Госпожа Печалей (СИ) - Вернер К. Л.

Клинт Ли Вернер

Госпожа Печалей

Перевод: Валерия Двинина

Скриптор: Chaplain_Lemartes, Lucius_Eternal

Вёрстка и оформление: капитан Джек Воробей

Из вихря расколовшегося мира родилось Восемь Владений. Бесформенность и божественность ворвались в жизнь.

Странные новые миры возникли в поднебесье, миры, изобилующие духами, богами и людьми. Лучшим из богов был Зигмар. Несчетное число лет он озарял Владения, которые купались в свете и величии его правления. Силой его служила сила грома. Мудрость его была бесконечна. Смертные и бессмертные равно преклоняли колени пред его гордым троном. Выросли великие империи, предательство — до поры до времени — удалось искоренить. Земля и небеса принадлежали Зигмару, и правил он ими в славную эру легенд.

Но жестокость упорна. Как и было предсказано, великий альянс богов и людей развалился, раздираемый изнутри. Мифы и легенды канули в Хаос. Владения затопила Тьма. На место былой славы пришли пытки, рабство и страх. Зигмар с отвращением отвернулся от смертных королевств, обратив взгляд на остатки давно потерянного мира — задумчиво изучая его обугленную оболочку, бог безустанно искал малейшую искру надежды. И вот наконец в сознании обуреваемого черным жарким гневом бога забрезжила великая идея. Он представил себе оружие, рожденное небесами. Маяк, достаточно мощный, чтобы пронзить бесконечную ночь. Армию, высеченную из всего, что он утратил.

Зигмар обратился к своим мастерам. Долгие века трудились они, стараясь обуздать энергию звезд. Когда же грандиозная работа приблизилась к завершению, Зигмар вновь повернулся к Владениям — и увидел, что владычество Хаоса стало почти полным. Час мщения пробил. И вот со сверкающей во лбу молнией бог шагнул вперед, выпуская свои творения на волю.

Эра Зигмара началась.

…И случилось так, что проклятие Бельвегрода перешло на тех, кто вернулся в Утопленный Город. Госпожа Печалей бросала в бой свои призрачные орды неупокоенных, и не было счета духам, как нет счета песчинкам на морском берегу. Вставали они из своих проклятых гробниц, неся живым погибель и отчаяние, — неотвратимые, как смерть, неумолимые, как тьма.

Не помогали против проклятых ни молитвы, ни подвиги. Снова и снова обращала Госпожа Печалей свой гнев на наследников Бельвегрода. Жертвы ее лежали на улицах штабелями, словно дрова, а плачи скорбящих сливались с шумом волн и воем ветра. Но войска приходили снова и снова, непрестанно, неутомимо, губя живых, дерзнувших противиться мести. Сменятся десятки поколений, но резня не утолит гнева Госпожи Печалей. Ненависть ее обрушится на всех; всяк должен будет разделить страдания и оплакать участь унесенных ночными охотниками.

Нет и не будет конца стенаниям живых. Нет и не будет в Бельвегроде покоя и мира. Никогда не прервется жатва смерти — пока не будет снято проклятие.

Глава первая

Бельвегродский маяк. Реликвия иной эпохи. Он стоит на вершине гигантского каменного пика, выступающего, точно нос корабля, из тела утеса, изрезанного шрамами времени. Двести футов отделяют вершину этого пика от темной поверхности Погребальных Вод, а от вершины пика до вершины маяка пролегло еще двести футов. Такую колоссальную башню могли бы, наверное, воздвигнуть гарганты. Именно чудовищные размеры и расположение на такой головокружительной высоте позволили сооружению уцелеть. Маяк был единственной частью Бельвегрода, пережившей катастрофу, утопившую город много веков назад.

Этот маяк всегда рождал в сердце Кветки благоговение. Ее народ сложил о нем множество легенд, передающихся из поколения в поколение, от родителей к детям. Потомки беженцев из Бельвегрода рассказывали о последнем Хранителе Света, который не покинул своего поста, когда к городу подступили воды. Сперва он возносил Зигмару молитвы об избавлении, но положение становилось все хуже и хуже, и тогда он принялся посылать страшные проклятия Богу-Царю. В конце концов разум Хранителя надломился, и его безумный трескучий смех разносился над гибнущим городом, заставляя холодеть кровь беженцев, спасающихся от неумолимого прилива.

