. В каждом кармане, к слову, лежали по две рунных пластинки — большая и малая. Это чтобы не перепутать. Шесть карманов — дюжина артефактов. Запомнить, что где лежит, не проблема.

На этой пластине располагалась запись «познание».

Уверен был, что понадобится, но не ожидал, что так быстро.

После того, как пальцы сжали пластинку для активации, я неожиданно понял: тактильный контакт моим артефактом не требуется. Достаточно знать, что они поблизости, где конкретно находятся, представить их образ в сознании и просто отдать приказ, чтобы записи заработали. Удобно, чёрт побери! Однако другим этот способ, скорее всего, не подойдёт. Думаю, он подвластен только создателю рун.

После того как запись включилась, мир вокруг засиял новыми красками. Я начал видеть тянущиеся во все стороны цветастые нити.

Вот так, получается, и работает заклятье «познания». Сидишь, как паук в своей паутине, и как только касаешься кого-нибудь тоненькой ниточкой, сразу же получаешь пакет информации: «что, где, когда, зачем и откуда». Единственное ограничение: объект для «познания» не должен являться магом высокого уровня. Иначе пакет информации запросто может уйти в обратную сторону.

Магический уровень Рей находился, по всей вероятности, между «мастером» и «магистром». Поэтому её я коснулся вскользь и сразу отдёрнулся, чтобы она не заметила и не определила, кто её «домогается». Тем не менее, что-то моя «богиня» всё же почувствовала и даже начала озираться. Но озиралась недолго. Откинула упавшую на глаза прядку волос и, решив, что «наверное, померещилось», продолжила занятия с ополченцами.

Мне же, чтобы понять её «тайну», простого касания хватило с лихвой.

С новобранцами «муза» работала магией. Причём, сразу двух типов — обучающей и любовной. Первой она помогала запоминать, второй — верить, что дело правое. Ведь не может же, в самом деле, такая красавица оказаться на стороне зла.

Нет, Рейна вовсе не заставляла любить себя. Она просто внушала будущим воинам, что желание плоти — не грех, и что тем, кто будет учиться лучше других, наградой станет... эээ... её благосклонность.

Подход, безусловно, стрёмный, но действенный. Ополченцы под её руководством и вправду учились не за страх, а за совесть. Уверен, когда они вернутся сегодня домой, их жён и подруг ждёт о-о-чень страстная ночка...

Поняв, что у Рейны всё под контролем, я двинулся дальше, к воротам. Последние оказались открыты. Снаружи (мне рассказали об этом ещё вчера), тоже проходили занятия с рекрутами, только уже не с мечниками и копейщиками, а с лучниками.

В городе, ясное дело, учиться стрелять из луков и арбалетов было не слишком удобно, причём, как участникам, так и невольным зрителям. Собственно, из-за этого тренировки и вынесли за городские стены.

Почему конкретно сюда, а не в другое место — на этот вопрос мне ответил Аршаф, тоже вчера, указав пальцем вверх и пояснив: «Птицы». Аргумент убедительный. В зону Пустой горы вражеские соглядатаи действительно не залетали, а искать и нейтрализовывать их во всех ближайших окрестностях никаких магов животных не хватит.