Фантастика 2025-47 - Дмитрий Ясный

— Я не дам тебе сделать это, — сухо и ровно произнесла женщина в старомодном платье. — Эта сила предназначена только для него. — Не нужны были пояснения для того, чтобы понять, для кого.

Она подняла пистоль и нажала на курок. Но тот лишь сухо щелкнул — не было искры, порох не воспламенился, а все благодаря тающим с каждым мгновением сила Вика. Эспер дал Лейле шанс и она воспользовалась им как нельзя лучше. Опытный стрелок она всегда держала наготове заряженный пистоль, сейчас же он был у нее в правой руке, что не мешало ей держать на руках Вика. Лейла нажала на курок, но и на сей раз пуля не вылетела из ствола. Даже в торпоре Вукодлак сохранил возможность влиять в мир, хоть и в очень малых масштабах.

* * *

По угольно-черному небу бежали кроваво-красные облака, под ногами противников хлюпала вязкая багровая жидкость. Метцингер и Штраер схватились в Мире Тьмы — нейтральной территории для всех вампиров (как предполагали некоторые, их родине), стиравшем все межклановые различия. Местом для дуэли его выбирали лишь очень отважные — или попросту глупые — вампиры, ибо выбраться оттуда удавалось не каждому, особенно ослабленному поединком.

Ни одну из дисциплин в Мире Тьмы использовать было нельзя, поэтому вампиры просто дрались, используя приемы самых разных боевых искусств, как изученных ими еще при жизни, так и после Становления, на рефлексы оно влияло лишь улучшая имеющиеся. Они взвивались в воздух, наносили удары руками и ногами, швыряли противника в кровь текущую по земле. Однако выяснить кто же побеждает было невозможно.

Могучие мышцы Урбана Горна трещали от напряжения, он изо всех сил пытался противостоять магии каитиффа Марлин. Она швыряла тзимицу о стены, била об пол и потолок, его жутковатый гребень, выросший вдоль спины, был сломан, длинный рог на лбу треснул вдоль и грозил вскоре расколоться, белесая плоть — покрыта самыми различными ранами, из некоторых торчат обломки костей. Однако чимиск и не думал сдаваться, раз за разом он поднимался и прыгал на Марлин, пытаясь достать ее когтями, все время бесполезно.

…Собравшись с силами, Вольф начал готовить еще одну дисциплину, кроме постоянно применяемой Превращения в Тень — это были Тени. Несколько смутных образов — копий самого епископа — заплясали вокруг них, сбивая с толку Юнга. Тот снова рассмеялся и, сосредоточившись, создал целую стену пламени, накрывшую все тени. Кроме одной.

Мы поднялись на второй этаж, подошли к Орси, стоявшему все на той террасе. Над ним висела красивая некогда девушка с разрезанным горлом, по лицу ее стекала в его бокал кровь. Граф обернулся к нам и, видимо, узнал кого-то, потому что осклабился, отсалютовав нам бокалом.

— Итак, ты нашел меня через века, — усмехнулся он. — Что же, я ждал от тебя чего-то в этом роде, Кристоф. Но ты и твои приятели опоздали. Вукодлак готов пробудится, но перед этим Анна, помнишь такую, Кристоф, уложит его на капище древней богини Смерти Килтии. Представляешь, какую силу он получит тогда. Хотя откуда бы тебе знать? Вот, к примеру, этот древний чимиск, он понимает, не так ли?

Вульфвуд кивнул.

— Где они?! — прорычал Кристоф. — Проклятье, Орси, где Анечка?! Отвечай или, клянусь кровью, прикончу тебя!

— Как страшно, — рассмеялся Орси, — ты пугаешь меня, бешеный бруджа. Проваливайте отсюда. Здесь, — он указал вниз, — полная зала моих союзников. Все они, там внизу, только и ждут пробуждения Вукодлака, тогда они выйдут на улицу вслед за ним… — Он снова рассмеялся от переполнявших его чувств.

— Геенна, — произнес Вульфвуд, — или ее предзнаменование.

— Может и так, — ответил ему Орси, — но не для нас, а для сыти. — Он ткнул девушку, висевшую над ним — и струйки крови побежали в его бокал быстрее.

Рихтер не выдержал этого — его цепь обвила горло графа. Короткий рывок — и голова вампира падает к нашим ногам.

— Ты поторопился, — мрачно произнес Вильгельм. — Он еще не сказал нам, где Вукодлак.

— Не мог больше терпеть, — пожал плечами Рихтер, при моей помощи спуская девушку с потолка и перевязывая рану на ее горле.

— Это не так важно, — усмехнулся за нашими спинами Кристоф. — Тут есть кому сообщить об этом нам.

Мы обернулись и увидели двух вампирш.

Вены и артерии Штраера словно взорвались кровью, залившей его зеленый плащ. Воин Тал'махе'Ра осел на землю, рассыпаясь в прах, а Метцингер огляделся. Вольф сидел на полу, безумного тремере уже не было — от него осталась такая же горстка пепла, как от Штраера. А вот у Горна дела обстояли куда хуже. Он стоял на коленях перед девчонкой каитиффом, через мгновение голова его дернулась, хрустнули шейные позвонки и он рухнул, утрачивая Облик ужаса и рассыпаясь пеплом. Метцингер вытащил из кобуры на поясе свой пистоль. Словно почувствовав угрозу, Марли обернулась к нему, но было поздно — у нее не хватило ни сил, ни крови, чтобы отклонить пулю, летевшую ей в лицо. Голова каитиффа разлетелась на сотню осколков и кровавых ошметков. Метцингер же, не обращая на нее внимания, подошел к Вольфу.

— Я был вынужден подставиться, — слабеющим голосом произнес епископ, — иначе он попросту сжег бы меня. Я достал его, но… Как говорится, сгорел на работе. Дальше ты уж как-нибудь справишься и без меня. Прощай, Метцингер.

— Прощай, Вольф, — сказал Серафим, протягивая ему руку для последнего рукопожатия.

Две ладони в одинаковых перчатках соприкоснулись. Вот только на перчатке епископа Шабаша Вольфа, некогда звавшегося отцом Венцеславом, епископом Краловским, а до того, сэр Вольдемар, было написано «De profundis clamavi ad Te, Domine». Через несколько секунд Окончательная смерть пришла к нему.

Ситуация сложилась патовая, бросить Вика Лейла не могла, а драться в старомодном платье, в какое была одета Анна, было невозможно — оно слишком стесняло движения. Они так и замерли друг напротив друга, прожигая взглядами, но предпринять ничего не могли. И тут из-за спины Анны выступил Метцингер.

— Мня не остановят твои уловки, Делакруа, — произнес он. — Слишком мало у тебя осталось сил.

— Он, может, и нет, — раздалось уже из-за спины Лейлы, — а вот мы — да.

Мы едва не опоздали, хотя и «дочерям» графа Орси хватило и полуминуты, чтобы перетрусить и рассказать нам все, и неслись мы со всех ног, едва поспевая за вампирами, и никто из прогуливавшихся по зале не посмел заступить нам путь к подвалу. И все равно, еще секунда — и было бы слишком поздно. Не знаю, что