Хотя азириты утверждали, что маяк чист и не таит никаких зловредных духов, у народа Кветки хватало ума понимать, как оно обстоит на самом деле. Такое древнее сооружение, как эта башня, не так-то легко отделить от его прошлого. Безумный дух Хранителя до сих пор бродил здесь ночами, взбираясь по ступеням к своему вечному алтарю. Единственный способ избежать внимания призрака — носить волчецвет в левом башмаке или в левой перчатке. Духа всегда пробуждает дурное в человеке, но стебли волчецвета отгоняют его.

Кветка пошевелила пальцами, затянутыми в перчатки, и поморщилась, когда острые шипы царапнули кожу.

— На самом деле ты в это не веришь, — сказала она себе.

В самом деле, азириты презирали то, что считали языческими суевериями. Они не прибегали к какой-либо защите от духа Хранителя — и никто из них не сталкивался с его призраком. Но, разумеется, обретенные имели свой ответ на это. Народ Кветки говорил, что дух является только потомкам выходцев из Бельвегрода и никогда — чужакам.

Азириты умели вызывать неприязнь. Гордый, надменный народ с бесцеремонными манерами и странными обычаями. Они были не из Шаиша и никогда не упускали возможности напомнить обретенным об этом факте. Их глаза видели чудеса Азирхейма и Небесного Владения, и иного мерила для них не существовало. И не было им никакого дела до обычаев других племен, а тем паче времени для стараний понять чужой уклад.

— Осторожней, Кветка, а то заговоришь как Ивор, — упрекнула она себя и плотнее закуталась в плащ, сопротивляясь холоду, ползущему по утесу от Погребальных Вод. Потом оглянулась на извилистую тропу, ведущую вниз, к городу.

«Нет, — поправила себя Кветка, — не к городу. К двум городам». Два поселения отличались друг от друга, как дуардин и оррук. Путешественники прозвали их «Двойными городами», но только лишь из-за их расположения по соседству друг от друга. Оба были возведены на развалинах старого города, после того как магия Грозорожденных Зигмара заставила потоп отступить. Часть Бельвегрода обнажилась, остров, на котором стоял маяк, увеличился.

Колонисты из Азира, последовавшие за рыцарями Зигмара, основали Западный Предел. Старый город они использовали вместо каменоломни, разрушив его до основания, чтобы построить дома, к каким они привыкли в собственном Владении. Обретенные же обосновались на другой половине острова, создав Восточный Дол. Они не растаскивали руины, а пытались восстановить их, воскресить хоть что-то из былого величия своих предков.

Предоставленные самим себе, два народа держались обособленно. Градоначальники поначалу пытались взрастить между сообществами чувство товарищества, но пропасть между племенами была слишком велика. Азириты стремились все уподобить собственному Владению, отказываясь понимать обретенных с их решимостью вернуть наследие своего прошлого.

Регулярно пересекались две общины только на маяке Бельвегрода. Здесь собирались мудрецы, чтобы проводить исследования, стремясь раскрыть тайны прошлого, настоящего… и будущего.

Будущего. Кветка вздрогнула, подумав о том, что это означает для Двойных городов. Над ними довлело страшное проклятие, пропитывающее все страданием и отчаянием. Каждую ночь из развалин выходили призраки — чтобы охотиться на живых. Ни в том, ни в другом поселении не нашлось бы семьи, у которой нежить не отняла бы родных. Но даже это было ничто пред роком, нависшим над всеми ними. Двойные города буквально кишели ночными тварями. Ни одно место в мире так не страдало от них, как эти поселения. Раз в поколение города подвергались осаде целой орды злых духов, которая была подобна приливной волне. Призраки под командованием беспощадной Госпожи Печалей набрасывались на поселения, убивая всех, кто им попадался. Так повторялось сотни лет. Каждый раз люди балансировали на самой грани и лишь чудом избегали полного истребления. Призрачные войска в конце концов останавливались и отступали в туман набираться сил и ждать часа, когда Госпожа Печалей вновь призовет их из могил.