Врата скорби (Часть 3) - Александр Афанасьев

Несколько лодок показались на выходе из порта. Обменявшись световыми сигналами – прошли мимо. Командир группы, захватившей британский эсминец – дал команду на отход, в воду – спускали шлюпки. Взрывные устройства уже были заложены: легший на дно дестроер еще долго будет здесь опасностью для судоходства. Если его конечно не поднимут – что долго, дорого и проблематично. Хотя – пусть поднимают…

Налетчики – покидали борт захваченного британского корабля. На горизонте – горел Порт-Саид, взлетали ракеты. Где-то в море – их ждала подвсплывшая подводная лодка…

Чертвелл-хаус

12 Лэдбрук Терас, Белгравиа, Лондон

20июня 1941 г.

Информации о массированном нападении на Порт-Саид застала премьер-министра Соединенного Королевства, сэра Уинстона Спенсера Черчилля, седьмого герцога Мальборо в собственном доме, Чертвелл-Хаус, в Белгравии. Этот район в Лондоне – считался самым престижным, был огорожен стеной по всему периметру и отдельно охранялся и патрулировался полицией…

Это было утром, тогда еще линии связи работали не так как сейчас. И никто не осмелился нести Премьер-министру Англии непроверенную информацию. Поначалу даже не поняли всего масштаба катастрофы – была информации о нападении группы боевиков на порт, подумали. Что это – очередная выходка махдистов, братьев – мусульман, или сепаратистов из тайных организаций, террором добивающихся выхода Египта из Британского содружества, потом – прошла информация о том, что Порт – Саид обстрелян корабельной артиллерией. Потом, почти сразу же – прошла информации о том, что команда на одном из Кораблей Его Величества взбунтовалась и открыла огонь по городу и порту (!!!). Это заставило Морских лордов побелеть от ужаса, а чиновников из Министерства иностранных дел – отложить в сторону уже заготовленную ноту России. Все это отдавало отчетливым инфернальным душком… британская команда на военном корабле, ни с того ни с сего взбунтовалась и обстреляла британский же стратегический порт. Верилось в это не больше, чем в истории Герберта Уэллса[29] про марсиан, жаждущих человеческой крови. Потом – пришла информация о том, что порт поврежден намного серьезнее, чем это можно было предполагать, на рейде подорваны и затоплены сразу несколько судов, и как минимум на месяц Порт Саид недееспособен. Потом – пришла информация о том, что некая банда напала на порт, атакуя на рыбацких доу (!!!), кроме того – перестрелка была и на берегу, и в ней пострадали британские военные. И лишь когда пришло сообщение о налете на топливохранилище, о том, что уничтожен стратегический запас нефти, и все горит до сих пор – стало понятно, что…

В общем, надо докладывать.

Никто из морских лордов докладывать не решался. Вперед – пустили Элизабет Лейтон Нил, личного секретаря и ассистента Премьера, которая, помимо прочего, стенографировала воспоминания и художественные произведения сэра Уинстона. Можно было надеяться, что сэр Уинстон не впадет в ярость…

Несмотря на то, что миссис Нил была женщиной – она осмелилась войти в ванную комнату, где сэр Уинстон принимал ванну. Сэр Уинстон был человеком невысоким, а ванна, старомодная чугунная ванна – была по современным меркам просто огромной. К ней был подведен только один кран, с холодной водой, горячую же – наливали из ведра, которое нагревали на специальной печи до состояния кипятка. За этим – должен был наблюдать слуга, который и стоял в ногах ванны. Такие ванны – появились лет сто назад, и с тех пор ничего не изменилось: сэр Уинстон уважал традиции и не видел потребности ничего менять. На краю ванны – лежал термометр, которым сэр Уинстон измерял температуру воды, над водой, обильно покрытой пеной – виднелась лишь его голова, мокрая и унылая. Сейчас он еще больше походил на британского бульдога, как его с уважением называли и друзья и враги. Что же, не самая худшая кличка…

– Миссис Нил? Я вас не ждал – сэр Уинстон ничем не выдал удивления по поводу появления своего секретаря, в его глазах был только вопрос – впрочем, если вы уж здесь, думаю, мы поработаем над «Речной войной[30]», если вы не возражаете…

– Сэр… – миссис Нил оглянулась в поисках, на что бы присесть, но не нашла – боюсь, у меня плохие новости…

– Ну… хорошие новости сейчас дефицит… – ободряюще сказал сэр Уинстон – даже роскошь. Итак?

