"Виктор Глухов-агент Ада". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Сухинин Владимир Александрович Владимир Черный-Седой

– Что угодно, владыка? – почтительно склонился орк.

– Позови Ольгирну, – коротко приказал я. Сложив ладони, я создал на балконе изящную беседку, подобную той, что видел в замке Беоты. Ее тонкие резные узоры и мягкие линии создавали ощущение уюта. Я шагнул внутрь, погружаясь в прохладу тени, и сел на мягкое сиденье, чувствуя, как напряжение покидает меня. Я осознал, что в моем городе на Горе не хватало женской руки: он был слишком массивным и лишенным изящества.

Дзирда появилась быстро, ее глаза настороженно блестели. Я указал ей на скамейку напротив. Она села, ее движения были плавными и осторожными.

– Когда обживетесь, – начал я, оглядывая ее, – заберете сюда своих мужчин. Вы будете охранять и защищать Гору. Также я хочу, чтобы вы взглянули на город и перестроили его. Пусть он станет более романтичным и красивым – не таким, как у Беоты, но все же лучше, чем сейчас. И последнее: вы будете моим мобильным резервом. Ваша тысяча станет моей гвардией.

Гресса слушала, ее глаза блестели от осознания важности поручения.

– Это все? – спросила она, когда я замолчал.

Я кивнул, чувствуя, как тяжесть ответственности покидает меня.

– Тогда позволь начать с замка, владыка? – тихо попросила она.

– Начинай, – ответил я, чувствуя, как тень усталости спадает с моих плеч. – И еще, – добавил я, – вы, грессы, будете жрицами сына Творца Худжгарха. Постройте здесь храм Творцу и прославляйте его через меня.

Ольгирна поклонилась и исчезла в глубинах замка. Я остался один, наслаждаясь покоем и тишиной и ожидая Рока.

Он появился позже, когда солнце уже скрылось за горизонтом. Его фигура возникла в окне, и он крикнул:

– Эй, человек, поговорим?

Внутри меня вспыхнуло раздражение. Он не мог смириться с тем, что его марионетка обрела самостоятельность, и обращался ко мне как к смертному, без уважения. Я поднял голову и, глядя на его силуэт, спокойно ответил:

– Только на расстоянии.

В тот же миг трое моих «боевых офицеров» материализовались рядом со мной. В своих нелепых одеждах они могли бы вызвать смех, но Рок знал их истинную силу. Его губы скривились в недовольной усмешке.

Он окинул взглядом мой город и вновь скривился, словно от горького послевкусия.

– Прибрал к рукам сотню жриц Беоты? – спросил он, и его голос прозвучал с язвительной насмешкой. Рок издал саркастический смешок, но тут же стал серьезным. – Авангур приходил ко мне, говорил, что это ты его подослал…

Я прервал его, чувствуя, как внутри закипает еле сдерживаемый гнев. Рок был слишком развязан и специально провоцировал меня. Но здесь я был владыкой, и его слова задевали мои чувства.

– Нет, я его не посылал. Я попросил. Авангур сам по себе, хоть и союзник мне. Ты же не даешь никому приблизиться к служению.

Рок ответил спокойно, но в его глазах мелькнуло раздражение:

– Чтобы вступить в служение, нужно получить мое разрешение. Но я не об этом. Отдай столб и жрецов, и я не стану покушаться на гору Беоты.

– Давай обсудим это внизу, – предложил я, стараясь не выдать раздражения. – У меня есть предложение.

– В жены я тебя брать не собираюсь, – рассмеялся Рок, и его смех разнесся по окрестностям, как раскат грома.

– Деловое, – уточнил я, стараясь сохранить спокойствие.

– Где? – тут же спросил Рок, его глаза загорелись интересом.

– У меня в трактире в Азанаре.

– Не возражаю, – ответил Рок. – Угощаешь ты. А то висеть здесь не хочется. Ты негостеприимный, сразу видно, что не сын Творца… – бросил он, словно нож в спину.

Я пропустил его колкость мимо ушей.

– Конечно… Я угощаю.

Вести переговоры за пределами Горы было бессмысленно. Этот договор не имел силы. Но впустить его к себе – значит впустить врага в самое сердце своей Горы. Опасно.

Мы сели за пустой столик в углу трактира. Идриш, наш управляющий, тут же принес нам заказ. Рок, не теряя времени, выпил и закусил, а затем спросил:

– Ну, говори, что ты хотел сказать.

