Вальс бабочек - Анжелика Портер

Неожиданно он прервал поцелуй и разомкнул объятия.

— Я не хотел бы снова нападать на тебя, — признался Роберт.

Кэтти обняла его за плечи.

— Ты глупый, — прошептала она ему прямо в ухо. — Такой же, как и я. При первой же встрече я влюбилась в тебя. Только не хотела признаться себе в этом.

— А Кен и Питер? — спросил Роберт испуганно.

— Лишь хорошие друзья. У меня действительно с ними ничего не было. Но ты просто не дал мне времени для объяснений!

Роберт глубоко вздохнул.

— Я был слеп от ревности. Мысль, что кто-то другой мог держать тебя в объятиях, делала меня сумасшедшим.

— Если ты меня сейчас снова не обнимешь, я должна буду, наверное, подумать о другом, — подзадорила его Кэтти.

Роберт не заставил себя просить дважды. Он обнял Кэтти и потянул на кровать. Его губы нашли ее рот и скользнули от него к шее. Кэтти застонала. «Откуда он узнал, что шея у нее наиболее чувствительное место?» Одной рукой Роберт закатал ей майку и обхватил грудь. Его пальцы стали неторопливо сжимать сосок. Волна возбуждения накатила на Кэтти. Ее руки скользнули ему под пижаму, и она почувствовала, как бьется сердце Роберта. Кэтти нежно гладила его грудь, спину, все сильнее прижимаясь к нему…

— Ты превращаешь меня в безумца, — прерывисто прошептал Роберт.

— О, Роберт, я так хочу тебя, — выдохнула Кэтти. Она высоко подняла руки и дала снять с себя майку.

Затем Роберт расстегнул молнию на ее джинсах, и Кэтти, приподнявшись, быстро сняла их. Она хотела принадлежать Роберту здесь, сейчас. Его пальцы начали осторожно исследовать ее обнаженное тело. А губы при этом медленно целовали каждую клеточку кожи.

Кэтти тяжело дышала. Если Роберт будет так продолжать, она не выдержит.

— В первый раз я хотела бы делать это вместе, — нежно промолвила девушка и приподняла голову Роберта.

Их губы встретились в горячем поцелуе. Кэтти расстегнула Роберту пижаму и стянула с плеч. Затем ее руки опустились ниже и начали поглаживать его бедра. Она ясно ощутила, что от ее прикосновений тело мужчины напряглось. Медленно она спустила с него брюки. Когда Кэтти увидела, как Роберт возбужден, — могучая волна страсти окатила ее с ног до головы.

— Я хотела бы почувствовать всего тебя в себе, — прошептала она.

Когда он наконец вошел в нее, весь мир вокруг Кэтти куда-то исчез. Не было ничего, кроме этого мучительного, сладкого ощущения. Она позволила себе полностью отдаться велению страсти. Влюбленные настолько слились друг с другом, что Кэтти больше не различала, где кончается ее тело и начинается тело Роберта.

Кэтти почувствовала, что Роберт ускорил темп, и ее возбуждение возросло. Она с силой сжала его плечи, напряглась и, почти теряя сознание, достигла вершины. «О, это произошло…» — пронеслось у нее в голове. Сладострастная судорога пробежала по ее телу. И из груди вырвался удовлетворенный стон.

В это время Роберт тоже достиг оргазма.

— Кэтти, — я люблю тебя! — выкрикнул он хрипло и обнял ее так крепко, будто вообще не думал отпускать. Затем в изнеможении разомкнул объятия и опустился рядом. Некоторое время они лежали молча. Кэтти мечтательно смотрела в пространство. Ей казалось, что весь воздух в комнате был напоен любовью и нежностью.

Прошло довольно много времени, пока их дыхание стало ровным. Роберт взял в руку ладонь Кэтти и начал водить по ней кончиком языка. Девушка снова задрожала.

— Тебе холодно? — спросил Роберт.

— Нет, наоборот, — прошептала она.

Ей было трудно говорить. Ее тело и душа были еще целиком в плену пережитого блаженства. Губы Роберта отыскали ее рот и приникли к нему в долгом поцелуе. Его ласки стали настойчивее. Он потянул Кэтти на себя и так крепко обхватил ее руками, что она едва могла дышать.

— Ты чувствуешь, как сильно я хочу твоей любви? Я почти болен от страсти, от страстного желания тебя, твоей нежности. Я так долго об этом мечтал, — проговорил Роберт севшим голосом.

Кэтти смотрела в его золотисто-карие глаза, в которых опять танцевали зеленые и желтые искорки. Как сильно она его любит! Чувство было настолько огромным, что почти причиняло боль.

— Я не могу думать ни о чем другом, — нежно промолвила Кэтти и погладила его влажный лоб. Она поцеловала его, и оба ощутили новый прилив желания.

Роберт застонал и со всей пылкостью ответил на ее поцелуй.

«Эта ночь принадлежит нам, только нам одним. Пусть он снова захочет меня» — пожелала Кэтти и задрожала от нетерпения.

Роберт погладил ее грудь и еще ближе привлек Кэтти к себе.

А затем они превратились в две трепещущие тени, которые проникали друг в друга, затем, на миг разомкнув жаркие объятия, снова и снова соединялись в безудержной страсти. И в течение всей ночи огонь любви согревал их души и тела.

6

— Что с вами, Коллинз? — спросил озабоченно профессор Лоусон. — Я вас таким еще не видел. — Нахмурив лоб, он посмотрел на своего молодого коллегу. С одной стороны, ему нравилась перемена, которая произошла за последние дни с Робертом Коллинзом. Тот стал немного мягче, как-то человечнее, будто освободился от внутренней тяжести. С другой стороны, выглядел рассеянным, несобранным. Где блуждают его мысли? — Вы меня совсем не слушаете, Коллинз! — напомнил старый профессор вежливым тоном.

Роберт вздрогнул.

— О, простите, пожалуйста, профессор. Я на какой-то момент отключился.

«Проклятье, я должен собраться! По крайней мере, во время работы надо подавить в себе влечение к привлекательной студентке с длинными черными локонами». Но даже при одной только мысли о Кэтти сердце Роберта начинало учащенно биться.

Профессор Лоусон возвратил его к действительности.

— Мы договорились обсудить сегодня вашу исследовательскую работу. Не мне объяснять, насколько она важна для вас. Через пару дней вы должны выступить с докладом о проекте перед другими сотрудниками, что может оказаться решающим для профессиональной карьеры.

— Да, я знаю, — ответил Роберт. — Я вас не разочарую. В конце концов, именно вы помогли мне, молодому ученому, сделать первые шаги.

Коллинз поймал теплый взгляд профессора. Нет, от Лоусона никак нельзя было ожидать неприятных неожиданностей. Он был доброжелателен к нему с самого начала, принял большое участие в его работе. Но как будет с другими членами ученого совета? Некоторые из них были его ровесниками, и он знал, что имеет завистников.

Ему нельзя допустить в докладе ни одной ошибки, иначе он рискует не получить вакантное место в университете. Конечно, зарплата будет не очень высокой. В частных фирмах он мог бы иметь гораздо больше. Но быть доцентом в университете, заниматься чтением лекций и исследованиями всегда являлось заветной мечтой Роберта. Он смог бы совершенствоваться как ученый и воспитывать студентов. Конечно, не все так одарены, как Кэтти, но все же! Для него это было бы самым лучшим заданием в мире.