День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Вся стычка заняла не более пяти секунд. Кажется, тела убитых боевиков еще не коснулись земли, а Олег Бурцев уже подскочил к «Хаммеру», распахнув заднюю дверцу. Он с трудом увидел под телом чеченца, уже успевшего расстегнуть штаны, девушку в порванной одежде. Рванув боевика за шиворот, десантник вытащил его наружу. Тот, ошарашенный таранным ударом грузовика, даже не сопротивлялся, только слабо ворочая руками и ногами.

— Все? — К сержанту подскочил Басов. Лицо его было залито кровью, придавая полковнику жуткий вид. — Трое? Больше никого?

— Да, только трое! Командир, тебя зацепило?

— Стекло, — отмахнулся Басов. — Простые порезы, осколками посекло, когда «дух» стрелять начал. Вот сука, еще чуть-чуть, или бы меня к сиденью пришпилил, или я бы без глаз остался!

— Нам нужно уходить, — заметил Жэнь Цзимэнь. — Выстрелы наверняка слышали ваши полицейские! Пока они что-то сообразят, мы должны исчезнуть!

— Полковник, посмотри, что с теми «духами», — Олег указал на трупы. — Если что, добей! Майор, там, в «Хаммере», девушка, — обратился он уже к нервно пританцовывавшему на месте китайцу, подрастерявшему свою сдержанность. — Посмотри, как она!

Жэнь Цзимэнь послушно направился к внедорожнику, так и стоявшему с распахнутыми дверцами, осторожно взяв на руки заложницу и передав бесчувственное тело подошедшему полковнику.

— Все готовы, «двухсотых» нет! А что с этим? — Басов, успевший проверить состояние валявшихся на дороге боевиков, указал на растянувшегося на земле чеченца, того, которого Бурцев вытащил из джипа.

— А вот что!

Олег рывком поставил ничего не соображавшего боевика на колени. Штаны с того окончательно свалились, но этого никто не заметил. Бурцев, не колеблясь, вскинул АПБ, ткнув срезом глушителя в лоб чеченцу. Ничего не говоря, партизан отступил на шаг назад продолжая удерживать противника на прицеле.

— Не убивай, пожалуйста, не убивай, — зачастил чеченец, довольно молодой парень, у которого даже борода нормальная еще не росла. — Пожалуйста! Я ни в чем не виноват!

Полковник Басов, на руках державший девушку, лишившуюся чувств, увидев, что собирается делать его боец, крикнул:

— Отставить, сержант! Запрещаю!

Аккуратно усадив спасенную заложницу на землю, прислонив ее спиной к колесу «Хаммера», командир партизан бросился к Бурцеву, перед которым стоял на коленях чеченец. За ним нерешительно двинулся китаец.

— Деревня, сожженная церковь — ваша работа?

Алексей Басов, пользуясь случаем, устроил допрос, то, что волкодавы из СМЕРШа назвали некогда «экстренным потрошением».

— Я никого не убивал, это не я! Это Исмаилов! У него даже видео есть, это все он! Меня там не было! Не убивайте!!!

Олег Бурцев, словно не слыша скороговорку рыдавшего взахлеб чеченца, нажал на спуск. АПБ в его руке дрогнул, лязгнул затвор, и тупоголовая шестиграммовая пуля впилась в лоб боевику, швырнув того на разбитый асфальт.

— Скоро и до остальных доберемся, — мрачно произнес Бурцев. Он взглянул на полковника: — Командир, как девушка? Эта тварь ее не…

— Нормально. Одежду только порвать успели, да испугали до полусмерти, звери!

— Пора уходить, — напомнил о себе Жэнь Цзимэнь. — Нельзя медлить!

— Командир, давай с девушкой в кузов, — решил Бурцев. — Пригнитесь там как-нибудь, чтоб не заметили! Майор, поедешь в кабине. Ах, черт! — выругался он, увидев ряд отверстий в лобовом стекле «газика». — Хорошая машина была!

— Нормально, — повторил, мрачно усмехнувшись, Басов. — До первого поста сойдет, а там, если только с боем!

— А их так и оставим?! — Жэнь Цзимэнь указал на трупы чеченцев, с живописных позах разбросанные на шоссе возле «Хаммера».

— Сейчас!

Боевиков затолкали в машину, туда же закинули их оружие — никто не хотел давать лишний повод «полицаям» или приятелям расстрелянных боевиков, размахивая трофейным оружием. Общими усилиями «Хаммер» столкнули в неглубокий кювет, забросав ветками.

— Сойдет, — хрипло выдохнул полковник. — Спалить бы их на хрен, но и так шуму наделали, сами только спалимся!

— Если мы попадемся кому-нибудь на глаза, нас остановят наверняка, — произнес китаец, рассматривая пулевые пробоины в кабине грузовика.

— Фигня, проселками уйдем, — отмахнулся Олег. — Все, по коням и сматываемся живее!

Торопливо загрузившись, забросив в кузов, в руки Басова, девушку, так и не пришедшую в себя, партизаны сорвались с места, оставляя за спиной следы короткого боя. Олег Бурцев гнал, как только мог, спеша оказаться подальше. Двадцать верст по шоссе пролетели, кажется, за минуту, и, лишь свернув на разбитый проселок, уводивший куда-то в глухой лес, партизан сбросил скорость, жалея машину и пассажиров, что тряслись в кузове. В этот миг пришла в себя спасенная девушка.

Ольга Кузнецова открыла глаза и испуганно вскрикнула, увидев перед собой лицо, покрытое запекшейся кровью и пятнами зеленки. Последним, что помнила девушка, было жесткое сидение «Хаммера» под ее спиной и хриплое дыхание навалившегося на нее боевика, одновременно пытавшегося разорвать на ней одежду и спустить пониже собственные штаны. А теперь, судя по ощущениям, по тому, что над головой раскинулось покрытое редкими облаками небо, она мчалась куда-то в кузове грузовика, подпрыгивавшего на ухабах.

— Не бойтесь, мы свои, мы друзья, — торопливо произнес человек в зеленке, и в эту секунду Ольга его узнала, хотя и видела всего раз, довольно давно и недолго. — Все в порядке!

— Где я? Как вы здесь оказались? Что случилось?

— Вы помните, как вас схватили чеченцы? Мы преследовали их и перебили, а вас сейчас привезем на свою базу. Там вас никто не посмеет обидеть!

— Что они со мной сделали? — боясь услышать ответ, спросила Ольга у командира партизан, однажды явившихся в их деревушку, чтобы нарушить раз и навсегда покой и тишину, царившие там. — Они меня…?

— Только напугали, — помотал головой партизан. — Мы успели раньше. А теперь лучше скажите мне, как вы оказались в райцентре? Вы знаете, что вашей деревни больше нет?

— Что?! Как?! Мы бежали от чеченцев, я, и еще одна девушка, которая была с ними, но потом убил одного из них!

Путаясь, перескакивая с одного на другое, Ольга поведала свою историю, рассказала о том, как она покинула Некрасовку, перебравшись в районный центр, найдя там дальнюю родню.

— А наши парни? — напомнил партизан. — Что с ними? Ты знаешь что-нибудь?

— Матвея убили боевики. Про Азамата не знаю, он выбрался из поселка, ушел в лес. Возможно, его не нашли. Вы говорите, чеченцы убили всех? Куда же я теперь пойду?