Спящая планета - Уильям Беркетт

Сарак кинул на него быстрый взгляд:

— И еще кое-что. Зачем вы выдумали эту дикую сказку о духе предка, посещающего вас в камере?

— Сказки здесь ни при чем, — стоял на своем Донован. — Я ничего не придумывал. Я просто упомянул, что у меня был посетитель, — это что, страшное преступление?

— Послушайте… вы, конечно, знаете, что есть определенные слои лларанского общества, которые молятся духам предков. Паспорт, найденный в ваших личных вещах, показывает, что до войны вы довольно долго жили на имперских планетах. Думаю, вы решили использовать свои знания, чтобы заставить охранников бояться вас. Может, хотели обеспечить себе некоторые преимущества, притворившись любимым потомком беспокойного духа.

— Вы хотите сказать, что я придумал дедушку? Думаете, что он плод моего воображения?

— Честно говоря, да.

— Тогда почему вы так напуганы тем, что произошло в Джорджии? И как случилось, что Сланел убит его собственными верными солдатами?

Впервые появилось чувство, что броня командира пробита. Сарак надолго задумался перед ответом. Подумав, он совсем сменил тему.

— Я собираюсь сообщить вам некоторые факты, — сказал он, — а потом мы посмотрим, что вы скажете о Сланеле и Дедышке. И Джорджии.

— Я слушаю.

— Прежде всего, этот тупица Свитта — житель одной из тех отсталых планет, где процветает поклонение предкам. Как только высказали ему этот вздор о Дедышке, слухи поползли от корабля к кораблю. Верующие в смятении — никто не хочет связываться со сверхъестественным. Это смятение может передаться и остальным, моральный дух армии упадет, и график завоевания нарушится. Я собираюсь пресечь это в самом начале. Я заставлю вас признать, что все это — выдумки… и докажу, что единственным Донованом в камере были вы.

— Как вы заставите меня?

— Сейчас я объясню, как мы взяли верх в этой Солнечной системе. Кажется, вы догадались, что мы использовали новое, непобедимое оружие, чтобы захватить три населенные планеты. О чем вы не могли догадаться, — он наклонился вперед и говорил медленно, чтобы подчеркнуть значимость сказанного, — то, что вы, скорее всего, последний живой, то есть неспящий, землянин на планете.

Холод пробрал Донована до мозга костей. Он понемногу догадывался об этом, но надеялся, вопреки очевидному, что ошибается. Теперь речь не шла о догадках. И о надежде. Последний оставшийся в живых землянин на планете! Совсем один! Земля захвачена, и он — пленник на борту вражеского корабля. Безоружный и одинокий пленник.

Сарак и остальные самодовольно наблюдали за Донованом, уверенные, что им удалось сломить его. Но черт возьми, рано они обрадовались! Донован мысленно дал себе хорошего пинка. Пусть один и без оружия, но все-таки он страшил их, иначе его не пытались бы запугать до потери речи.

Поскольку это было единственное оружие, которое ему осталось.

Речь.

И он не был одинок: у него имелся могущественный союзник.

Покойный, безропотный Рамджет Донован.

Настало время это использовать.

— Ну, — подстегнул его Сарак. — Что? Где остроумные реплики? Где игра слов? Ну же… не сдавайтесь так легко! Что вы скажете на это?

Изобразив на лице безмерную скорбь, Донован сказал:

— Я сожалею. Глубоко и искренне сожалею. Пожалуйста, позвольте мне выразить соболезнования вашему доблестному флоту, пока не слишком поздно. Ваша жертва вдохновит других на такую же отвагу, когда возмездие настигнет их. Империя, без сомнения, воздаст высшие почести, хоть и посмертно, тем…

Сарак был озадачен, увидев, как неожиданно изменилось настроение землянина.

— Соболезнования? Жертва? Посмертно? Что за слова?

— Он пытается смутить нас, — высказал свое мнение капитан, — он…

— Пусть говорит, — отмахнулся Сарак, — он хочет набрать очки. Пусть попробует. — Он посмотрел на Донована: — Так-то оно лучше.

— Нет, — сказал ему Донован, — дела плохи, очень плохи. Вы сказали, что на Земле остался только я. Значит, я просто обязан принести соболезнования.

— Почему?

С благочестивым видом Донован ответил:

— Потому что я ненавижу бойню.

Не сдаваясь, Сарак продолжил:

— Ну и что?

Донован сокрушенно пожал плечами:

— Сами додумайтесь. В ваших руках планета, обитатели которой погружены в длительный сон, фактически они мертвы…

— Спящие не мертвы, — поправил его Сарак, — но продолжай.

— Тогда у вас планета спящих. Венера и Марс…

— Тоже спят, — кивнул Сарак, — от них вы помощи не получите.

Не обратив внимания на эти слова, Донован продолжил:

— Так вы влипли со спящей планетой.

И добавил:

— На самом деле вы влипли с тремя спящими планетами. Тремя планетами, населенными спящими… и мертвыми.

— Спящими, допустим, — уступил Сарак.

— О, мертвые всегда с нами, — торжественно изрек Донован, — тысячелетия люди жили и умирали на Земле. Даже сейчас, когда ее сыны летают к звездам, кладбища не пустуют и похоронные конторы не исчезли. Некоторые земляне даже с далеких планет поручают отправить их тела или пепел домой, чтобы похоронить в родной земле. Так что с нами — мириады наших мертвых. Вы, наверно, слышали изречение: «Весь мир — это могила, а все люди — ходячие трупы». Великое число мертвых спит глубоко и спокойно. Именно так, как просит ваше традиционное приветствие. Но некоторые — нет. И мой дедушка — один из них.

— Очень трогательно, — похвалил его Сарак, — и очень складно. Это может испугать глупца или сбить с толку тех, кто поклоняется предкам.

— Значит, не такие уж они и глупцы. Этого достаточно, чтобы испугать любого — даже меня. Кто сможет загнать духов назад в ад? Ничто не остановит эти невидимые полчища. Они поднимутся и заполнят Землю, и ваша армия их не одолеет. Теперь Земля будет принадлежать им по праву первородства!

Донован сделал паузу, чтобы посмотреть на реакцию присутствующих. Кажется, они внимательно слушают и не собираются высмеивать его.

— Вы все посягнули на то, что они, тени прошлого, считают своими личными владения ми. Они лишатся покоя и сделают все, чтобы избавиться от непрошеных гостей.

Лицо Сарака выражало сосредоточенность, казалось, он почти убежден; майор выглядел задумчивым, и только капитан старался напустить на себя выражение цинизма, но и оно плохо скрывало смятение.

— Что же они сделают? — сказал наконец командор.

— Кое-что неприятное.

Донован откинулся назад на своем стуле, скрестил искусственные ноги и постарался выглядеть самоуверенным. Он зашел так далеко, как только мог, разве что не вызвал настоящего призрака. Только сам он мало верил в то, что Рамджет сможет объявиться сегодня ночью. Или в любую другую ночь.