Лики зазеркалья - Kagami

— Еще предположи, что она знала, что дарит.

— Ну, Синдина я таким счастливым в жизни не видел, — хихикает оборотень, — Да ладно, Гектор, не парься. Уже одно то, что у народа гномов снова есть Рен-Атар, восстановит равновесие. По крайней мере, для них.

Да… Равновесие… Что-то неладное творится в мире. И не только у гномов.

Когда почти сорок лет назад умерла старая Рен-Атар, рождения новой, как обычно, ждали в течение пяти-шести лет. В какой-то момент даже пошли слухи, что в клане Гим-Зидал родилась девочка. Но слухи ничем не подтвердились. Уже потом, спустя много лет, Синдин по большому секрету рассказал мне, что младенец все-таки был, но был похищен до официального объявления. Старейшины строго настрого запретили разглашать этот факт, и поиски велись до сих пор. У гномов очень долгая память.

Если бы не появилась новая Рен-Атар из другого мира, всему их народу мог грозить страшный регресс. Без поддержки магии Рен-Атар ремесла пришли бы в упадок, торговля сошла бы на нет, и гномам грозили бы нищета и голодное прозябание. Последний Канон Подгорья с каждым годом все больше терял свою силу. Но вмешалась Библиотека. Кто бы мог подумать, что в открывшейся три года назад лавке торгует артефактер. А ведь все верно. Похоже, эта девушка родилась примерно через пять лет после того похищенного и, видимо, убитого, младенца. И родилась не здесь, а там, где злые силы, кто бы они ни были, не могли до нее добраться. Как ни крути, а мир стремится к равновесию.

Вот только кто-то очень старательно пытается его расшатать. Ведь проблемы не только у гномов. Не зря смешливый оборотень Жюль приехал сегодня вместе с Дил-Унгаром. И не один, а с сыном. А это уже не дружеский визит, а представительство клана. Значит, и у оборотней не все гладко. Вот только они своими секретами вряд ли поделятся. Скрытные они. Но я же вижу, что в последнее время их все больше и больше входит в ту странную комнату. Знать бы, что за чума на них напала, и в чем ее причина. Или в ком. К тому же у оборотней в последнее время обострились отношения с эльфами. Я слышал о пограничных стычках в Гарталисе и Мешфене. Да и ундины заявили, что берут под свое покровительство племя лесных наяд, якобы притесняемое перевертышами. А это уж и вовсе нелепо, поскольку оборотни почти не пересекаются с водяным народом. Впрочем, ундины всегда старались подпевать эльфам, а дикие наяды могут и не подозревать о свалившемся на них покровительстве могучих морских родичей.

Нет смысла спрашивать о чем-то Жюля. Во-первых, не такая уж он большая шишка, чтобы быть посвященным во все политические интриги, а во-вторых информация придет ко мне сама и именно в тех количествах, на которые расщедрится леди Рисс. А в отношении меня она все еще иногда бывает щедра. На информацию.

Хорошо было бы еще поговорить с Энгионом, но что-то в последнее время его не видно. Я не написал ему о Рен-Атар. Синдин очень просил меня держать пока все в секрете, слишком боялся вспугнуть удачу. Думаю, он даже среди сородичей не слишком распространялся. Конунг, конечно, в курсе и даже сообщил леди Рисс, раз она снарядила сюда своего эмиссара. А я не болтлив. К тайнам я привык. Мне доверяет их не только Библиотека. Такая уж у меня должность.

И все же странно, что Энгион не пронюхал про Рен-Атар. Видно и вправду все события последних дней гномы окутали плотной завесой тайны. Но оборотням сообщили. Интересно, почему? Что за дела связывают конунга и леди Рисс? Уж не в похожих ли бедах дело? Только вот о проблемах оборотней я ничего не знаю. Но что-то проскользнуло в словах Жюля… Что же? "Хотя бы у них"… Значит и в их сообществе нарушено Равновесие…

— О чем задумался, Гектор? — Жюль размашисто хлопает меня по плечу так, что я даже вздрагиваю, — Все беспокоишься о Сине?

— Есть немного. Он там уже больше двух часов.

— Может, у него хватило ума, и теперь он уговаривает девушку вернуться в родной мир. А может, решил предложение ей сделать.

— Ты как скажешь! У него в жизни смелости не хватит.

— Как знать, как знать… Ладно, давай еще по маленькой, и я пойду, проверю, что у них там. Самому уже интересно.

И что он этим "как знать" сказать хотел? Что-то знает о Синдине? Или располагает более значимой информацией?

Он разливает по кружкам эль.

— Ну, за удачу нашего рыжего друга.

Мы чокаемся и пьем. Когда Жюль поднимается, я встаю вместе с ним.

— Я тоже пойду. Хоть издалека посмотрю, как он там.

Мы покидаем мой кабинет и по длинным переходам двигаемся к лавке. Вервольф шагает чуть впереди, и его черный плащ, словно гигантские крылья, развевается за спиной. Вот ведь показушник! Сидит в оборотнях эта страсть к театральным эффектам.

На фоне тускло освещенного холла стеклянная дверь лавки сияет, как драгоценность. Я сразу вижу внутри гнома, девушку за прилавком и…

А вот это уже не порядок. В магазинчике они не одни. И тот человек там, в том мире — не случайный покупатель. Он стоит за прилавком вместе с Рен-Атар, а значит, тоже работает в этой лавке. Эдак он и на Синдина внимание обратить может.

— Жюль…

— Вижу. Уже иду.

Оборотень быстрым шагом направляется к двери, открывает ее и входит внутрь. Только плащ сгустком мрака взвивается за спиной. На пару мгновений он закрывает мне обзор на происходящее в лавке. А дальше все происходит стремительно. Я вижу, что Жюль перекидывается парой слов с гномом, что-то говорит девушке. Они оба смотрят на нее. Девушка кивает, с минуту разговаривает с человеком за прилавком, потом, гордо вскинув голову, берет под руку Сина. Жюль театральным жестом распахивает перед ними дверь. В наш мир.

Они так и входят вместе: девушка под руку с гномом и, отставая на полшага, оборотень. Но едва захлопывается стеклянная дверь, девушка застывает, как изваяние, а потом медленно оседает. Синдин успевает ее подхватить, не дав коснуться пола и выронив сверток, который держит под мышкой. Мы с вервольфом бросаемся к ним.

— Гектор, что с ней?! — кричит Син, обращаясь почему-то ко мне.

На лице гнома написан такой ужас, что мне становится его искренне жаль. Я не врач, но пульс прощупать вполне способен. Девушка в обмороке. А еще вокруг нее клубится, концентрируясь больше и больше, кажется, вся магия нашего мира. Все правильно. Равновесие устроило торжественную встречу новой Рен-Атар, но для нее это — слишком сильное потрясение.

— Успокойся, Син, это просто обморок. Не забывай, для нее это первый переход в магический мир. Она придет в себя через некоторое время. Пошли, отнесем ее ко мне и уложим на кровать.

Гном кивает и срывается вперед, но вдруг останавливается и оборачивается.

— Канон! Гектор, возьми Канон.