– Сэр, произошло серьезное нападение на Порт Саид. Многочисленные жертвы.

Сэр Уинстон иронично поднял брови

– Вот как?

Затем он взял термометр, посмотрел на него.

– Джек! – недовольно сказал он – температура упала уже на три градуса! Принеси еще кипятка…

Слуга – подхватил оцинкованное ведро и вышел

– Садитесь сюда, миссис Нил – сэр Уинстон показал мокрой, в пене рукой на край ванны – только не свалитесь в воду. И рассказывайте…

Миссис Нил, как смогла, рассказала то, что понимала об этом сама. Сэр Уинстон слушал.

– Мда… – сказал он, когда выслушал рассказ до конца – а Их лордство, полагаю, постеснялся зайти….

Сэр Джон Каннингэм, первый морской лорд Адмиралтейства – топтался перед дверью ванны и ждал новостей

– Сэр если желаете, я немедленно приглашу его.

Открылась дверь. Слуга внес кипяток в ведре.

– Нет… Полагаю, что это будет излишним.

По выражению лица сэра Уинстона и по его «юмору с холодком» – миссис Нил поняла, что сэру Джону конец, Первым морским лордом ему осталось быть недолго. Он кстати не совсем соответствовал этой должности. Квалифицированный штурман, начальник штаба (директор по планированию) Адмиралтейства на протяжении более десяти лет. Но в отличие от его предшественника, адмирала, сэра Эндрю Брауна-Канингэма, первого виконта Канингема – он ни разу не командовал ни одним кораблем в сражении. А сэр Уинстон, сам чрезвычайно храбрый человек – таких людей, бухгалтеров войны – не уважал…

– Лейте, лейте Джек – сэр Уинстон пошевелил ногами – вода остывает. А вы, миссис Нил, распорядитесь, чтобы подготовили машины. И да… пришлите сюда суперинтенданта Дауби…

В отличие от той же России, где терроризм и политические убийства стали зловещей нормой – длительное время в Лондоне, столице Великобритании было тихо. В одна тысяча девятьсот пятом году – Лондон впервые столкнулся с террористами: литовские анархисты – революционеры ограбили банк, были обнаружены и открыли по бобби, безоружным британским полисменам шквальный огонь из Маузеров. Следующий всплеск вооруженного насилия – самое начало двадцатых, подавленный большой кровью Дублинский мятеж, и первое появление вооруженных католических террористов, готовых убивать и убивать. Но бобби – по-прежнему были не вооружены и считали это нормальным. Считалось, что владение оружием есть искусство, искусство сложное в освоении, и подготовка, которые получают полицейские – совершенно недостаточна, чтобы доверить ей оружие. Долгое время – практически не охранялось британское правительство, практически не охранялся Король. Его выезды – проходили в небронированном удлиненном Даймлере, в котором, будто специально для удобства снайперов была поднята крыша и увеличена площадь остекления. Машину – сопровождал эскорт, сначала конный, потом авто-мотоциклетный, в который входили офицеры полков Телохранителей, прекрасные солдаты, но мало чего соображающие в искусстве охраны. В центре Лондона – не было значительных сил с современным оружием, готовых отразить нападение. Премьер-министр и члены Кабинета передвигались в небронированном транспорте с минимальным эскортом. И лишь недавний налет на Букингемский дворец и бойня в самом центре Лондона – заставила принимать экстренные меры. В числе прочего – пришлось заменить автомобиль сэра Уинстона. Теперь – вместо раритетного Роллс-Ройса образца 1925 года – он передвигался на бронированном Даймлере, который ненавидел, и с прикрытием в виде специальной группы вооруженных констеблей из спешно созданного Отдела государственной охраны в Полиции Лондона. Впрочем, охрана высших должностных лиц Британии и сейчас страдала поверхностностью: любой из специалистов ЕИВ Личного Конвоя указал бы на десяток – два ошибок.