Госпожа Печалей (СИ) - Вернер К. Л.

Кветка, похоже, поняла, какие сомнения гложут командира. Она заговорила, и взгляд ее был полон сочувствия:

— Зигмар решает, кто из нас особенный, кто отмечен величием. Ты уникален, ты тот, на кого и в Западном Пределе, и в Восточном Доле смотрят с уважением и восхищением. Тот, кому все доверяют. Знамения говорили о тебе. О тебе — и больше ни о ком.

— Что я должен делать? — спросил, помолчав, Яхангир.

— Прорицания открыли нам план, — сказала Кветка. — Ты должен возглавить экспедицию, цель которой — найти Оракула под Вуалью, великую пророчицу, которую обретенные почитали задолго до того, как Грозорожденные пришли и основали Двойные города. Она знает тайные пути в склеп-крепость леди Олиндер.

Со своего места на скамье подал реплику лорд Хешмат:

— Все ресурсы, какие только может предложить Западный Предел, будут в твоем распоряжении.

Боярин Тихомир с неприязнью покосился на Хешмата.

— Все, что может предоставить Восточный Дол, — твое, только скажи. Сотня солдат… они твои. Животные? Припасы? Тоже твои.

— Если того, что тебе нужно, не найдется в Доле, уверен, Предел не подведет, — настаивал лорд Хешмат.

Не давая двум градоначальникам схлестнуться в споре, вмешался причетник Расоул:

— Храм с тобой, Яхангир. Ты получишь воинов-жрецов и грифопсов, священные соли и защитные талисманы — и любое оружие, которое поможет тебе сражаться с гнусной нежитью.

— Маяк Бельвегрода тоже поможет тебе. — Ивор повел рукой, будто охватывая окружающие их стены. — В этих залах собрана мудрость двух Владений. Вся информация в твоем распоряжении, все тайны мистические и мирские.

— Боюсь, трудновато будет пересечь Шаиш с библиотекой в заплечных мешках, — заметил Яхангир.

Ивор улыбнулся:

— Конечно, но ты можешь взять с собой тех, кто читал все эти книги и извлек из них знания. — Он постучал пальцем по своему виску.

Яхангир нахмурился.

— Я рад любой помощи, но те, кого вы отправите со мной, должны быть не только мудры — они должны быть способны перенести все тяготы похода.

— Не бойся, — сказал Ивор. — Я знаю, что слишком стар и не могу отправиться в такое путешествие. — Он жестом подозвал Кветку и Гаевика. С тобой пойдет поколение помоложе. Я выберу тех, кто, по-моему, будет полезен тебе — и при этом не станет тягостью в пути.

— Я буду благодарен за любую подмогу, — заверил Яхангир иерофанта и повернулся к градоначальникам: — Мне понадобится сотня солдат.

— Получишь две сотни, — заявил, опередив Хешмата, Тихомир.

— Своим помощником я хотел бы видеть Венцеслава. — Яхангир вскинул руку, останавливая протесты градоначальников. — Уверен, вы можете предложить много отличных офицеров, но я не видел, как они дерутся с неупокоенными. — Он одобрительно кивнул Венцеславу. — А как сражаешься ты, я наблюдал и знаю, что ты храбр и на тебя можно положиться.

— Это честь для меня, — сказал Венцеслав. — Я изо всех сил постараюсь оправдать твое доверие.

— Что еще тебе потребуется? — поинтересовался Ивор.

Яхангир задумался, пытаясь вспомнить все, что ему известно об Оракуле под Вуалью.

— Говорят, оракул обитает в цитадели в районе Болотных Курганов. Мне понадобится проводник, знающий эту местность.

— Я передам твою просьбу торговцам, посещающим Западный Предел, — сказал Хешмат.

— А я поищу кого-нибудь подходящего в Восточном Доле, — заявил Тихомир.

— Мы обязательно должны кого-нибудь найти. Карт и описаний в книгах недостаточно. Чтобы у экспедиции был шанс на успех, мне нужен тот, кто видел земли за Морем Слез и Погребальными Водами. Тот, кто знает, какие опасности там подстерегают.

— Одной опасности ты избежать не сможешь, — предупредил Байрам, обратив белые глаза к Яхангиру. — Между тобой и твоей судьбой стоит призрак леди Олиндер. Ждет тебя победа или поражение, ты избран, чтобы противостоять Госпоже Печалей. Но знай, что в этой борьбе ты не один. Мы с тобой. С тобой наши молитвы. А через наши молитвы с тобой и Зигмар.

