Сбежать из рая (СИ) - Таня Роуз

эта роскошь. Да еще и доступ родственникам можно получить в течение всего дня.

Отец спал, мама наконец-то на пару дней уехала к себе домой, после того как все успокоились, что он пошел на поправку.

— Как же ты нас напугал! — прошептала Таня, стоя у окна. Она смотрела на мирное лицо отца. Она часто наблюдала, как он спит, так как в силу возраста, он уже очень часто дремал посреди дня. Немного покопошится в огороде, потом часок поспать. И так — весь день.

Таня просто стояла и смотрела на него. Она каждый день проводила в больнице около двух часов, но завтра отца уже выпишут, мама приедет утром забрать его. Ему было действительно лучше, но реабилитация предусматривала диету и отказ от табака и алкоголя, что не сильно радовала отца.

Разговор с доктором, привезти что-то вкусное, чтобы его порадовать, поболтать с ним о последних новостях политики, потом бежать на работу — Таня сейчас жила по такому расписанию и это ее радовало.

Хотя на прошлой неделе она устроила тут небольшую истерику. Таня долго не могла найти лечащего доктора, ходила между двух этажей, и в какой-то момент обнаружила, что она плачет, слезы просто текли из глаз. Она забежала в туалет, умылась и посмотрев в зеркало самой себе в глаза, как будто встретилась со своим страхом. Там в глазах был страх, который она так долго не выпускала наружу. Страх, что его могла просто не стать. Страх, что не останется ни одного человека в ее жизни, кто ее по-настоящему любит. Страх, что больше не с кем будет часами спорить о фактах истории или вместе собирать малину в самую жару. Страх одиночества.

И тут Таня стала беззвучно задыхаться от той боли, что обрушилась на нее. Что она не разрешала себе чувствовать последнюю неделю. Вся боль в одну секунду рвала ее сердце. Ее сначала надо было выдержать, что потом успокоить себя, что все обошлось.

Она просто сидела в своей машине на парковке машины и рыдала. В какой-то момент, Таня обернулась налево и увидела в паре метров машину, в которой плакал мужчина лет пятидесяти. Как не странно, именно в этот момент она успокоилась. Ее остановила мысль, что у кого-то могло реально произойти горе, а она плачет просто, потому что испугалась.

«И что мы говорим Богу Смерти? Не сегодня».

— Пап, ты проспал целый час! Будешь чай?

— Да я на пять минут глаза закрыл!

Тане стало так тепло от его слов, что она улыбалась, наливая чай по кружкам. Они сидели и просто смотрели новости по телевизору.

«Таня, как дела? Рассказывай новости с полей!» — Сергея не было сейчас в городе, но он писал каждый день, узнавал о состоянии здоровья, и как, Таня поняла потом, еще и сам звонил лечащему врачу.

На прошлой неделе они виделись только в больнице днем. Вечерами Таня долго работала, так как на поездки в больницу тратила много рабочего времени, а дела никто не отменял. Сергей злился, надувал ноздри, высказывал свое недовольство, как только мог.

— Таня, ну ты мне скажи, зачем тебе это? Вот кто-то вошел в твое положение, отпустил тебя ухаживать за отцом. Да просто, чтобы ты сама смогла отойти от происходящего, ты мне скажи? Нет. Им наплевать на все это. Знаешь, что им нужно? Им нужны рабы, безмолвно зарабатывающие им деньги. Увольняйся, я тебе помогу. С деньгами у тебя не будет проблем.

Таня молчала, но внутри себя не могла не заметить, что ее руководителя уже через пару дней ее изменения режима работы, стало раздражать все это. Она накидывала ей дел сверху, с единственной фразой: «Завтра должно быть у меня!».

Таня быстро печатала ему ответ:

«Все хорошо, завтра выписывают! Сидим пьем чай. Ты как?».

«Ночью прилетаю. Завтра приглашаю на свидание».

«Хорошо, во сколько?» — Таня улыбалась.

«В восемь у меня. С тебя — красивое платье, с меня — ужин».

Таня замерла. «У меня — это где еще?». Таня не имела представления, где жил Сергей. Но это еще было ничего. Но вот она напряглась от того, что эта встреча не на нейтральной территории. И у Тани загорелись щеки. У них с Сергеем кроме нескольких горячих поцелуев ничего больше не было, даже прикосновений, как таковых. И сейчас переходить на эту опасную территорию было волнительно для Тани. Она сразу представила, как он ее прислоняет к стене, целует в шею и его руки приподнимают подол ее платья. И она вся просто вспыхнула: «Таня!».

«Хорошо. Пришли адрес!» — она отправила сообщение Сергею, а в голове уже примеряла все платья из своего гардероба.

— Пап, я сейчас спущусь вниз, дооформлю все бумаги, чтобы мама утром не возилась. Оплатить еще нужно палату.

— Деньги пусть мама тебе переведет с моей карты.

— Я сама разберусь, не переживай.

Таня долго стояла в очереди в кабинет, чтобы подготовить все к выписке отца. Но подписывая и разбирая документы, с удивлением выяснила, что весь счет на содержание отца в больнице был оплачен.

«Непонятно, мама что ли успела оплатить. Нет, этого не может быть. Она даже не задумалась бы об этом».

— Александра Николаевна, подскажите, пожалуйста, тут указано, что платные услуги оплачены в полном объеме. Это какие-то процедуры оплачены? Я хотела бы отдельную палату оплатить.

— У вас, милочка, все оплачено. Ваш муж на прошлой неделе сразу все оплатил.

— Понятно.

«Вот только мужа у меня нет».

Таня стояла перед дверью его квартиры в черном облегающем платье с красивым квадратным вырезом, выгодно подчеркивающим ее грудь, в меру элегантное, в меру соблазнительное.

Она выдохнула и нажала на звонок.

Глава 16

Такси остановилась у входа во двор. Современный новый дом в самом центре города, элегантный и дорогой. Таня тут никогда не была раньше. Она осмотрела небольшую, но очень аккуратную территорию внутри двора, все было сделано со вкусом. И не единой машины во дворе, только клумбы, скамейки и детская площадка.

Он жил на двенадцатом этаже. Таня еще раз взглянула в телефон, что проверить номер квартиры. Перед подъездом она посмотрела наверх, сейчас казалось, что здание, освещенное горящими окнами, упирается в темное небо.

— Это тебе! — Таня протянула бутылку вина.

— Привет! Ну проходи, чувствуй себя как дома! — как только Таня разулась, Сергей притянул ее и поцеловал.

С кухни шел чудесный аромат еды, и Таня заулыбалась, смотря на него:

— Ты что умеешь готовить?

— Ну я же пригласил