Вальс бабочек - Анжелика Портер

Ему нельзя допустить в докладе ни одной ошибки, иначе он рискует не получить вакантное место в университете. Конечно, зарплата будет не очень высокой. В частных фирмах он мог бы иметь гораздо больше. Но быть доцентом в университете, заниматься чтением лекций и исследованиями всегда являлось заветной мечтой Роберта. Он смог бы совершенствоваться как ученый и воспитывать студентов. Конечно, не все так одарены, как Кэтти, но все же! Для него это было бы самым лучшим заданием в мире.

Роберт внутренне собрался. Он добьется этого!

Казалось, что профессор Лоусон способен читать чужие мысли.

— Вы в форме, юноша, — констатировал он. — Я делаю ставку на вас. Лучшего доцента наш факультет не смог бы иметь. — Профессор задумчиво взглянул на Роберта. — Если хотите принять совет старого человека, то никогда не относитесь к своему труду слишком ожесточенно. Нормальная личная жизнь крайне важна. Знаете, когда вы здесь появились, сразу же напомнили меня самого в молодые годы. Полный тщеславия и великих планов. Но полностью отрешенный от реальной жизни.

Роберт слушал его в некоторой растерянности. Что, собственно, хочет этим сказать профессор Лоусон?

— Вы удивленно смотрите на меня, Коллинз, — продолжал тот. — Хорошо, выражусь яснее. Поверьте мне, я очень хорошо вас понимаю, так как сам был таким же. За моей спиной шушукались коллеги, и хотя мои профессиональные усилия были успешными, но в остальном я походил на робота. Правда, не желал тогда в этом признаться. Но теперь знаю, что в тогдашних злобных высказываниях людей имелась доля истины. Я, так сказать, продал свою человеческую душу науке.

— И что случилось потом? — заинтересовался Роберт.

— Мне выпало счастье. В нужное время я встретил нужную женщину. Мы влюбились друг в друга. Она раскрыла мне глаза и снова вернула миру. — Профессор хотел продолжить разговор, но в это время в комнату вошел сотрудник. — Я должен сейчас подготовиться к лекции, — сказал напоследок Лоусон. — Но запомните мои слова, Коллинз.

Когда за профессором захлопнулась дверь, вошедший сорокалетний красавец мужчина — мечта всех студенток принялся громко хохотать.

— О, Коллинз, старик опять читал вам одну из своих проповедей? Он часто ведет себя так, будто является хранителем нравов в нашем университете!

— По-моему, не так уж он не прав, — задумчиво произнес Роберт.

— Гм, тогда вы имеете шансы пойти по его стопам, — ответил собеседник. — Но поверьте мне, он ведет самую скучнейшую жизнь, какую только можно себе представить. Вот уже сорок лет женат на одной и той же женщине. Никаких интрижек, никаких сторонних связей. Подлинный апостол добродетели!

Роберта начал раздражать этот разговор.

— Я не вижу ничего плохого в том, что кто-то сохраняет верность своей жене. Как раз наоборот. Профессор Лоусон, вероятно, куда счастливей многих других.

Сотрудник захихикал:

— Уют в доме, пресное семейное счастье — я это не воспринимаю.

«Твое дело», — подумал Роберт. Возможно, профессор старомоден. Но одно Роберт знал точно: если он сам женится, то это будет союз навсегда. Поэтому, несмотря на свои тридцать три года, оставался холостяком. Роберт ждал подлинную, большую любовь. Но разве заметишь, когда она придет.

Роберт тут же подумал о Кэтти, и его сердце бешено заколотилось. Он был безумно влюблен в нее и мечтал проводить с ней каждую свободную минуту. Но, с другой стороны, почти ничего не знал о девушке. Несмотря на свою жизнерадостность и приветливость, Кэтти, как и он, была замкнута в себе. Роберт не мог предугадать, как она поступит в той или иной ситуации, как отреагирует на какие-то его действия. Например, поймет ли она, что они несколько дней не смогут видеться, так как ему надо подготовиться к докладу?

Роберт обрадовался, что его собеседник переключился в разговоре на работу. Ему необходимо было сконцентрироваться на делах.

Кэтти сидела у окна и смотрела вниз. Голову она опустила на руки. В ее глазах играли отблески солнечных лучей, а в уголках рта блуждала немного странная улыбка.

— Тебя можно запросто принять за мраморную статую, — сказала Донна, покачав головой.

В ответ от окна послышалось лишь невнятное бормотанье.

— Эй, Кэтти, даю цент за твои мысли! — снова начала Донна.

Но ее предложение не возымело результата. Кэтти невозможно было оторвать от ее грез. Уже в течение часа она сидела неподвижно у окна.

— Ладно, мечтай дальше. — Донна махнула рукой. — Я пойду на кухню и приготовлю что-нибудь поесть. Одним только воздухом и любовью даже ты не проживешь.

В этот момент раздался звонок. Донна подбежала к двери и распахнула ее. Однако на пороге никого не оказалось. «Определенно снова глупая детская шалость», — раздраженно подумала она. Но тут взгляд ее упал на пол — рядом с ковриком лежал небольшой букетик цветов и конверт, на котором размашистым мужским почерком было написано: «Для Кэтти». Донна подняла цветы и письмо и побежала в комнату.

— Цветы точно от Боба! — громко воскликнула она.

«Статуя» молниеносно ожила. Кэтти вскочила, словно ее ударило током, и одним прыжком очутилась рядом с подругой.

— Дай-ка сюда, — попросила она умоляющим тоном. С большой нежностью погладила Кэтти букет, как бесконечно дорогую вещь. — Незабудки, — прошептала она. — От Роберта. Как это чудесно…

Донна наблюдала за подругой с большим любопытством: что же в письме? Но Кэтти не делала никаких попыток вскрыть его.

— Ага, я уже поняла, — произнесла Донна тоном старой леди, знающей жизнь вдоль и поперек. — Ты хочешь остаться со своим возлюбленным наедине. — Пожав плечами, она удалилась на кухню. «Влюбленные обычно обладают некоторыми странностями, с которыми надо считаться».

Кэтти смотрела на письмо: «Что, собственно, он хочет сообщить?» Она с наслаждением продлила на несколько секунд напряженное ожидание. Затем вскрыла наконец конверт.

«Кэтти, дорогая, — начала читать девушка. — Последняя неделя, которую мы провели вместе, была чудесна. Точнее говоря, это были самые сумасшедшие, самые волнующие, самые нежные мгновения в моей жизни…»

«Были?»… Почему Роберт пишет в прошедшем времени? От острого чувства страха у Кэтти перехватило дыхание. Она быстро пробежала остальные строчки:

«…Теперь я должен собраться и снова стать рассудительным. Речь идет о моей карьере. Через десять дней мне предстоит выступить с докладом перед коллегами и руководством. Если он найдет у них признание, я получу место доцента в университете. Кэтти, сердце мое, прошу тебя не злиться, поскольку в течение этого времени мы не сможем встречаться. Я должен целиком сосредоточиться на докладе и не имею права отвлекаться. Надеюсь, ты поймешь меня. Не звони также в эти дни, так как, услышав твой голос, не смогу противостоять желанию увидеться. Я появлюсь через десять дней.