Госпожа Печалей (СИ) - Вернер К. Л.

Яхангир едва успел стряхнуть оцепенение и парировать удар атакующего черного рыцаря. Призрак, не ожидавший отпора, отпрянул. Благословенный меч отбросил фантомное оружие, и привидение отлетело от Яхангира клубом дыма.

— Я не такой, как ты, — прорычал командир и бросил взгляд на возвышающийся над Морем Слез шпиль, с которого леди Олиндер направляла свои легионы неупокоенных. Он знал, что это она внушает ему мысли, полные обреченности и отчаяния, вкладывает их в его разум с помощью черной магии. — Во славу Зигмара, я никогда не стану таким, как он! — вызывающе крикнул он.

— Генерал! Берегись! — Один из солдат метнулся вперед, заслонив собой командира от чемпиона. Призрачный рыцарь рубанул человека фантомным мечом.

— Сразись со мной, тварь! — прорычал Яхангир. Доблесть пожертвовавшего собой солдата и разозлила, и устыдила его. Человек погиб ради него, а он все еще сомневался, достоин ли такой преданности.

Черный рыцарь снова бросился на Яхангира. Клинок призрака прошел чуть выше шлема командующего, но Яхангир пригнулся и ухитрился ткнуть мечом в бок противника. Проржавевшие доспехи раскололись от удара, рассыпались туманными хлопьями, обнажив переломанные ребра и скукожившиеся остатки внутренних органов.

Но фантомный меч взлетел снова. На этот раз Яхангир ощутил его ледяное прикосновение, но вражескому клинку не удалось пронзить зачарованную броню и добраться до укрытой телом души. А благословенный меч, опережая вражеский клинок, обрушился на голову призрака. На миг Яхангир ощутил сопротивление. Оружие его словно погрузилось в грязь, аморфную и упругую, но не способную противостоять силе. Клинок Яхангира расколол призрачный череп, тут же превратившийся в клочья зыбкого тумана: злобный дух, поддерживавший видимость существования черного рыцаря, был уничтожен.

Яхангир отвернулся от испаряющегося призрака. Из его авангарда уцелели немногие — они отчаянно старались удержать напирающую на них воющую орду. Призраки окружили экспедицию. Мстительные духи были повсюду, море неупокоенных могло в любой момент захлестнуть живых.

— Держитесь! — крикнул Яхангир оставшимся солдатам, чтобы хоть как-то воодушевить людей, противостоящих нескончаемому потоку врагов.

Бойцы сомкнули ряды, сплотившись вокруг своего командира. Даже сейчас в глазах их горела отчаянная надежда, убеждение в том, что их герой восторжествует. Некоторые размахивали оружием, указывая на лоскуты, оставшиеся от черного рыцаря, радуясь победе Яхангира над противником. Но их уверенность только усиливала смятение новоиспеченного генерала.

— Медленно отступаем, — приказал Яхангир. — Лучники на том пролете прикроют нас стрелами.

Он не знал, насколько верно данное утверждение, но оно, по крайней мере, давало людям цель и обещало помощь.

Но не успел Яхангир сделать и нескольких шагов, как в воздух над Морем Слез ввинтился оглушительный визг. Госпожа Печалей слетела с затонувшего шпиля. На краткий миг Яхангира озарила надежда, что она покидает поле боя, но эту надежду тут же сокрушило отчаяние: мортарх заскользила над волнами, направляясь к мосту. Когда она оказалась над настилом, камни расцвели погребальными розами. Лишь мгновение они были трепетно-живыми — и тут же зачахли, усохли от близости леди Олиндер, усыпав ее путь мертвыми лепестками.

Уже знакомая душевная боль вновь охватила Яхангира — невыносимая боль. Мучился не он один. Солдаты авангарда выронили оружие, упали на колени, слезы потекли по их щекам — и тут же на дрогнувших людей навалились Гремящие цепями, разрывая их в клочья когтистыми костлявыми пальцами.

Яхангир пытался сопротивляться губительной магии леди Олиндер. Он сконцентрировался на пророчестве, которое привело его сюда.

— Я избранный! — крикнул он в лицо кошмарному привидению. — Мне предначертано судьбой разрушить твое проклятие!

Лицо мортарха скрывала густая вуаль. Только сейчас Яхангир осознал, что на ней не саван, а заплесневелые лохмотья свадебного наряда. Длинное белое платье, обтекающее ее, на миг обрело былое великолепие. Руки сделались мягкими, теплыми и нежными. И зазвучал голос, дивный, чувственный, соблазнительный — такого голоса Яхангир не слышал ни у одной живой женщины.