Яхангир шел за Венцеславом по извилистым улочкам Восточного Дола. После собрания на маяке прошло всего шесть часов, но нехватка сна в последнее время сказывалась очень остро, и он не мог не посочувствовать Сорайе, заметив, как она пытается подавить зевок. Он мог бы оставить ее на сторожевом посту, но знал, что она обидится, если он не привлечет ее к делу. Омиду было бы все равно, а ей — нет.

Восточный Дол являл собой резкий контраст с четко очерченным, тщательно спроектированным Западным Пределом. Поскольку обретенные восстанавливали старые развалины, поселение вынуждено было следовать древней планировке Бельвегрода. Если слово «планировка» вообще тут подходит. Старый город развивался в течение многих веков, расширяясь и выходя за первоначальные границы. Некогда широкие проспекты становились тесными из-за новых зданий. Прямые дороги превращались в кривые тропы, уводящие в сторону, чтобы вместить все больше и больше домов. Шагая по этим улицам, прохожий видел не обещание нового завтра, а скорее, эхо утраченного прошлого.

И повсюду вокруг Яхангир замечал следы давних суеверий. От матери он знал об их важности. Вывески всегда висели на восточной стороне улиц, потому что считалось, что блуждающие призраки способны поворачивать лишь на запад. На каждом фонарном столбе висело по головке чеснока, разрезанной поперек так, чтобы удаленной оказалась ровно четвертушка. Над дверью погреба прибивалась залитая воском лапа белой кошки, предотвращающая нашествие покойницких мышей. На каждом перекрестке стоял кувшин с пучком ломаных веток — чтобы застигнутый ночью путешественник мог разбросать их, если неупокоенные крались по его следу.

Яхангир понимал смысл старых обычаев. Пучок веток, к примеру, появился из веры в то, что преследующий жертву призрак неминуемо остановится, чтобы пересчитать все прутья. Правда, он имел возможность лично убедиться, что большинство традиций — пустые, ничем не подтвержденные суеверия. Но народ в целом не спешил отбрасывать знание, передаваемое из поколения в поколение.

Венцеслав обратил внимание Яхангира на большой постоялый двор с гостиницей, возвышающейся над улицей, на которую они свернули.

— Человек, которого мы ищем, здесь, — сказал он.

— Все еще здесь? Уверен? — Сорайя подавила очередной зевок, прикрывшись ладонью.

— Трое моих солдат следили за трактиром, — ответил Венцеслав. — Им было приказано не выпускать его. — На его суровом лице на миг промелькнула улыбка. — Кроме того, тот, кого мы ищем, сейчас наслаждается вином. Так что трудности если и возникнут, то не с поимкой, а с приведением его в чувство и разъяснением, чего именно от него хотят.

— Так, может, оно и к лучшему? Если он поймет, что нам от него надо, какая вероятность, что он согласится?

Венцеслав потеребил свисающие с его пояса кандалы.

— Он согласится.

Яхангир покачал головой:

— Давай все же попробуем сперва убедить его. Сколь бы ни была благородна наша цель, неразумно полагаться на проводника, которого принудили сопровождать нас. За Морем Слез и так слишком много опасностей, чтобы добавлять к ним еще и ненадежного провожатого.

— Есть ли у нас время уговаривать его? — усомнилась Сорайя. — Под храмом ведь и правда была засада. Если Госпожа Печалей охотится на тебя, промедление недопустимо.

— Мы ничего не добьемся с проводником, которому нельзя доверять. Если я уже привлек внимание леди Олиндер, она в любой момент может натравить на меня ночных охотников. Нет, я должен увериться, что могу положиться на провожатого. — Яхангир бросил на Венцеслава укоризненный взгляд. — И если его придется тащить из Восточного Дола в цепях, это не укрепит моей уверенности в его надежности.

Четко изложив свою позицию, Яхангир двинулся дальше к гостинице — довольно нелепому строению, нижний этаж которого был сложен из тускло-серого камня, весьма распространенного в Бельвегроде. Верхние этажи, сравнительно новые, возводились из глянцевито-черного скорбного дерева, растущего на берегах Погребальных Вод и Моря Слез. На досках над каждым окном виднелись маленькие резные черепа — изображения Нагаша, которые, по мнению обретенных, отпугивали беспокойных духов.