Фантастика 2024-179 - Руслан Ряфатевич Агишев

Я покачала головой:

— Спасибо за интерес, брат Даджат. Мы добрались без приключений.

Чему я была искренне рада. Но вот то, что придется ещё ждать, мне не нравилось. Однако выбирать не приходилось. Главный жрец был обходителен, внимателен и ничем не вызывал раздражения.

Через некоторое время я сумела расслабиться, хоть и всё равно была настороже. Ордо и Йонри не подавали никаких признаков беспокойства, но я была уверена: среагируют на любую опасность.

Даджат явно пытался понять, почему императрица решила пойти… этим путем.

Он задумчиво разлил новый кофе, каждое движение было изящным и плавным, будто он только и делал, что обслуживал гостей.

— Вы хотите провести ритуал, который позволит поговорить с Ошаршу? — мягко уточнил он, хоть прекрасно знал, зачем мы здесь.

Я кивнула.

— Вот как…

— Брат Даджат, вы понимаете, что это самый правильный путь? — послышался голос брата Гу, и через несколько секунду одна из тканей со змеями отодвинулась, и он появился в комнатке.

— Ну у вас тут и тайные ходы, — мрачно сказала я, глядя на него.

— Всего один, маленькая сестра, — улыбнулся он. — К тому же мне не стоило лишний раз показываться.

Я молча приподняла бровь. Брат Даджат хмыкнул:

— Нет, мы доверяем нашим братьям, однако ритуал, который собираемся провести… должны видеть только избранные.

Брат Гу тем временем опустился на подушке рядом с главным жрецом храма Камигахары. Опять нарядился… На это раз ткань бордовая с фиолетовым отливом и рукава расшиты камнями. Боги… ткани-то точно не наши. В Тайоганори больше отдают предпочтение вышивке, но не такому вот… даже не знаю, как сказать. Ярко. Тяжело. Много. Совершенно не по-нашему. Абсолютно по… шкандастански.

— Вижу, маленькая сестра не сводит взгляда с моего одеяния, — невинно поддел брат Гу.

Ордо с трудом сдержал смешок, я ткнула его в бок. Йонри сделал вид, что его здесь вообще нет. Только вот взгляд мороженой рыбы был направлен на брата Гу.

— Конечно, не сводит, — ответила я в тон. — Неудивительно, что брат не мог показываться на глаза остальным.

Даджат на этот раз тоже хмыкнул.

— Как малые дети, честное слово, — заметил он. В серебристо-серых глазах плясало веселье. — Но так даже интереснее. В этом мире больше нельзя жить по прежним устоям.

— Просто кто-то перевернул всё с ног на голову, — мягко произнес брат Гу.

Я ощутила острое желание надеть кофейник ему на голову. Исключительно из любви к прекрасному. Как будто мне самой всё это по душе. Но кто виноват, что постоянно пытаются убить либо меня, либо моих близких?

— Кто знает, где голова, а где ноги? — внезапно невозмутимо спросил брат Даджат, и я поперхнулась готовыми слететь с языка словами. Он же медленно поднялся из-за столика и жестом показал, что нам следует сделать то же самое. — Мы верим в мир такой, какой есть. С самого рождения нам говорят, что правильно, а что нет, при этом частенько, не зная истинных дел. Поэтому что верно, а что нет — рассудит время.

Странная мудрость, которой я сейчас не ожидала, не дала ничего сказать.

— До ночи побудьте в храмовых комнатах, — произнес брат Даджат. — Я распоряжусь. После вечернего колокола, сестра Асу, будь готова.

Больше мне ничего не сказали, как и остальным. За нами снова пришёл посланник и отвел в небольшие комнатки, в которых, видимо, могли остановиться странники. Ничего шикарного, но вполне достаточно, чтобы отдохнуть, спрятаться от дождя и снега, а также получить чашку риса.

Брат Гу не последовал за нами, хотя у меня к нему было ох как много вопросов. Тем не менее хозяином тут был Даджат. Значит, и решать что и когда — только ему.

Расположившись на циновке, я сделала глубокий вдох, приняла позу лотоса и прикрыла глаза. Медитация никогда не будет лишней. Поможет расслабиться, очистить разум и понять, как действовать.

Правда, с последним пока что большие сложности. Жрецы Ошаршу мне помогут. Уже не первый раз змеепоклонники становятся на мою сторону. Но вот как поступит их бог?

Все боги — непредсказуемы. Каждый одной рукой дает благо, другой — сыплет проблемы. Плетунья, Трёхрукий и Дайске-с-костылем так долго играли в богов, что, в конце концов, поверили в собственную игру.

Прикидывайся до тех пор, пока это не станет правдой.

Что, если у Ошаршу есть тайна, о которой я даже не догадываюсь?

Глава 3

Медитация помогла, но только частично. Я пыталась как можно лучше проработать все возможные варианты после того, что может произойти после моего разговора с Ошаршу. Если, конечно, мы поговорим.

В общем…

Я шумно выдохнула и потянулась. Мышцы подло ныли. Сегодня шло всё не так. Разум не собирался очищаться, стройная стратегия не выстраивалась. Изящная тактика тоже не наблюдалась. Всё было плохо, хотя всегда есть куда хуже. Эту истину я уже поняла и приняла.

— Кажется, на меня не очень хорошо влияет общение с Эйтаро и Коджи, — проворчала я под нос.

Не то чтобы именно они были виноваты во всём, просто последнее время были… просто героями моего романа. Жалко только, что роман в жанре ужасов и самой отвратительной учебной литературы.

Тем не менее… я сейчас искренне жалела, что нельзя ни с кем из них перекинуться парой слов и поупражняться в отпускании шпилек. Расслабляет, знаете ли.

Время тянулось просто ужасно. Кажется, ничего подобного ранее не было. В какой-то момент мне захотелось сходить к Ордо и Йонри, но потом я отмела эту идею. Во-первых, они могут отдыхать. Все же всю дорогу оба хоть и делали вид, что расслаблены, но я прекрасно знала: напряжены и следят за происходящим, чтобы заметить даже малейшую угрозу. Во-вторых… надо тренировать собственную выдержку. Всё же не маленькая девочка, чтобы искать поддержку у других и перекладывать ответственность на других.

С этими мыслями я всё же задремала. Снилось что-то приятное. Будто не было никаких богов, клан Юичи услали далеко-далеко в степи сагуру, а поместье Шенгаев наполнено громкими голосами и звонким смехом.

Ичиго, здоровый и полный сил, сидит во главе стола, а возле него спокойная и улыбающаяся Изуми, у которой на коленях розовощекий малыш. В руках Ичиго маленький смешной барабанчик, и малыш тянет к нему руки.

Я резко распахнула глаза и села на кровати.

Чего только не приснится.