— Надежда — ложь, продлевающая безумие… — Прозвучавшие в голове Яхангира слова проникали в самую душу. — Нижние миры переполнены теми, кто продолжал цепляться за предавшую их надежду.

Решимость Яхангира таяла, увядала, омываемая приливами женского голоса. Еще мгновение, и он, возможно, покорился бы, но тут командир увидел, как умирает последний воин его авангарда. Не страх за свою жизнь освободил его от морока — но страх за жизни тех, за кого он был в ответе.

— Надежда никого не предает! — Яхангир вскинул меч. — Это ты — предательница!

Леди Олиндер взвыла, красота ее испарилась, свадебное платье вновь превратилось в истлевшее погребальное облачение. Вся ее злоба обрушилась на Яхангира, вся свирепость, куда более страшная, чем ярость дикого зверя. Сопровождавшие Госпожу Печалей банши завизжали, и, подчиняясь их воплям, орда Гремящих цепями пошла в атаку. Яхангир шагнул им навстречу, но призраки мчались мимо него, уклоняясь от ударов зачарованного клинка. Им нужна была не его жизнь, а жизни тех, кто последовал за ним.

— Деритесь со мной, чтоб вас!

Разъяренный Яхангир бросился за Гремящими и тут же оказался сбит с ног. Мост раскачивался из стороны в сторону с такой силой, что устоять было невозможно.

Упавший Яхангир видел, как члены его экспедиции слетают с шатающегося моста в воду. Сияние и треск заклинаний, выкрикиваемых чародеями, не усмиряли гнева стихии, трясущей мост. Ночные охотники, скользящие в нескольких футах над настилом, двигались беспрепятственно и продолжали атаковать падающих с ног смертных. Битва превратилась в бойню.

— Любая надежда — иллюзия, — произнесла леди Олиндер. Нежные, пленительные интонации сменились хриплым стоном. Яхангир смотрел, как она поднимает свой похожий на посох скипетр, и ощутил ледяное касание выпущенной колдуньей магии.

Тряска усилилась. Распростертый на камнях Яхангир видел, как начали рушиться древние крыши, поддерживающие мост. Старая кладка проседала, скручивалась: сравнить это можно было только, пожалуй, со взбиванием масла. Результат последовал незамедлительно. Мост заваливался. Крики наполнили воздух. Пролеты, секция за секцией, падали в Море Слез, увлекая на дно всех стоявших на них, — и лишь эфирные призраки парили над волнами.

Та часть моста, на которой лежал Яхангир, избежала жестокого заклятья леди Олиндер. Когда дрожь утихла, командующий в ужасе уставился на барахтающихся в воде людей — людей, которых он привел к погибели. Миг — и на тонущих накинулись злобные духи, затягивая их в мрачные глубины.

— Для этого ты был избран? — Горькая насмешка леди Олиндер полоснула по сердцу Яхангира.

Он вскочил и ринулся на врага, замахнувшись мечом.

— Будь ты проклята!

Служанки мортарха двинулись вперед, чтобы перехватить его, но жест госпожи приковал их к месту.

— Я давно проклята — существом, куда более великим, чем ты, герой, — сказала леди Олиндер и пошла к нему, ступая по мертвым розам, источая гнетущее уныние. Провалившаяся попытка спасти свое войско надломила решимость Яхангира. Пальцы, сжимающие меч, дрогнули: чудовищная безнадежность навалилась на командира. — Показать тебе, для чего ты был избран?

Леди Олиндер вытянула вперед посох.

Яхангир увидел, что набалдашник посоха сделан из стекла. Внутри, пренебрегая всеми законами гравитации, падали, падали, падали нескончаемым потоком песчинки. Падали, образуя узор, преисполненный смысла. Яхангир вспомнил Ивора, маяк, предсказание. Он знал, что смотрит сейчас на могильные пески, движущиеся на краю Шаиша — и вмещающие в себя все варианты завтрашнего дня.

Разум Яхангира не мог расшифровать значение узоров, но он почувствовал, как какая-то внешняя сила помогает ему найти смысл в россыпи песчинок. Сила принадлежала леди Олиндер, но в ней не было обмана. У нее не было причин лгать ему. Никакая ложь не могла уничтожить надежду вернее, чем зрелище будущего, для которого он был избран. Облик полного пророчества, а не слепленных кое-как обрывков, которые дураки Ивора увязали с ним.