– Я хотел заключить пакт о нейтралитете, – ответил я, стараясь не отводить взгляда.

Рок усмехнулся, но в его усмешке не было ни капли дружелюбия.

– О нейтралитете? – повторил он, словно пробуя слово на вкус. – И зачем мне это?

– Я предлагаю перемирие на десять лет. Только ты убери свой столб из ставки великого хана, а я отдам тебе столб и жрецов.

Рок приподнял бровь, его глаза сверкнули.

– Если я правильно тебя понял, ты хочешь перемирия на десять лет. И чтобы я убрал столб с места стоянки ханской ставки. А через десять лет я могу претендовать на гору сестры?

– Да, – кивнул я.

– Это понятно, – произнес Рок, его голос был холоден, как зимний ветер. – Столбы мои останутся в степи?

Я помолчал, понимая, что это ключевой момент. Если он согласится, это будет началом новой эпохи. Но если нет…

– Да, – наконец ответил я, стараясь, чтобы мой голос звучал твердо. – Столбы останутся в степи.

Рок наклонился ближе, его глаза впились в мои.

– Ты готов рискнуть всем ради этого? – спросил он, и в его голосе прозвучала угроза.

– Да, – ответил я, не отводя взгляда. – Я готов рискнуть. Но столбы останутся на юге, не доходя до ставки великого хана, – добавил я.

– Хм, интересное предложение, – произнес Рок. – Давай сделаем так: ты отдаешь мне Чахдо, а я убираю столбы из степи.

– Нет, Чахдо я не отдам. И твои столбы мне не мешают, только один.

– Чем? – спросил Рок с упорством.

– У меня беременные невесты, и они хотят провести свадьбу в ставке великого хана, как велит обычай. Я хочу угодить им.

Рок скривил губы в презрительной улыбке:

– Ты женишься на смертных?

– Да, я тоже как бы смертный, и что с того?

– Ничего, – Рок махнул рукой. – Отдавай столб, и я уберу столб из ставки. Тебя не я укокошу, иномирец, а твои невесты, поверь мне.

Он гаденько рассмеялся и произнес:

– Я заключаю с тобой договор, Худжгарх, нейтралитет в течение десяти лет, и убираю столб из ставки хана орков.

– Великого хана, – поправил его я.

– Да, великого хана, – повторил он. – А ты обязуешься соблюдать нейтралитет в течение того же срока и отдаешь мне столб и жрецов.

– По рукам, – ответил я.

Рок кивнул и произнес: «договор». Я тоже произнес «договор», и в наших руках оказались свитки. Рок, довольный сделкой, произнес:

– Рок свое обещание выполнил, отдавай столб.

Я кивнул и вернулся на Гору. В окне над городом появился Рок, теперь уже не как мужичок средних лет, а как могучий боец.

«Позер», – подумал я и вытащил из подвала столб и обездвиженных жрецов. Рок повел рукой, и столб со жрецами исчезли в огненной вспышке. Но на их месте появился второй Рок, и мы с ним с удивлением смотрели на это чудо. Хотя я и понимал, кто это может быть, но все равно для меня это стало неожиданностью.

Рок смерил свою копию презрительным взглядом и спросил:

– Это ты так шутишь? – и посмотрел на меня с неудовольствием.

– Нет, не я. Я не знаю, кто это и кто из вас кто.

Рок вновь повел рукой, и два Рока обрушили друг на друга шквал огня. Оба с воплями и объятые пламенем полетели вниз. Рядом появился Авангур и произнес:

– Ничего себе, я даже представить не мог такого. Как ты от него избавился в свое время?

– Секрет, – хрипло ответил я и откашлялся.

После исчезновения Авангура Рок погрузился в размышления, которые разрывали его сознание. Мир вокруг него изменился, словно песок, утекающий сквозь пальцы. Его тщательно выстроенные планы рушились, будто карточный домик, унесенный порывом ветра. Незапланированные события уводили его будущее прочь от намеченных целей. Рок больше не мог полагаться на свои прежние расчеты и чувствовал себя слепцом, потерявшим трость.

Человек, этот неожиданный и неучтенный фактор, стал камнем преткновения для всех его замыслов. Рок не хотел его присутствия на планете, считая его лишь временной пешкой в своей игре. Но человек, вопреки ожиданиям, оказался не просто пешкой, а самостоятельной фигурой, бросающей вызов самому Року.