Да! Да! Да! - Мэгги Осборн

Так как Джульетта и Клара были готовы на все, лишь бы не оставаться в каюте, то им пришлось без конца совершать круги по палубе их перегруженного «ковчега». Маслянистый черный дым дул им в лицо, когда ветер менял направление, крошечные капли воды, поднятые ветром, донимали их. Вторым источником раздражения было постоянное внимание мужчин, ничуть их не привлекавших, нудных и скучных, которым было нечего делать, кроме как глазеть на своих спутников и тем более спутниц.

Джульетта остановилась у перил, чтобы не приближаться к толпе мужчин, собравшихся вокруг двоих развлекавшихся кулачным боем в дальнем конце палубы. Как всегда, зеваки предпочитали спорить или даже держать пари об исходе боя, вместо того чтобы разнимать драчунов. Хмурясь, она пыталась представить Жан-Жака, ввязавшегося в подобную потасовку и демонстрирующего столь неподобающее поведение. Для этого он был слишком хорошо воспитан, слишком изыскан и рафинирован.

– У вас опять этот «жан-жаковский» взгляд, - заметила Клара, качая головой.

– Конечно, я думаю о своем муже. А вы нет?

– Стараюсь не думать.

Они устремили взгляды на воду, все еще рябую после утреннего дождя. Море никогда не бывало одинаковым, оно все время менялось, хотя Джульетта ожидала как раз обратного. Вместо этого его цвет и характер волн постоянно менялись. Иногда вода казалась похожей на зеленое стекло. Иногда высокие синие волны плевали в небо пышной пеной. Нередко Джульетта видела дельфинов, стрелой выпрыгивавших из воды и пробивавших морскую гладь, как большие серые иглы, тянувшие за собой невидимую нить.

– Теперь ваша очередь проведать Зою.

Клара скорчила гримаску:

– Господи, как я ненавижу эту каюту внизу! Мне противно там бывать!

В их крошечной каюте обстановка напоминала кошмар - было невыносимо душно и пахло рвотой. Спать было почти невозможно, оттого что Зою постоянно рвало и она непрерывно стонала. Никогда в своей жизни Джульетта не видела никого, кто страдал бы так, как Зоя Уайлдер. Зоя молила о смерти, и Джульетта опасалась, что ее молитва будет услышана.

– Вы помните, что сказал капитан? Мы должны попытаться впихнуть в нее какую-нибудь еду.

– Это меня не пугает, - ответила Клара с несчастным видом. - Самое ужасное - выносить горшки.

Теперь их у них было три.

Откинув голову, Клара глубоко вдохнула свежий морской воздух, напоенный солью, потом распрямила плечи и решительно двинулась на свой пост, но ноги несли ее туда неохотно. Джульетта радовалась, что не ей досталась в удел морская болезнь и что не ей приходится молить о смерти. Не очень искренне браня себя за чувство превосходства, испытываемое ею по отношению к Зое, Джульетта раздумывала, не стоит ли уйти в салон. Но и он был заполнен мужчинами. В большинстве они производили приличное впечатление и старались не сквернословить в ее присутствии, но она знала, что стесняет их. Более того, они не понимали, зачем Джульетта отправилась на Аляску, и, вероятно, считали это пустой затеей. Впрочем, если они так считали, то, разумеется, были правы, потому что она думала точно так же.

– Красиво, - услышала она тихий и вкрадчивый голос у самого уха.

Джульетта вся сжалась, потом резко выпрямилась и посмотрела на высокого мужчину, появившегося рядом с ней у перил. Краем глаза она заметила зеленый шарф, торчавший из кармана его рубашки. Борода его уже отросла и оказалась того же мягкого и богатого оттенка, что и его каштановые волосы. Но что она отметила про себя, так это его ослепительные ярко-синие глаза.

– Море. Я говорил о море. Красиво, не правда ли?

При обычных обстоятельствах Джульетта не подумала бы завести беседу с незнакомцем. Но после двух недель плавания на судне, где пассажиры были упакованы плотно, как сельди в бочке, больше никого нельзя было считать незнакомцем.

– Действительно, это так, - пробормотала она смущенно.

Джульетта никогда не отличалась красноречием, если ей приходилось беседовать с малознакомыми людьми, особенно с мужчинами.

– Разрешите представиться. Я Бенджамин Дир из Сан-Франциско, Калифорния. - Сняв шляпу, он изучал ее лицо, очевидно, ожидая ответа.

Джульетта, поколебавшись, назвала свое имя. На все время путешествия они договорились пользоваться своими девичьими именами, чтобы не вызывать сплетен и непристойных пересудов.

– Я не причиню вам неудобства, если закурю, мисс Марч?

Значит, он не собирается уходить. А она не могла продолжать свою прогулку по палубе, потому что потасовка все еще продолжалась.

– Пожалуйста, курите. - Было бы невежливо протестовать, когда густой черный дым висел сплошным облаком над палубой.

– Похоже, мы довольно часто встречаемся здесь, - сказал он, выбрасывая спичку.

– Прошу прощения? - Джульетта скорее взошла бы на костер, чем признала тот факт, что тоже это заметила.

– Мы жили в одном отеле в Сиэтле, - пояснил он, - и я встречал вас на складе снаряжения и инструментов. А теперь мы оказались на борту одного корабля. Интересные совпадения, правда?

Джульетта тоже подумала об этом, но ничего не сказала, а продолжала смотреть на море, краем глаза ухитряясь следить за ним. Ей льстило, что он ее запомнил. Правда, ее удивило отчасти то, что и она запомнила его.

– Меня удивляет, зачем такая леди, как вы, отправилась на Юкон. Извините, но вы не похожи на искательниц приключений, стремящихся урвать свой кусочек счастья на золотоносных нивах Клондайка.

Большинство людей смотрят друг на друга, видя только внешнее и составляя лишь общее впечатление. Но Бен Дир смотрел на нее так внимательно и проникновенно, словно видел ее насквозь. Смущенная этим взглядом, Джульетта с трудом преодолела соблазн провести рукой по волосам, пригладить их или увлажнить губы языком. Даже Жан-Жак не смотрел на нее так внимательно, так задумчиво и нежно. Она ощутила, как непривычное тепло растеклось по ее телу, и поспешно опустила глаза, хмурясь и кусая губы.

– А вы собираетесь искать золото, мистер Дир?

Несмотря на бороду и обычную одежду старателя, Дир не походил на золотоискателя. Для простого рабочего он изъяснялся на очень хорошем языке. В нем отсутствовала лихорадочная нервозность, характерная для искателей приключений, этакая смесь возбуждения и отчаяния.

– Конечно.

– О! - В ее восклицании было столько разочарования, что оно прозвучало резче, чем она хотела бы. Невольно Джульетта показала, что считает его выше других пассажиров.

Ее внезапная мрачность позабавила его, и Бен рассмеялся. Джульетту поразили богатый тембр его голоса и красота лица, освещенного улыбкой. Темные волосы, синие глаза, широкие плечи, высокий, стройный и поджарый. Смутившись, она покраснела.